Хотя Юлька и затряслась как осиновый лист, но не столько от выстрелов, которые были достаточно далекими, а от нарастающего тарахтения снегохода. Ей было все равно, кто на нем едет, ибо и бандиты, и милиция были одинаково опасны. Юлька не стала дожидаться, пока машина объедет остров и наткнется на нее, у которой много-много денег в сумке. Поэтому она вылезла из трактора, ухватилась за сумку, сильно полегчавшую после изъятия из нее Механиком рюкзачка с железяками, и пошла по его следам на остров.
Вначале лыжня, оставленная неизвестным посетителем острова, и следы Механика шли в одном направлении. Примерно через двадцать метров следы ботинок Механика отвернули вверх по склону, а лыжня продолжилась в прежнем направлении, вдоль берега. Юлька, конечно же, двинулась по следам Механика.
Она благополучно поднялась вверх по склону и добралась до того, что 55 лет назад было прожекторной площадкой, под которой располагался дот № 3. Она увидела открытый люк — круглую дыру посреди пригорка, чья некогда шестигранная форма давно уже не просматривалась через наросшую за полвека почву, толстый слой нетронутого снега и множество кустов, выросших здесь за это время. Следы Механика вели именно туда, к этой дыре. Подойдя ближе, Юлька разглядела рядом с дырой маскировочную заглушку — не то донце, отпиленное от большой бочки, не то специально сооруженную приземистую кадку, в которую был не то посажен, не то просто воткнут, довольно разлапистый куст. С помощью двух прочных проволочных ручек кадку можно было вытащить из шахты, что, должно быть, и сделал Механик.
Преодолев робость, Юлька вытащила зажигалочку, посветила на жерло шахты и увидела скобы, уходящие в бетонную трубу. Внизу тоже был виден тусклый, красноватый свет. Осторожно уцепившись одной рукой за верхнюю скобу, а второй — за край шахты, она слезла в люк, и начала спускаться вниз, стараясь нащупывать ногами нижние скобы.
Юлька очень боялась, когда лезла в шахту. Она ведь не знала, какой она глубины. Но оставаться на тракторе одной, когда где-то тарахтят моторы и грохают выстрелы, было куда страшнее…
В это самое время Механик только-только вытащил первый мешок из канализационного люка, находившегося в доте № 3. Услышав шорох за спиной, он быстро выхватил свой самодельный револьвер, привернул фитилек керосинового фонаря, который они когда-то нашли с Есаулом, отремонтировали и приберегли на всякий случай. Он был готов пристрелить любого агрессора.
— Это я! — очень вовремя пискнула Юлька, уже переставив ногу с нижней скобы на металлическую лесенку, доходившую до пола.
— Ты зачем приползла? — прошипел Механик. — Я тебе где сидеть велел?
— Там стреляют где-то… И машины урчат. Страшно!
— Далеко?
— Где-то на той просеке, через которую ехали…
— Не иначе Серый со Шмыглом встретился… — предположил Механик. — Ну и хрен с ними. Пусть разбираются, нам некогда. Раз уж пришла — помогать будешь!
— А чего делать надо?
— Еще ниже полезешь, — Механик показал Юльке открытый канализационный люк. Над ним возвышалось некое сооружение на четырех ногах, похожее на каркас пирамиды. К вершине этой пирамиды снизу была приделана система блоков по типу морских талей. Через блоки была пропущена капроновая веревка, а лебедку Механик соорудил из катушки для полевого телефонного кабеля, которой когда-то пользовались немецкие связисты. Она хоть и поржавела, но была вполне пригодна для того, чтоб наматывать веревку. Механик только оборудовал ее храповиком и стопором, а кроме того, накрепко привинтил к вцементированной в бетонный пол дота станине от немецкого пулемета.
— Так, — сказал Механик, критически оглядывая при свете фонаря Юлькины дорогие сапожки и куртку. — В этом снаряжении там делать нечего. Измажешься вся. Там хоть и подмерзло все, но грязи до фига.
Юлька только-только разглядела, что Механик, повесив свою приличную одежку на крюк, вцементированный в стену дота, переоделся в свой комбинезон, под который надел ватник, на голову напялил танковый шлемофон, а на ноги обул валенки с галошами. Он решительно расстегнул комбез и приказал:
— Надевай ватник и все прочее.
— А ты?
— Здесь почище. А там в трубу придется метров на пять заползать… Не бойся, не застрянешь. Сам бы полез, но тебе мешок с крюка не снять, да и лебедку медленно крутить будешь. Поживее одевайся!