Там царило уныние. Бяшка, обритый наголо, сидел на ящике и тоскливо полировал ладонью свою сияющую макушку, напоминая грустный бильярдный шар. Ему явно не давала покоя утраченная шевелюра, а главное — он маялся от безделья.
— Харэ лысину полировать, дырку протрешь, — бодро скомандовал я, заходя внутрь. — Ну-ка, развесили уши! Пора пускать вашу энергию в мирное, коммерческое русло. Запускаем дело одно.
Бяшка удивленно вскинул брови:
— Чего запускаем?
— Гальванику, мать её. Дуй к Косте — пусть тебе объяснит, что это такое, и что для этого надо. У нас есть свинец, цинк. Разместиться можно в подвале вот там и начните готовится. Приберитесь, а потом скажите, что еще надо.
— Попробую, — без особого энтузиазма буркнул Бяшка и поперся в приют к Косте.
В общем — навел шухеру, а сам же улегся на матрас, начал обдумывать сложившуюся ситуацию, что можно сделать и что делать, собственно не стоит. Гальванику давно уже надо запустить, а то разговоров о ней с лета полным-полно, а дело не идет.
А вот Амалия и витрины… Тут дело тонкое. Но тоже нужное.
Скрипнула чердачная лестница. В приоткрытый люк потянуло сырым уличным воздухом, и внутрь один за другим просочились Спица, Кот и Упырь.
Вид у пацанов был продрогший и откровенно кислый. Они стянули мокрые кепки, отряхиваясь от петербургской мороси.
— Ну что там? — спросил я. — Как обстановка? Что немка? Закрылась от греха подальше?
Кот подошел поближе, шмыгнул носом и с досадой плюхнулся на доски.
— Не выгорело дело, Сеня, — грустно выдохнул он, разводя руками. — Зря мы надеялись.
— В смысле? — нахмурился я. — Работает?
— Еще как работает! — возмущенно встрял Спица.
Кот перехватил инициативу, торопливо докладывая детали:
— Она, Пришлый, времени зря не теряла. Плотников наняла и вставила новые витрины. И не просто стекло, а переплет частый забабахала! Ячейки совсем мелкие, рамы толстые, и стекло в них глухое, толстенное.
Упырь согласно закивал из-за его плеча:
— Ага. Мы прикинули — если из рогатки и высадишь одно мелкое окошко — так она его за пятак новое вставит, ей убытка на копейку.
Я задумчиво потер подбородок, переваривая информацию
— Понятно, — медленно кивнул я. — Значит, преподадим наглядный урок. Чтобы усвоили все! Сожжём ей лавку.
Парни озадаченно смолкли. Все понимали — чтобы сжечь лавку на Невском дотла, да так, чтобы не потушили, обычной спички не хватит.
Память тут же услужливо подкинула недавний инцидент на кладбище: разбитая выстрелом керосиновая лампа, мгновенно вспыхнувший огонь, который растекался лужей, и водой такое было не залить. Мне нужна была именно такая, липкая и яростная огненная лужа. Только в удобной таре.
Приняв решение, я вытащил из кармана несколько ассигнаций и всучил их Коту, растерянно хлопавшему глазами.
— Кот, слушай сюда. Дуй в аптекарский магазин и в москательную лавку. Мне нужен керосин и аптечный бензин. Надо много. Прямо очень много, бери в жестянках или бидонах. Если какой-нибудь приказчик начнет нос совать, зачем тебе столько делай жалобное лицо и говори, что для приюта. Мол, велели старую кожу, обувку и сбрую чистить. Понял?
Кот кивнул с непониманием и сжал деньги в кулаке.
— Упырь, Спица! — я перевел тяжелый взгляд на остальных. — На вас — стекло. Чешете по ближайшим кабакам, питейным заведениям и задним дворам. Мне нужна пустая тара. Только огромные бадьи и ведра не тащите. Ищите штоф, полуштоф, сороковку, ну или обычную винную бутылку. Главное условие — чтобы стекло удобно ложилось в ладонь.
Парни переглянулись. Похоже, они начинали догадываться, что за дьявольскую штуку я задумал собрать.
— И вот еще что, — бросил я им вдогонку. — По пути выцепите уличного лоточника. Скупите у него побольше дешевых фосфорных спичек. Самых вонючих. И обязательно с коробками берите, коробков двадцать-тридцать, чтоб с запасом. Всё бегом!
Парни горохом посыпались вниз по скрипучей чердачной лестнице, торопясь исполнить приказ, я же остался на чердаке один, слушая шум дождя по крыше и прокручивая в голове идеальные пропорции своей будущей зажигательной смеси.
Ждать пришлось недолго. Меньше чем через час снизу раздался тяжелый топот и приглушенное звяканье.
Первым на чердак ввалился запыхавшийся Кот, волоча в обеих руках тяжелые жестяные бидоны. От него за версту разило резким бензиновым духом. Следом, кряхтя под тяжестью холщового мешка, из которого доносился характерный стеклянный перезвон, поднялись Спица с Упырем. Тот гордо вытащил из кармана кулек, доверху набитый коробками дешевых фосфорных спичек.