Поразительно, как похожи резиденции глав государств, где есть нефть и газ. То ли белыми мраморными стенами, то ли этими хрустальными люстрами в полпомещения, то ли этими бездонными туалетами…
Владимир Путин плотно поужинал с Муамаром Каддафи. У него просто не было другого выхода: слишком долго тот произносил свой тост.
На лентах информагентств появились сообщения о том, что Владимир Путин отказался от двусторонней встречи с Юлией Тимошенко. Это было неправильно по двум причинам. Во-первых, такая встреча не планировалась. А во-вторых, Владимир Путин согласился на нее.
Владимир Путин сказал, что рад приветствовать участников саммита лидеров стран СНГ в Москве (а было бы интересно, если бы напоследок он вместо этой ритуальной фразы сказал им то, что действительно думал по этому поводу), и передал слово председательствующему в СНГ Курманбеку Бакиеву — только для того, чтобы тот передал слово президенту России Владимиру Путину. Было такое впечатление, что никто тут не хочет начинать первым.
Кремль принял туркменского президента, как того и заслуживает человек, которого трудно сравнить с каким-нибудь другим по запасам разведанного газа.
Сотрудники пресс-службы Белого дома назвали встречу Владимира Путина и Юлии Тимошенко «переговорами в режиме рукопожатия». Возразить на это было нечего.
Церемония съезда гостей к театральному подъезду — одна из самых драматичных на любом светском мероприятии, каким, без сомнения, является и саммит «двадцатки» в Лондоне.
В этом легко было убедиться и накануне, когда давала прием английская королева, которая покинула его с дорогим подарком — iPodoM нового поколения. Некоторое время было неизвестно, кто успел сделать Елизавете II такой королевский подарок. Но позже удалось установить, что iPod ей вручил, конечно, президент США Барак Обама, который к тому же закачал туда 40 своих любимых композиций. Вряд ли кто-нибудь, кроме него, мог решиться на такой беспощадный поступок по отношению к даме, чей возраст с некоторого времени скрывать уже просто нет никакой необходимости.
Господин Ющенко отметил, что в отношениях между Украиной и Россией остались еще несколько чувствительных вопросов.
— Почему есть ограничения поставок спичек из России? — с мягким упреком в голосе спросил он. — И есть ограничения на поставки патоки из Украины?!
В ответе господина Путина места патоке так и не нашлось.
— Если Россия вступит в ЕС, — говорил премьер-министр Венгрии президенту России, — то мы будем заботиться о русском языке как о своем собственном.
— Спасибо! — президент России ответил коллеге с таким выражением, что стало понятно: еще долго у господина Дюрчаня не будет повода как следует позаботиться о русском языке.
Президент Украины Виктор Ющенко напомнил, что «Украина — одна из первых стран, которая отказалась от ядерного потенциала». Казалось, после этого желание вступить в военный блок НАТО является противоестественным, но дело, не исключено, в том, что Украина, отказавшись от обладания ядерным оружием, с тех пор об этом и жалеет.
Губернатор Калининградской области Георгий Боос на вопрос, как он относится к признанию независимости Южной Осетии и Абхазии, ответил:
— Снявши голову, по волосам не плачут…
Мэр Москвы на вопрос, чем, по его мнению, закончится эта история, отвечал как независимый военный наблюдатель:
— Мне и самому интересно.
— Мы успешны, мы прогнозируемы, мы надежны как партнеры! — закончила выступление Юлия Тимошенко, и этот апофеоз смазали только смешки членов российской делегации, от которых те уж никак не смогли удержаться.
Между главным редактором крымской газеты Константином Бахиревым и дочерью казахстанского президента, одним из сопредседателей конгресса Даригой Назарбаевой, завязалась дискуссия. Господин Бахирев жаловался на то, что крымские власти заставляют их печатать часть тиража на украинском и «насильно выводят из прибыли» (то есть на украинском газету никто в Крыму не покупает), а госпожа Назарбаева сказала ему:
— Давайте будем толерантными. Каждый лечит свои комплексы как умеет. Украинцы — вот так.
Константин Бахирев не мог согласиться с тем, что украинским властям надо лечить свои комплексы за счет его газеты, а ему надо при этом сохранять толерантность.
Министр энергетики Катара Абдулла бин Хамад аль-Аттыя с гордостью сообщил: «Недавно мы отпраздновали большое событие: наш флот с СПГ дошел до берегов США, до Луизианы!»
В его исполнении это выглядело так, что катарские танкеры, смяв сопротивление противника, без особого труда взяли эту страну с моря.
Все знают правду. И в Брюсселе, и в Москве. Все знают, что на самом деле у этих русских наготове всегда только один аргумент.
Мы, русские, никогда не говорим о нем всуе. О таком в словах не говорят. О таком вздыхают лишь украдкой да глаза, как яхонты, горят.
Они сосут наш газ.
За это мы будем сосать их кровь.
Глава 12.
Деньги
— Я пришел к выводу, что в политике счастье не в деньгах, — неожиданно заключил президент Чувашии Николай Федоров. — мы работали-работали и наконец поняли это… Нет, счастье политика не в деньгах, а в умении управлять ими! — с торжеством закончил он.
— Получение денег всегда актуально, — заметил Владимир Путин.
Сея вокруг убежденность, что никакого кризиса в России нет и быть не может, Владимир Путин приехал в новый офис Альфа-банка в Новосибирске и увидел случайного посетителя.
— Что вы делаете? — спросил господин Путин. — Деньги снимаете?
— Нет, вношу, — испуганно сказал этот человек с таким видом, как будто он их на самом деле выносил. — Извините, Владимир Владимирович!
Владимир Путин уже собрался совсем отойти от рабочих, когда одна простая русская женщина, как потом выяснилось, завхоз Галина Чурикова, обратилась к премьеру:
— Спасибо, что подняли Россию с колен!
Владимир Путин благодарно обернулся к ней, женщине-матери (а скорее всего, и женщине-бабушке), воплощенной России, и это позволило ей добавить:
— А вот пенсии бы еще поднять!..
— Как хорошо, — сказал вышедший после церемонии подписания спонсорского контракта вице-премьер и член совета по физкультуре, спорту и по подготовке к Олимпиаде Александр Жуков, — за одну минуту 180 миллионов заработали.
— Теперь осталась одна проблема, — предположил я. — Как потратить?
— А вот с этим, — сразу сказал Александр Жуков, — у нас никогда никаких проблем не было.
— Все идет ритмично? Банковская система воспринимает? — спросил премьер Путин так, что главе Центробанка Сергею Игнатьеву оставалось только перевести его вопросительную интонацию в утвердительную.
— Ситуация непростая… — проговорил господин Игнатьев и хотел продолжить что-то в этом роде. Но ему не суждено было этого сделать.
— Но наполнение банковской системы возникает? — перебил его премьер.
— Да, — покорился неизбежному господин Игнатьев, из которого актер, конечно, совсем не такой талантливый, как из господина Кудрина.
Владимир Путин бескомпромиссно стоял на страже интересов Алексея Кудрина, так же, как тот несколько благополучных лет стоял на страже денег из резервного фонда, копившегося, кажется, специально для того, чтобы только теперь развеивать их по ветру.
— Я пришел к выводу, что в политике счастье не в деньгах, — неожиданно заключил президент Чувашии Николай Федоров. — Мы работали-работали и наконец поняли это.