За каких-то несколько дней из короля русского криминала в Америке я превратился в обыкновенного хиппи. А как еще, интересно, можно было назвать человека, который сидит в закусочной на девяносто пятой дороге, запивает гамбургер пивом и бездумно смотрит в большое окно, за которым в разнообразных красивых машинах проносятся благополучные американцы?
Деньги у меня, правда, были. Перед своим отъездом Рита дала мне еще, и теперь у меня было около сорока тысяч, но я даже не мог купить машину!
Стоило мне только засветить свою американскую ксиву, как любой компьютер тут же настучит на меня в ФБР. Дескать, русский уголовник Знахарь, которого вы ищете, только что купил в нашем магазине автомобиль. Берите его тепленького.
Мне нужен был вариант, при котором я просто отдам человеку деньги и уеду на его машине без всяких оформлений и прочей вредной для меня бюрократии. Это нужно было хорошенько обдумать, но в моей голове было совершенно пусто.
Я посмотрел на свою одежонку и решил, что ее неплохо было бы поменять.
Недалеко от рыгаловки, в которой я сидел, находился подходящий магазин, и, закончив с гамбургером, я вышел на улицу. До магазина было метров пятьдесят, и, закурив, я неторопливо направился в ту сторону.
Мимо меня медленно проехал розовый "кадиллак" пятьдесят третьего года.
Он остановился около того самого магазина, и я, посмотрев на него, только вздохнул. Вот у людей заботы! Не годятся им современные автомобили, им, блин, антиквариат подавай! Мне бы сейчас какой-нибудь захудалый "Дженерал Моторс" без названия - и то за счастье!
Когда я поравнялся с "кадиллаком", его правая дверь неожиданно распахнулась и перегородила мне дорогу.
Я напрягся и сунул руку за пазуху, где у меня была "Беретта" с неизвестной биографией, но из машины никто не вышел. Мало того, правое сиденье, к которому относилась эта дверь, было пусто.
Я осторожно наклонился и заглянул внутрь.
За рулем сидела Кончита и, улыбаясь во весь свой большой рот, весело смотрела на меня.
- Сеньор куда-нибудь едет?
Я не нашелся, что ответить, и просто уселся рядом с ней.
- Сеньор не рад меня видеть? - и Кончита обиженно надула губы.
Наконец дар речи вернулся ко мне, и я ответил:
- Сеньор рад тебя видеть.
А я и на самом деле был рад тому, что непонятное висение в чужом враждебном пространстве наконец закончилось. Правда, я не знал, что ждет меня теперь, и поэтому сказал:
- Сеньор хочет ехать куда-нибудь, но только не туда, где он может встретиться с сеньором Гарсией и сеньором Альвецом.
Кончита звонко засмеялась и сказала:
- Закрой дверь. Курнуть хочешь?
Борис Седов
Пролог
Я не выбирал имени, которое ношу.
Когда я родился, мои родители по каким-то своим соображениям решили назвать меня Константином, а фамилия Разин досталась от далеких и теперь уже неизвестных предков.
Итак - Константин Разин.
Прозвище свое я тоже не сам выбирал.
Знахарем меня назвали урки уголовные, потому что до превращения, произошедшего со мной, я был врачом. Могли бы просто Доктором окрестить или Лекарем, например, но, видать, Знахарь им больше по душе. Есть в этом слове что-то магическое, сказочное, что ли… Знахарь-то по словарям-толкованиям - тот, кто и портит, и правит людей. Вот и я - поначалу правил, а в последнее время все больше портить приходилось. Души-то я не портил, а тела их бренные…
Эх, блин, сколько тел этих за моей спиной осталось, причем безвозвратно попорченных…
Ну и ладно. Знахарь так Знахарь.
Мне ровно тридцать три года.
Как раз в этом возрасте одного парня приколотили гвоздями к перекладине за то, что он во всеуслышание заявил, что он Бог и что отец его тоже Бог.
Ни больше ни меньше.
Сейчас-то на такое заявление никто и внимания не обратит, ну повертят пальцем у виска и пойдут дальше, чуть не каждый год возникают и, нахватав у дураков денег, исчезают невесть куда новые пророки, мессии и даже антихристы, а тогда…
Тогда к таким вещам относились серьезно, вот и распяли его в назидание другим, чтобы умов не мутил, а может быть, - из страха, что так оно на самом деле и есть. И ведь не испугались, что папаша за своего сына всех раком поставит, а может быть - знали, что ничего особенного не произойдет?..
А казнили его, скорее всего, просто потому, что он мешал тогдашним правителям проворачивать обычные для правителей всех времен и народов грязные макли.
Он ведь что говорил - царство мое, мол, не от мира сего. То есть как это - царство? Что значит - не от мира сего? Ты, парень, брось, мы в этом мире живем, мы этим миром правим, а ты тут какими-то странными байками народ с толку сбиваешь! Давай-ка мы тебя, дружок, распнем, чтобы зря языком не трепал.
И - распяли…
Да вот только получилось все не так, как они думали, а совсем наоборот. О них самих давно уже позабыли, зато байки, которые парень этот рассказывал, запали людям в душу и постепенно превратились в Новый Завет. И помнят люди о парне об этом распятом, по имени Иисус, да о другом, что его предал, - Иуде, и неизвестно еще, кто больше людям в душу запал, от кого большее наследство осталось. И я тут не о деньгах говорю - о другом наследстве, что посерьезнее будет, да и пострашнее, пожалуй…
Сам-то я человек не религиозный, у меня другое представление о мире, но насчет парня этого ничего плохого сказать не могу. Жаль только, что никто так и не понял, что он имел в виду. И это так и есть. За две тысячи лет люди не изменились ни на йоту. Какими были, такими и остались. И иногда кажется, что людей во все времена больше всего интересовало - сколько это тридцать сребреников, по теперешнему курсу и не продешевил ли Иуда, продавая своего Учителя…