— Где закапывать будем? — поинтересовался Шпиндель.
— Прикинем, — лаконично ответил Епиха, пуская дым.
За всеми этими жутковатыми делами, связанными с нечаянным убийством, грабежом трупов и утоплением их в воронке, Епиха как-то позабыл, что замышлял угробить Шпинделя. Теперь, когда они пришли сюда, на этот островок, окруженный камышами, и когда Шпиндель опять начал много болтать, Епиха вновь вспомнил о том, что этот хлипкий болтунишка может сломать весь кайф. Мало того, что он про деньги может проболтаться, так теперь у него еще и оружие появилось. Ясно ведь, что он его домой потащит. И пистолет, и обоймы, и выкидуху. И спрячет где-нибудь у себя в столе или книжном шкафу, где мать их запросто нашарит. А что потом? Либо выбросит потихоньку, либо, что гораздо хуже, снесет в милицию, соврав, будто во дворе нашла. Но ведь те, что сейчас лежат в воронке, — крутые ребята были. И может быть, из этих пистолетов, что Епиха и Шпиндель греют у себя на животах, не одного человека грохнули. Стволы-то с глушаками, киллерские…
Именно в этот момент — хотя до этого надо было гораздо раньше додуматься! — Епиха отчетливо понял, что им теперь вообще жизни не будет. Потому что крутые их достанут и дома.
— Как же они нас вычислили? — вслух произнес он.
— Кто? Те двое? — спросил Шпиндель.
— Двое здесь было, — Епиха досадливо поморщился. — Но они ж наверняка от конторы. И не пешком из города пришли. Просекаешь фишку?
— Ты думаешь, это те самые? Чьи деньги? — оторопело пробормотал Шпиндель.
— Ну ты, блин, тормоз! — покачал головой Епиха. — Неужели раньше не понял? С чего другим крутым нас мочить?!
— Но откуда ж они узнали? И как догадались, что мы сюда поехали?
— Фиг его знает, может, та баба, у которой мы сумку выдернули, нас запомнила. Но вообще-то непонятно, конечно.
— Так ведь нам теперь домой нельзя… — испуганно произнес Шпиндель. — Если они нас здесь нашли, то и где мы живем в два счета узнают…
— То-то и оно, — проворчал Шпиндель. — Они, блин, нас и здесь могут застукать. Сперва тех двоих найдут, а потом и сюда доберутся! Запросто!
— Чего делать-то? — явно паническим тоном пробормотал Шпиндель.
— Не знаю… — Епиха, опять же с большим опозданием, но сообразил, что они себя сами в мышеловку загнали. Он вспомнил, что, когда выходили из автобуса, мимо проехала машина темно-красного цвета и остановилась где-то впереди. Должно быть, те, кого они чисто случайно убили, посмотрели им вслед и, увидев, что они пошли в рощу, двинулись следом. А там, в машине, еще кто-то оставался. И сейчас, не дождавшись братанов, они небось пошли их искать. Может, еще и подмогу вызвали. На траве, пока они со Шпинделем волокли трупы, могла кровь остаться. До первой воронки доберутся наверняка, найдут, где их братки плавают… По следам дойдут до болота, а там по примятой осоке и камышу отыщут путь к озерцу и островку…
— Ай-и-и-и! — откуда-то из-за камышей донесся пронзительный визг, плеск воды, мат какой-то.
Епиха и Шпиндель услышали Нинкин визг и крики Клима, находясь почти в полукилометре от места событий. Что там, на краю камышовых зарослей, происходит, они не разглядели.
— По-моему, баба визжала, да? — спросил Шпиндель шепотом.
— Мужик вроде тоже орал. Может, кто-то из них в болото провалился… Хоть бы, блин, все там утопли, суки!
— Думаешь, это те, крутые? — испуганно пробормотал Шпиндель.
— А кто еще в эту трясину полезет? Наверно, они с собой ту бабу привезли, которую мы ограбили… — догадался Епиха. — Ты стрелять-то умеешь?
— Не-а, — стыдливо сознался Шпиндель. — Я только из духовушки в тире стрелял.
— Ща покажу… — Епиха не стал признаваться, что он тоже ни разу не стрелял из пистолета. Но он по крайней мере мог объяснить Шпинделю, как обойму вставлять, как с предохранителя снимать и так далее. Шпиндель уже успел проделать все нужные операции самостоятельно и готовился еще разок попробовать, когда Епиха насторожил уши.
— Тихо! По-моему, кто-то прет через камыши… Небось они.
Шпиндель ухватился за свой пистолет и залег у ствола дерева. Епиха тоже. Затаили дыхание, ждали, слушали… Плюхающие шаги и потрескивание камыша слышались все громче.
Теперь ребята со своего бугорка хорошо видели, как шевелятся камыши. Похоже, шел только один человек. И двигался он не по тропе, которую они протоптали, а гораздо правее. Кто именно — разглядеть пока не могли, камыш скрывал идущего с головой.