- Согласен! - твердо ответил я, - за удачную охоту!
- За удачную охоту! - повторил вслед за мной Альвец, и мы выпили.
Пилот не отставал от нас, и было видно, что по части выпивки он тоже профессионал. Мне стало интересно, и я спросил у Альвеца по-русски:
- А он хоть раз трезвый в кабину залезал?
Альвец задумчиво посмотрел на воздушного аса, который, заглотив очередной стакан, начал поглядывать в сторону своего жестяного монстра, видимо, испытывая желание что-нибудь проверить или куда-нибудь полететь, и сказал:
- Честно говоря, не знаю. Но он всегда прилетает туда, куда нужно. А остальное меня не интересует.
Что ж, в его словах был свой резон, и я кивнул.
- И когда мы пойдем ловить голыми руками дикого… - начал было я, но тут со стороны моей хижины раздался истошный женский визг.
Я вскочил, а дон Рикардо, лениво повернув голову на этот звук, усмехнулся и сказал только:
- Женщина!
Возможно, для него это было забавным эпизодом, но я обеспокоился всерьез и, шагая широко и почти прямо, устремился к своему временному жилищу.
Решительно распахнув дверь, я увидел следующую картину.
На столе лежала раскрытая сумка, а вокруг нее были разбросаны всякие (какие-то) женские вещи вроде пудреницы, толстой пачки долларов и пистолета с несколькими обоймами.
А на просторной кровати, забившись в угол, сидела полуголая Рита и с ужасом смотрела на красивую мускулистую змею длиной метра в полтора, которая, приняв угрожающую позу и широко раскрыв рот, громко шипела на Риту. Змея, лежавшая на кровати в метре от Риты, была точной копией гада, которого Педро небрежно снял с ветки над моей головой, и я сразу же успокоился. Неторопливо усевшись на стол, я с удовольствием посмотрел на Риту, которая, совершенно потеряв все свое достоинство, затравленно уставилась на змею, и почувствовал себя полностью удовлетворенным.
Достав сигареты, я начал медленно шарить по карманам в поисках зажигалки, а Рита, бросив на меня ненавидящий взгляд, дрожащим голосом произнесла:
- Ну что ты смотришь, сделай что-нибудь!
- А что я могу сделать, - я пожал плечами, - все, тебе кранты. Это самая ядовитая змея, которая только водится на южноамериканском континенте. Называется - жарарака.
Черт его знает, откуда вдруг всплыло это название. Наверное, из какого-нибудь романа, прочитанного мною в далекой юности.
- После ее укуса смерть наступает примерно через три минуты, - продолжил я свой комментарий, - при этом человек успевает распухнуть, как трехдневный утопленник. Поздравляю! Не каждый может закончить свои никчемные дни так оригинально.
- Застрели ее, - прошептала побледневшая Рита, - там на столе лежит пистолет. Давай быстро!
- Ага, - скептически отозвался я, - а потом защитники природы затаскают меня по судам? Вот уж увольте. Выкручивайся сама, как хочешь. А я пошел.
Я слез со стола и, сделав Рите ручкой, направился к двери.
- Ну Костенька, милый, ну пожалуйста, - услышал я за спиной дрожащий голос, и мне стало еще лучше, - ну спаси меня.
Я с трудом убрал с лица широкую идиотскую улыбку и, повернувшись в Рите, спросил:
- А если я тебя спасу - что тогда?
- Тогда я сделаю все, что ты захочешь.
- Ну, - я пренебрежительно хмыкнул, - то, что ты имеешь в виду, я могу получить от тебя и так. Вы, бабы, только об одном и думаете, и считаете, что все другие, то есть мужчины, мечтают о том же.
- Ну Костенька… Ай!
Змея сделала выпад в сторону Риты, и та, вжавшись в металлическую спинку кровати, прижала руки ко рту, чувствуя скорую погибель.
- Ладно, я тебя спасу. Но с тебя фант. Идет?
- Идет, идет, давай сделай что-нибудь, ну! - быстро забормотала Рита, не сводя глаз со змеи, которая, как я думаю, была испугана не меньше, чем она.
Я подошел к кровати и беспечно схватил змею за шею.
Насчет шеи я, конечно, загнул, не было у нее никакой шеи, в общем - за туловище недалеко от головы. Но, как видно, до навыка Педро мне было далеко, потому что змея сразу же повернулась в мою сторону и цапнула меня за предплечье.
Я успел заметить, что во рту змеи не было привычных зубов вроде резцов, клыков и коренных. Все это заменяли две полоски мелких иголочек длиной миллиметров в пять, которые были направлены назад, как видно для того, чтобы просто зацепиться за добычу до того момента, как удастся оплести ее и начать душить.
Вот и эта гадина, уцепившись за мою руку своими мелкими зубками, тут же накинула несколько колец и стала ее душить.
Ее - это мою руку.
Мне было чуть-чуть больно, и по руке потекла тонкая струйка крови. Несчастная испуганная скотина все-таки слегка разодрала мне кожу. Но я, подогретый хорошей дозой вина, не обратил на это никакого внимания и, подняв перед собой руку с намотавшейся на нее змеей, сказал:
- Вот видишь, я гибну, спасая тебя, глупая женщина.
Рита, широко раскрыв глаза и рот, смотрела то на меня, то на удава, азартно душившего мою руку, потом ее рот закрылся, глаза сузились, и она прошипела не хуже этой самой змеи:
- Ах ты сволочь! Ах ты клоун несчастный! Я тут умираю от страха, а ты…
Я резко поднес змею к ее носу, и Рита, отпрянув, стукнулась затылком о спинку кровати. Раздался металлический звук, и в кровати отозвалась какая-то пружина.
Схватившись за затылок, Рита снова зашипела, но уже с другим выражением. Видать, она приложилась к железной трубе достаточно сильно. На ее глазах показались слезы, губы искривились, и хладнокровный агент Федеральной службы безопасности России Маргарита Левина позорно заплакала, громко хлюпая носом и прерывисто вздыхая.