- Знай наших!
А потом снова по-английски:
- Вы же в Южной Америке! А здесь кофе - такая же обыденность, как в России квас.
- Э, нет, дорогой сеньор, - возразил я, отпив небольшой глоток удивительно ароматного кофе, - тут вы не правы. Теперь в России обыденностью стало пиво. А про квас давно забыли. Так же, как и про лапти, балалайки и всю остальную интуристовскую чепуху.
- Традиции нужно беречь, - назидательно сказал дон Рикардо, наливая себе из чайника, - это культурное наследие.
Я не был готов к дискуссии на эту тему, поэтому сделал резкий вираж и спросил:
- А где мои ребята?
- Они нам не нужны. Встреча, на которую мы едем, совершенно конфиденциальна, поэтому с нами не будет ни моих, ни ваших шестерок.
Слово "шестерки" он произнес по-русски, и я, хмыкнув, сказал:
- Вы неплохо знаете русский жаргон. Ну, без шестерок, так без шестерок. А вообще где они? Живые хоть?
- Ну… Относительно живые. Педро, как наиболее приближенный и ответственный человек, вчера остановился вовремя, а вот этот новенький, Антонио…
И дон Рикардо неодобрительно покачал головой.
Я внимательно посмотрел на него и сказал:
- Дон Антонио, я надеюсь, вы не будете вершить над ним скорый и строгий суд типа "бац - и в сельву". Вот я покину вас вместе со своими орлами, все и успокоится. Пьянка прекратится, и все будет нормально. А то мне кажется…
- Не волнуйтесь, Тедди, я не буду убивать его. Но некоторое наказание он понесет. У меня здесь все пьют, но чтобы так…
- А может быть, это мой Сергей споил его, - сказал я, вспомнив вчерашний рассказ о том, как они, обнявшись, лежали за складом.
- Да не нервничайте вы, ей-богу, не трону я его. Хотел, признаюсь, но теперь, после разговора с вами, уже не хочу.
- Спасибо, - совершенно искренне сказал я, - у меня отлегло. А мои, значит, так и валяются в виде говядины?
- Увы, Тедди, - дон Рикардо развел руками, - так оно и есть.
Он посмотрел на меня и, погрозив пальцем, сказал:
- Но вы теперь тоже должны пообещать мне, что не подвергнете их быстрой и надежной экзекуции. Обещаете?
- Обещаю, - твердо сказал я.
Конечно, я не собирался ни пристреливать Серегу и остальных, ни отрубать им пальцы или что-нибудь еще. Но для поддержания авторитета нахмурился и неохотно сказал:
- А ведь собирался… Но теперь я связан обещанием.
- Вот и хорошо, - облегченно вздохнул дон Рикардо.
И мы, отставив разговоры, принялись за кофе.
Через несколько минут рядом с костром возник Педро и, с почтением глядя на Альвеца, доложил:
- Дон Рикардо, машина готова.
- Хорошо. Через десять минут отправляемся.
Педро кивнул и отвалил.
А я, подумав, налил себе еще стаканчик из заветной бутыли.
Дон Рикардо посмотрел на меня и сказал:
- Вы знаете… Я, пожалуй, тоже выпью.
Я налил и ему.
- Давайте выпьем за успешный визит к уважаемому человеку, - сказал Альвец, поднимая свой стакан.
- За это - с удовольствием, - ответил я, поднимая свой.
Мы чокнулись, причем копошившийся рядом латинос вздрогнул и оглянулся на этот заманчивый звук, но тут же отвернулся.
- Какой слух! - сказал я по-русски, кивнув в сторону нервного повстанца, и дон Рикардо рассмеялся.
- Не смешите меня в такой ответственный момент, - ответил он тоже по-русски, и мы наконец выпили за предстоящую важную встречу.
Выкурив по сигаретке, мы посмотрели друг на друга и, не сговариваясь, одновременно встали.
- Ну что, поехали? - бодро спросил я.
- Вы позволите мне небольшую вольность, как старшему и умудренному опытом товарищу? - вместо ответа поинтересовался дон Рикардо.
- О, конечно, - ответил я, чувствуя, как выпитое вино возвращает меня к жизни, и я снова становлюсь быстрым, умным и доброжелательным.
Дон Рикардо пронзил меня грозным взором и, ткнув пальцем в бутыль, спросил:
- А это кто будет нести? Вы хотите предоставить это старому и седому дону?
- О, простите меня, великодушный сеньор! - я всплеснул руками, - больше это не повторится. Я совсем не хотел выразить неуважение к вам.
И я суетливо подхватил бутыль, которая, к моему удовольствию, была почти полной. Расхохотавшись, дон Рикардо хлопнул меня по плечу, я хлопнул его, и мы в отличном состоянии духа направились к стоявшей неподалеку машине, которая оказалась вполне современным "хаммером".
Увидев это, я присвистнул и сказал:
- Хорошая у вас машинка! У меня такой нет.
- А вы приезжайте сюда работать со мной - и будет, - предложил дон Рикардо, и мы снова расхохотались.
День начинался отлично, бабы, от которых я уже начал уставать, отсутствовали, и, когда "хаммер", за рулем которого сидел, как я заметил, уже успевший опохмелиться Педро, взревел двигателем, я повернулся к сидевшему рядом со мной Альвецу и сказал по-русски:
- А на дорожку!
- А с удовольствием! - ответил Альвец.
И я открыл бутыль.
Глава 10
Кармен и самолеты
Пока мы тряслись в "хаммере", я трудолюбиво открывал и закрывал бутыль, бережно передавая ее Альвецу и не менее бережно принимая ее обратно, болтал о чем попало, поддерживая любую тему, которую предлагал мне словоохотливый собеседник, но в моей голове, в самом темном ее углу, постоянно горела маленькая красная лампочка. Тревожная такая…
Я ехал в хорошем внедорожнике по плохой южноамериканской дороге, вокруг были джунгли, а рядом со мной - двое лихих латиносов, которым порешить человека что курице голову свернуть. Но не это беспокоило меня. Когда мы отбывали, а точнее, когда я уже заносил ногу на подножку "хаммера", из-за хижины выглянула Кончита. Она не видела, что я ее заметил, и поэтому не потрудилась придать своему лицу соответствующее случаю выражение.