- Как обеспечить… - машинально и бессмысленно повторяла Рита, - как обесточить… как обезглавить… как обезобразить…
Вдруг она резко села и, хлопнув меня ладонью по расслабленному животу, сказала:
- Есть! Эврика!
Я поморщился и, не открывал глаз, пробурчал:
- Это неоригинально. Один уже так кричал.
О том, что его потом зарубили солдаты, вспоминать не хотелось.
- Тело, впернутое в воду, выпирает на свободу с силой выпертой воды телом, впернутым туды! - радостно продекламировала Рита и спихнула меня в пруд.
Мне было лень двигать руками и ногами, и я медленно опустился на дно лицом вверх. Я видел, как надо мной колыхались и перебегали тени и блики, в ушах звучали подводные звуки, затем быстро проплыла какая-то мелкая рыбка, и я подумал, что хорошо быть рыбой и жить в воде. Вспомнилась древняя притча о том, как два китайских философа гуляли по берегу пруда, в котором резвились зеркальные карпы.
- Хорошо быть карпом и плескаться вот так, в прохладной, свежей воде! - сказал один.
- Откуда ты знаешь, что чувствует карп? - спросил второй, - ты ведь не рыба.
- Откуда ты знаешь, что знаю я, ты же - не я! - ответил первый…
Но тут организм потребовал от меня сделать очередной вдох, я неохотно загреб руками и вынырнул на поверхность.
Рита сидела на корточках на самом краю камня, и, не в силах противостоять соблазну, я схватил ее за лодыжку и стащил в воду. Она не сопротивлялась и, оказавшись в воде, сразу же обхватила меня руками и ногами. А поскольку мы были голыми, я тут же понял, почему она не сопротивлялась. Выскользнув из ее жадных объятий, я с превеликим трудом вылез на камень и, устроившись подальше от края, сказал:
- Ты мне это прекрати. Маньячка. Давай излагай свою гениальную идею.
- Импотент, - пробулькала она, погрузившись в воду до подбородка и пуская пузыри.
- Да. И это очень хорошо и полезно для моего здоровья, - сказал я, - но увильнуть тебе все равно не удастся. Говори.
- Говорю, - сказала Рита, - телемост.
- Что значит - телемост? - не понял я.
- Тупой. Телемост - значит телемост. То есть - здешнее общество собирается перед камерой, и тамошнее - тоже. И здесь и там - цвет наркобизнеса. И начинают решать свои вопросы. А мы, убедившись, что собрались все, и те и эти, гасим их одновременно и там и тут. Понял?
- Понял. Так они тебе и станут обсуждать свои дела перед телекамерой! Можно перехватить волну, и тогда им всем крышка. Они же не идиоты, Рита, - укоризненно сказал я и закрыл глаза.
- Они - нет. А ты…
- Прекрати оскорбления, иначе я тебя утоплю. Смерть в воде - одна из наиболее мучительных, имей в виду.
- Гадалка сказала мне, что я умру другой смертью, - ответила Рита и плеснула на меня водой.
- Спасибо. Я знаю, какой смертью ты умрешь.
- Какой?
- Тебя повесят за язык. Причем прибьют его ржавыми гвоздями к дверям Лубянки. Представляешь, какое будет зрелище? А я буду стоять в толпе зевак и кричать - огня, еще огня!
- Какого огня? - удивилась Рита.
- Когда ты будешь висеть на своем длинном извилистом языке, тебя обольют скипидаром и подожгут, - мстительно сказал я.
- У тебя язык не короче, чем мой, так что висеть нам рядом.
- Это можно. Но только после тебя. Они не станут болтать перед камерой.
- Еще как станут. Если это будет выделенный частный канал, да еще и закрытый, да еще и скрамблер врубить…
- Что врубить? - я открыл глаза и посмотрел на Риту, которая медленно плавала под водопадом взад и вперед.
Она подплыла к камню и ловким движением выскочила из воды.
Грустно посмотрев на мое достоинство, которое в этот момент было скорее недостатком, она вздохнула и, опустившись на горячую скалу, сказала:
- Сигнал будет зашифрован, и никто не сможет ни подсмотреть, ни подслушать, ни записать это. То есть записать, конечно, можно, но расшифровать… Сейчас имеются такие устройства, которые сделают из видео и аудиосигнала полную чушь, и она будет похожа скорее на помехи или на забавы радиохулигана, чем на деловую связь. Это и есть скрамблер.
- Как тебе должно быть известно, на каждую хитрую жопу имеется хрен с винтом. И наоборот.
- Это мне известно. Но перед нами не стоит задача реально защитить их от перехвата. Мы должны… Вернее, ты должен убедить их в том, что такая защита совершенно надежна. Нам нужно, чтобы они просто собрались одновременно в двух местах, и тогда…
- Это можешь не повторять. Что с ними будет дальше - известно.
- Вот и хорошо, - Рита положила руку рядом с моей и зацепилась за мой палец мизинцем.
На самом деле сомнения в моей прогретой солнцем голове только множились, цепляясь одно за другое, как идущие на водопой слоны. Еще в детстве я видел по телевизору картинку, которая тогда меня умилила необыкновенно, - вереница слонов, идущих на водопой, и каждый следующий слонятка держится хоботом за хвост впереди идущего… Так и сомнения сейчас шли в моей голове, держась хоботами друг за друга.
Если с тем, чтобы найти частный канал, где-нибудь в Нью-Йорке или Лос-Анджелесе проблем не будет, я думаю, что хотя бы у одного из королей наркобизнеса наверняка есть свой канал, поставить за камерами и у пультов доверенных людей там тоже не проблема, а как быть здесь? - навряд ли камарадос, барбудос и герельерос способны управляться с устройствами сложнее автомата Калашникова, который и любят-то во всем мире за свою примитивную добротную простоту.
Значит, необходимо найти аппаратуру, найти людей, умеющих этой аппаратурой пользоваться, привезти все это в сельву, развернуть, настроить - кучу народа надо в это дело вовлечь, а потом этих людей уничтожить, чтобы не болтали лишнего. Причем убьют их в любом случае, выгорит наша авантюра или не выгорит, потому что знать, о чем договариваются наркобонзы, не должен никто, кроме самих наркобонз, конечно. Будем надеяться, что Маргарита знает ответ на все эти вопросы, а вопросов будет еще ой как много…