Механик, приоткрыв дверь, сунул нос в липкий влажный пар, заструившийся из парилки в предбанник, и крикнул:
— Гостей ждете?
— Жде-ем! — дружно заорали певицы.
— Тогда вылазьте ненадолго. Примите еще одну для вашего трио!
— Заходи, блин, не студи помещение! — проворчала Юлька.
— Какую «еще одну»? — настороженно спросила Райка.
— Какую-какую! — рассердился Механик. — Какая чуть не утопла!
И, подхватив под руки Женю, прямо в пальто и сапогах затолкал ее в парилку, проорав:
— Раздевайте ее и парьте, пока не покраснеет!
Сам Механик решил, что надо бы все-таки выгрузить из машины взрывчатку и присоединиться к банной компании попозже. Но едва он успел залезть в кабину, как из бани донесся такой дружный визг в три глотки, что ему стало наплевать на эти 60 килограммов тола. Кипятком, что ли, обварились?!
Встревоженный Механик бегом влетел в предбанник и распахнул дверь в парилку.
— Чего орете? — спросил он, ошалело поглядывая на баб.
В парилке царил романтический полумрак. Помещение освещалось лишь свечкой, потрескивавшей на окошке, да рдевшими в печи углями. Красноватые дрожащие блики света поигрывали на влажных телах Райки и Юльки, на их мокрых, растрепанных и прилипших к плечам волосах. А на лицах читалась злость, презрение и отвращение. Этакие прелестные голые ведьмочки, готовящиеся стартовать на шабаш…
— Ты нам кого привез? — грозно спросила Юлька.
С Жени, которая вроде бы чуть пришла в себя, проворные бабы уже сняли и пальто, и сапоги, и свитер, и блузку, и даже бюстгальтер. Должно быть они начали снимать и кожаные брюки, но тут произошло нечто непредвиденное… Теперь она сидела на мокром полу, подтянув ноги к животу, и всхлипывала.
— Ладно, — сказал Механик, все еще ни шиша не понимая, — разберемся!
Он вытащил в предбанник уже снятые с Жени вещи, захлопнул дверь, чтоб не студить парилку, и, быстро раздевшись, вернулся туда, где неразборчиво, но возмущенно лопотали Юлька с Райкой.
— Так в чем дело, я не понял? — сурово спросил Механик.
— Не понял?! — спросила оскорбленно Юлька. — Ты нам кого привез?
— Женю… — в полном недоумении пробормотал Механик, полагая, будто бабам не понравилось, что он привез вдобавок к двум еще одну, хотя и с этими двумя управиться не может. — Ее бандиты в реку скинули…
— Ее?! — в один голос завопили бабы. — Разуй глаза!
— А я их и не обувал… — проворчал Механик. — Что вам не нравится, объясните толком!
— Ладно, можно и толком! Держи за локти!
В тот момент, когда Механик подхватил хнычущую и слабо брыкающуюся Женю под локти (и полюбовался при этом на большие груди, которыми располагала рыжая!), проворная Юлька подскочила к ним и ловко спустила штаны с несостоявшейся утопленницы…
— Е-мое! — вырвалось у Механика, когда он, заглянув вперед, увидел то, чего никак не ожидал увидеть.
Спасенное им существо располагало полным набором того, что принято называть «первичными половыми признаками». Мужскими!
Механик поспешно отпустил Женю и отскочил в сторону, не то от брезгливости, не то просто от неожиданности.
А само существо еще пуще заплакало.
— Ну, убедился?! — злорадно завопила Юлька.
— Может, он синтетический? — засомневался Механик в явном обалдении.
— Умнее ничего не придумал? — Юлька покрутила пальцем у виска. — Подергай, может, отклеится?! Или на зуб попробуй… Где твои глаза были, е-мое?!
— Можно подумать, я в штаны заглядывал… — проворчал Механик. — Я вижу, кого-то живым с моста сбросили, выловил… Не топить же обратно! На внешность-то баба бабой, с сиськами…
— Может, оно — гермафродит? — предположила Райка.
— Да пидор это обыкновенный! — безжалостно прорычала Юлька. — Сиськи из силикона вшил…
— Ладно, — буркнул Механик. — Покамест сойдемся на том, что это человек, которого в ледяную воду окунули. Его отогреть надо, отпарить — пусть дальше живет.
— Вот и занимайся им сам, — прошипела Юлька. — А я к этому спидоносцу близко не подойду…
— Да нет у меня никакого СПИДа! — истерически взвизгнула (или взвизгнул) Женя.
— И правда, — заметила Райка с некоторым сочувствием, — баба бабой, только с прибором.
— Короче, — серьезно сказал Механик, — ты, малый, кончай реветь. Иди, ложись на полок и грейся. А то ежели тебя от этого купания воспаление прихватит, у меня лечить нечем.
Женя, утирая слезы и прикрывая ладошкой то, что вызвало нарекания публики, выполнил (или выполнила) распоряжение Механика. Юлька демонстративно отсела и принялась намыливать ноги, а Райка, напротив, осталась и с явным любопытством присматривалась к странному существу.