Чупров не сдержался:
— Англия считала мины оружием слабого флота, но когда началась война, она обратилась к нам за помощью. Вы сами подписывали приказ о посылке в Англию комплекта мин и отряда моряков-специалистов.
— Я не говорю, что нужно совсем отказаться от минного оружия, но преувеличивать его силу не годится. А тем паче ваш заградитель берет такое ограниченное число мин…
Чупров молчал.
— Когда «Спрут» может вторично выйти на операцию? Ах, он нуждается в ремонте? Вот видите, один поход, а материальная часть уже требует издержек. Да, да, решение придется отложить. Таково, кстати, мнение министра…
На ремонт «Спрута» ушло больше года. Война продолжалась, а заградитель все это время стоял в доке.
На минах «Спрута», поставленных в Босфоре, спустя три недели после операции подорвался «Бреслау». Крейсер выходил в море для отражения атаки русских кораблей на Гераклийский угольный район. Мина взорвалась под четвертой кочегаркой правого борта крейсера. Отсек тотчас заполнился водой. Германо-турецкий крейсер осел на правый борт. Волоча за собой тяжелые султаны дыма из своих четырех высоких некрасивых труб, в сопровождении вызванных на помощь канонерских лодок и двух миноносцев он с трудом вошел в док Стении.
Немцы воспользовались идеей Чупрова и спускали со стапелей один подводный минный заградитель за другим. Русское морское министерство продолжало считать подводный заградитель недостаточно проверенным в действии.
1946
ДВЕ ТЫСЯЧИ МЕТРОВ НАД УРОВНЕМ МОРЯ
I
Нестор Бетаров прилетал на своем мотоцикле нежданно-негаданно, точно снег на голову, и только затем будто, чтобы взять очередную метеосводку.
На дне ущелья ревела река. Это была светло-зеленая горная река, не знающая покоя ни летом, ни зимой. В любые времена года с неуемной яростью перекатывала она гальку, рвала береговые скалы, обгладывала камни, свалившиеся с гор. Зима здесь, в горах, наступала рано. Внизу, «на плоскости», как говорили местные люди, только-только убрали урожай, а в горах уже шел снег, свистели свирепые вьюги. Но никакой, даже самый лютый мороз не мог сковать осатанелую реку, только еще отчаяннее металась она на каменном ложе, еще отчаяннее охлестывала белой пеной дикие берега.
А над сумасшедшей горной водой резвилась маленькая оляпка; здешние люди называли ее водяным воробьем. Грудь у птички была белая, ножки коралловые, перышки черно-бурые, блестящие, одно к одному, точно облитые смолой. Она быстро перелетала, вернее, перескакивала с камня на камень, такая юркая, что за ней едва поспевал глаз. То и дело оляпка бросалась за кормом в самую пучину, в самый злой водоворот, туда, где сильнее всего с однообразным буйством вздымало на камнях и рвало ледяную воду. И каждый раз казалось, что птичка погибла. Проходила минута-другая, и вдруг как ни в чем не бывало оляпка выпрыгивала из воды в добром десятке метров ниже по течению, и ни единой капли не срывалось с ее тельца! Она усаживалась на камень и принималась коротким клювом чистить смоляные перышки, просверливая все вокруг насмешливыми черно-фиолетовыми буравчиками глаз.
Мотоцикл Бетарова на короткое время забивал речной шум; взлетала пыль на крутом повороте тропинки; на секунду Бетаров пропадал за сизым обломком скалы, — и вот он, собственной персоной, перед ступенями гидрометеорологической станции.
Он глушил мотор, и тотчас, как звуковой фон в радиоприемнике, все пространство близлежащего мира снова заполнял равномерный, непрестанный гул реки.
Что ж, метеосводку так метеосводку!.. Только никто на станции не верил, что Нестор Бетаров приезжает сюда из-за одних лишь сведений о погоде.
Дед Токмаков говорил неодобрительно:
— Что ты газуешь, парень, шумишь без толку? Дохлое твое дело, Нестор, уж поверь ты мне.
Но Бетаров не смущался. Добродушно посмеиваясь, он отвечал Токмакову с деланным безразличием:
— Служебная надобность, дед. Без прогноза погоды мы жить не можем.
— Как же, как же! Очень нам хорошо известно, это самое, какая такая надобность! — ворчал дед Токмаков, топорща бороду, и укоризненно покачивал тяжелой головой. — Ничего у тебя не выйдет, парень. Для нашей Татьяны Андреевны ты, это самое, непримечательная личность. Мотоциклетки, думаешь, она не видела?