Те, кто возит все это, тоже мусор, но уже опасный.
Они вооружены автоматами Калашникова, а также израильскими игрушками "Узи" и готовы палить во все, что движется. Страшненькие ребята, но все равно они не больше чем рабочая скотина или расходный материал.
Все эти батраки, варильщики, фасовщики, лихие шоферюги и свирепые охранники меня не интересуют. А вот те, кто организует все это, те, кто заказывает и оплачивает, - другое дело. И они делятся на два основных вида.
Первые - здесь, по эту сторону Карибского моря.
Они занимаются выращиванием коки и изготовлением кокаина. Поставлено это на широкую ногу и является самой настоящей индустрией.
Вторые - на северном берегу того же Карибского моря.
Они это получают и распространяют.
И те и другие - наркобароны. А также наркографы, нарковиконты и наркопринцы. Дон Альвец из этой же компании, и ему тоже кирдык корячится. Я его не пощажу, несмотря на то, что он помогает мне выйти на нужных людей. Будем считать, что он сам себе могилу роет. В этом даже есть особый смак.
Но есть еще и проблема.
Для того чтобы их угробить, нужно собрать всех в одну кучу. А вот с этим не так все просто. Скажем, здесь, в Никарагуа, я могу собрать всех наркодельцов Южной Америки. Непросто, но возможно.
И в Штатах можно организовать подобный сходняк.
Но хочется всех сразу, а это - увы! - никак.
Или там, или тут. То есть - и там и тут, но по очереди. И получится так, что те, кто будет вторым номером, уже будут знать, что с заморскими партнерами разобрались по полной, собрав их всех в одно место.
Что же делать, что же делать…
Вот если бы и те и другие жили на одном континенте и в одной стране - тогда другое дело. Но, как говорится, если бы у бабушки были яйца, она была бы дедушкой. Значит, придется позаботиться о том, чтобы оба сходняка произошли в одно время. По-другому не получится. А жаль! Я бы хотел лично присутствовать и там и тут. И не только присутствовать, но и принимать самое непосредственное участие, то есть, как говорила Наташа, прыгать по веткам с дымящимся стволом в руках.
Допустим, соберу я в одном месте и в одно время всех самых больших нарколюдей, соберу и изничтожу. Порадуюсь победе добра над злом и возликую, но радость и ликование будут недолгими, думаю, не дольше суток. Потому что на место наркобарона номер один тут же, немедля, сядет наркобарон номер два, сядет и возблагодарит мужественного непримиримого Знахаря за помощь в карьерном росте. А когда яростный борец с наркомафией Знахарь вместе с могущественными Игроками измыслит и воплотит в жизнь сверхковарный план по уничтожению всех наркобаронов номер два, их место займут те, кто значится под номером третьим…
Праздность - мать всех пороков, и главный порок - праздное умствование. Пришел человек, и не вполне трезвый человек, между прочим, сел покурить на бережку пруда, поглядел на воду, послушал шум водопада, и - пошло-поехало, еще немного - и начну я рассуждать о природе извечного Зла и ответственности Бога за все, творимое на Земле… Проблемы надо решать по мере их поступления, и сейчас моя задача - уничтожить наркобоссов по обе стороны Карибского моря.
Я бросил давно погасшую сигарету в воду и бездумно следил, как ее уносит течением. Окурок медленно уплыл, и я потерял его из виду. Кряхтя, потому что отсидел на жестком камне зад, я поднялся, отряхнул штаны и направился в сторону жилья, чувствуя, что настало время что-нибудь съесть, а также и принять немного на грудь. Жизнь в южноамериканском диком лесу, да и вообще вся эта тропическая обстановочка здорово расслабляли и подталкивали к некоторому разврату. Как в смысле основных инстинктов, так и в области пьянства. Главное - не лечь или не наступить на змею. И не споткнуться о крокодила. И не плюнуть в морду ягуару. И все будет нормально.
Завидев среди деревьев ставшие уже знакомыми хижины, я прибавил шагу, и тут навстречу мне вышел Серега. Он держал в руке все ту же бутыль и, похоже, приближался к блаженному состоянию.
- Слышь, Костя… - начал он, икнув.
Я подошел к нему и сильно ткнул кулаком в живот.
Ну не то чтобы действительно сильно, нет, но так, чтобы он почувствовал.
Он икнул еще раз и удивленно уставился на меня.
- Не понял, - сказал он, потирая мускулистое брюхо.
- Сейчас поймешь, - многозначительно ответил я, - какой я тебе, на хрен, Костя? Ты что, вообще мозги пропил? Хочешь, чтобы я поступил с тобой, как настоящий начальник? Хочешь?
И я еще раз двинул его в живот.
Бесполезно. Все равно что бить в мешок с песком.
- Ну ладно, Тедди, я все понял, - сообразил он наконец, - только не бей меня больше. У меня от этого только икота усиливается.
Вот ведь кабан здоровый!
Кто другой от такого удара согнулся бы, а этот только икает.
- Еще одна такая оговорка, и я запрещу тебе пить, - пригрозил я, - ты веришь, что я смогу проутюжить тебя, несмотря на то, что ты такой лось?
- Верю, - угрюмо ответил Серега, - разрешите идти?
- Идите, - смилостивился я.
Он сделал несколько шагов в сторону поселка, но неожиданно резко обернулся и, покачнувшись, радостно вскричал:
- Я чего хотел сказать-то! А ты меня сбил с толку! Педро связывался по рации со своими, и те сказали, что через час к нам прилетят гости.
- Гости? - я нахмурился, - какие еще гости?
Он встал в театральную позу и, завывая, произнес:
- Я пришел, чтобы сообщить вам пренеприятное известие!
Тут ему стало смешно, и он фыркнул, но, с трудом сохраняя серьезный вид, все же продолжил: