Но Вараксин продолжал, не меняя тона:
— Слышал я как-то одну ужасную фразу: «Человек не расцвел». Так было о ком-то сказано, я даже и не знаю, о ком. Ужасная фраза, не правда ли? «Человек не расцвел». То есть не оправдал надежд, которые на него возлагали. Обманул близких, сам обманулся. Вы поняли меня? — не удержался он от привычного вопроса. — Эти слова со всей справедливостью можно было сказать и обо мне.
Голос Вараксина задрожал.
Это было так неожиданно и так не шло к Вараксину, что Татьяна Андреевна чуть не рассмеялась.
— Да что с вами, Сергей Порфирьевич? Может быть, вы больны? — спросила она, с трудом сдерживая смех.
— Знаете, почему я так часто ездил к вам?
— Играть в преферанс.
— А почему перестал ездить?
— Ну, повздорили с Валентиной Денисовной и Авдюховым. Или дел много.
Вараксин вздохнул:
— Так, так. Значит, ничего-то вы не знаете.
И он опять вздохнул и посмотрел на Татьяну Андреевну грустными-прегрустными глазами.
А ей вдруг пришла в голову сумасшедшая мысль: «А такой, как Вараксин, за ветками боярышника в гору не полезет». Она даже покраснела. С каких это пор она оценивает человека с точки зрения способности ухаживать за женщинами? Как девчонка какая-нибудь.
Между тем в облике Вараксина продолжали происходить странные перемены. Дородное, надменное лицо его побледнело, осунулось у Татьяны Андреевны на глазах, что-то жалкое и беспомощное проступило во всем его облике. Повернувшись всем телом к Татьяне Андреевне и хватая ее руку своими мягкими, как у женщины, огромными мясистыми лапищами, он заговорил отрывисто и сбиваясь от волнения:
— Вы нужны мне, ваша любовь… Чувствовать, что вы рядом… С вашей помощью я бы изменил все, все. Мне на руднике душно!.. Идти вперед, ломиться, сокрушать все преграды!.. Как много бы вы значили для меня. Дайте мне счастье, помогите, милая, милая, помогите мне, помогите!..
Он был жалок, неприятен, смешон. И как все это неожиданно. И этот его глупый мужской эгоизм! «Как много бы вы значили для меня… Помогите мне!..» Нашел буксир! Только о себе. Хорошенькое объяснение в любви! Душно ему, видите ли, на руднике. Но она сказала только:
— Сергей Порфирьевич, перестаньте! У вас жена, дети…
Вараксин сразу обмяк, постарел, точно из него выпустили воздух. Он отпустил руку Татьяны Андреевны, выпрямился, и краска медленно стала возвращаться к его лицу. Слова «у вас жена, дети…» подействовали на Вараксина так, точно ему поднесли к носу пузырек с нашатырным спиртом. Он сразу отрезвел.
И в эту минуту в фойе появился Бетаров.
XV
— Сергей Порфирьевич, а я вас ищу, — сказал Бетаров и сдержанно поклонился Татьяне Андреевне. Он и вида не показал, что удивлен или заинтересован тем, что застал ее наедине с главным инженером. — Я опять насчет пульпопровода. Давайте решать, ребята торопят.
Вараксин качнул в его сторону головой.
— Вот этот самый Бетаров, легок на помине, — не глядя на Бетарова, недружелюбно сказал он. — Не здесь же, голубчик, решать, не в фойе.
— У себя в кабинете не решаете, может, здесь скорее?
— Видали? — произнес Вараксин. — Ничего не скажешь, бойкий молодой человек, а?
У него был такой вид, точно он обрадовался, что грубоватостью своей и непочтительностью мастер канатной дороги дает возможность избежать серьезного разговора.
С вызовом Бетаров посмотрел на Татьяну Андреевну.
— Татьяну Андреевну мной не удивишь. Был как-то на станции по поводу сведений о погоде, и товарищ гидролог очень интересовалась канатной дорогой, пришлось давать пояснения, — сказал он, ни на секунду не задумываясь.
— Вы, оказывается, творческая личность — басни сочиняете на ходу, — отплатила Татьяна Андреевна.
— Если бы только басни, — с готовностью подхватил Вараксин. — Наш Эдисон уездного масштаба. Сперва предложил переиначить ролики, на которых движутся вагонетки канатной дороги, это хоть по специальности. Потом — коронки для бурильных станков. А теперь не знаем покоя с этим пульпопроводом… А пробивная сила!.. — Вараксин зажмурился и покрутил головой. — Подвесную дорогу строили инженеры. Сложная механика, расчеты, чертежи. А ему втемяшилось: опустим ролики ниже, повысим скорость движения. И хоть бы что! Через трест, через главк добился своего. Сколько мы воевали из-за этих роликов? — спросил он Бетарова.
Не глядя на главного инженера, Нестор уклончиво ответил:
— Было дело.
— До министра дошли.
Бетаров коротко взглянул на Вараксина, и Татьяна Андреевна поняла: особенного удовольствия Вараксин не получил от того, что пришлось доходить до министра.