— О чем ты говоришь, Юрген? — Удивленно взметнулась бровь у барона фон Мормаха. — Какой еще мой ставленник?
— Ой, да ладно. — Отмахнулся тот. — Мы же тут не идиоты, и все прекрасно видим.
Бароны согласно закивали головами, загомонили, заухмылялись. Хозяин шатра хотел было что-то им ответить, даже рот открыл, однако, внезапно распахнулся полог шатра и внутрь вошел все тот же дружинник, что ранее предупреждал о приходе баронов.
— Чего тебе? — Неприязненно покосился в его сторону фон Мормах.
— Ваша милость, — с глубоким поклоном произнес он, — вы приказывали незамедлительно докладывать о прибытии баронов в лагерь.
— И? Все, кто должен был прибыть, давно уже тут. Или еще кто-то приехал?
— Так точно! Его милость, барон Селех фон Мардих.
Глава 26
Был ли я ошарашен, когда имя и фамилия моего «партнера» прозвучали в шатре? Пожалуй, что нет. Проехать сотни километров и припереться на собрание почти что бунтовщиков? Да как два пальца! Селех был тем еще жучарой, и подобный финт ушами был вполне в его стиле. Только, будучи человеком себе на уме, он никогда не делал ничего просто так. Все его действия, даже самые нелепые на первый взгляд, имели смысл и следовали единой цели — укреплению власти молодого короля. Зачем же он прибыл к баронам? Почему бросил Вальдера? Что ж, ответа на эти вопросы ждать осталось недолго.
Стоило только моему старому знакомцу войти в шатер, как внутри тут же стало тесно. Раньше я как-то не замечал, насколько он огромный. Сейчас же он скалой нависал над собравшимися баронами, и было видно, что тем явно не по себе. Всем, кроме Ульриха фон Мормаха. Тот внешне остался очень спокоен. И не менее спокойным и ровным голосом произнес:
— Здравствуй, Селех. Не скажу, что рад тебя видеть, но присаживайся, рассказывай с чем прибыл.
Барона фон Мардиха столь прохладный прием ничуть не впечатлил. Он спокойно прошел к столу и уселся на один из свободных стульев. После чего некоторое время молча разглядывал присутствующих. А затем, с каким-то странным блеском в глазах, поинтересовался:
— Что, заговорщики, все заговоры строите?
— Не понимаю, о чем ты. — Тут же ответил барон фон Мормах. Слишком торопливо, как мне показалось. Видимо, все его внешнее спокойствие было напускным. — Мы собрались тут, чтобы вызволить из плена нашего соратника.
— Все ты понимаешь, Ульрих. — Отмахнулся от него Селех. — Ты мне другое скажи, как это Отто умудрился попасть в плен? Вы же столько лет вместе тут свои порядки наводили. Столько крупных побед, столько замков взято, а тут такой позор, какой-то мальчишка без потерь разбил ваши войска. Как так-то?
— Зубоскалишь? — Мрачно взглянул на него фон Мормах, которого явно задела речь безопасника. — Рассказывай, зачем приперся в Фарсу и чего тебе тут нужно?
— Как это зачем? Я, если ты не забыл, фарский барон и имею полное право тут находиться.
— Какой ты, нахрен, барон? — Влез в разговор мужик в красно-зеленом сюрко. — Ты продал себя манкарийским ублюдкам и служишь их выродку.
— Не тебе, Юрген, — вмиг потяжелевшим голосом проговорил Селех, — рассуждать о том, кто кому себя продал. Расскажи это лучше своему отцу, которого ты убил, чтобы заключить союз с Мормахами. И, еще одно. Если ты еще раз оскорбишь его величество, то я тебе зубы вобью в твою гнилую пасть. Ты меня понял?
Я сидел, наблюдая за стремительно разворачивающимися событиями, и тихо офигевал. Вот уж не ожидал от благородных баронов, аристократов черт знает в каком поколении, настолько базарных разборок. Честное слово, мои наемники, когда бьют морды в трактирах, и то лучше себя ведут. А тут, какой-то балаган устроили.
Но, больше всего меня поразило то, с какой открытостью обсуждались некоторые вопросы. «Ты предатель». «А ты батю порешил». «Ну а ты вообще хочешь узурпировать власть». Все знали о грешках друг друга, но никого это не смущало. Бароны, хоть и возмущенно выражали свое мнение, тем не менее продолжали сидеть за одним столом, планируя о чем-то договариваться. Подобное поведение у меня просто не укладывалось в голове.
Конец балагану, грозившему перерасти в кровавое побоище, положил барон фон Мормах. Он изо-всех сил саданул кулаком по столу, после чего коротко бросил:
— Юрген, заткнись! А ты, Селех, приступай уже к делу!
— К делу, так к делу. В общем, кончайте свои внутренние свары, и начинайте готовить дружины. Сроку у вас около месяца.