Убедившись, что с ямой все будет в порядке, Олег двинулся дальше и вскоре выбрался к тропе, ведущей от хутора к причалу. Вылезать на тропу он не стал, потому что увидел троих парней в сером камуфляже, шедших со стороны речки.
— Может, еще поищем? — произнес один из них. — Шеф ругаться будет…
— Где искать-то? Они небось на лодке в Снороть уплыли, мотор врубили и угнали куда подальше. Мы и так уже весь берег облазили. Видно, Механику без нашего шефа спокойнее живется.
Третий поддакнул:
— Ну, удрал и удрал. В конце концов, нам ведь его просто предупредить надо было, чтоб не волновался…
— Во-во, — поежился тот, что утверждал, будто Механику без Ларева спокойнее. — А то он от своих волнений еще постреляет нас тут для страховки.
Механику стало смешно, и он сказал, не высовываясь из-под елочек:
— Юноши, я, конечно, очень извиняюсь, вы не меня ищете?
Парни покрутили головами, не очень поняв, откуда звуки исходят, и, тот, который опасался, что Механик их постреляет «от волнения», неуверенно спросил:
— Это кто?
— Человек-невидимка, — хмыкнул Механик. — Высоко сижу, далеко гляжу. Короче, передайте Лареву, что мы минут через двадцать подъедем. Почетного караула с оркестром можно не выстраивать.
— Может, вы покажетесь, гражданин невидимка? — ухмыльнулся камуфляжник. — А то, может, мы вас с кем-то путаем?
— Это совершенно необязательно, — сказал Механик. — Топайте спокойно, с чистой совестью.
— Ну ладно, как скажете… — Парни еще раз покрутили головами, так и не сообразив, что Еремин сидел всего в четырех метрах от них, а потом стали подниматься к хутору.
Олег подождал, пока они отойдут подальше, — просто так, чтоб игру не портить, и направился к речке. Здесь, у причала, никого не было, и Механик быстренько окунулся в воду и поплыл вниз по течению. Пока плыл, маскировочная грязь с него помаленьку смывалась, и до заветного заливчика, где стояла его «эскадра», Олег добрался уже почти в нормальном загорелом виде. Публика, которая ждала его, в явном волнении устремила взгляды на хмурую щетинистую рожу — после вчерашнего бритья Механик уже здорово оброс.
— Так, — строго спросил он, подплывая к лодкам, — вице-адмирал Мартынова, почему команда не построена? Где доклад по всей форме? Почему старший гальюнщик Шпиндель носом шмыгает?
— Ладно тебе кривляться! — проворчала Райка. — Мы тут сидим трясемся из-за него, а он в игрушки играет! Что там, на хуторе? Не пожгли его?
Механик понял, что Райку сейчас, после того, как Механик вернулся благополучно, беспокоят главным образом такие вопросы, как целость избы, добра, которое по большей части лично ее, Райкино, а также коровы, поросят, кур и кроликов. И не придется ли все это бросать и плыть хрен знает куда на этих лодочках.
— Все нормально! — объявил он, забираясь в «Казанку». — Поднять сигнал: «Эскадре следовать в базу!»
— Как дите! — покачала головой Райка. — Шпиндель и то серьезней смотрится.
— Ну дайте мне немного в моряка поиграть! — каким-то обиженно-детским тоном произнес Еремин. — Ужас как хотел когда-то в морфлот попасть. А мне говорят: с таким ростом самое место — танковые войска. И что меня в детстве мало за уши тянули?! Был бы сейчас ростом с Юльку, может быть, уже и капитаном первого ранга стал…
— Вы же вроде говорили, Олег Федорович, что в инженерных войсках служили? — напомнил Епиха.
— Это потом, когда прапорщиком стал. А срочную я в танковых отслужил, механиком-водителем «Т-62». Сначала съездил домой, немного покрутился — и решил проситься обратно в армию. Ну, мне и предложили в инженерные войска. В школу прапорщиков. Для боевых машин разминирования народу не хватало. А потом в Афган…
Механик вздохнул. Права Райка, уже поздновато играми тешиться, жизнь-то помаленьку заканчивалась, и ничего уже невозможно было переиграть…