— Воображение, значит, богатое, — усмехнулась Женя.
— Ты хоть отогрелась немного? — спросила Райка. — Конечно, придатки, небось, не простудишь, но и другое всякое, общечеловеческое есть.
— Конечно… Нет, вроде бы, сейчас все нормально. Ноги сперва ломило. Потом ничего.
— А это… Ну, мужиковское… не болит?
— Уже оттаяло… — смущенно сказала Женя. — А что ты так смотришь, а?
Райка действительно поглядывала как-то странновато.
— Да вот гляжу и сомневаюсь, не знаю, как и сказать-то поприличней… И чтоб не обидеть невзначай.
И она, так и не подобрав слов, наклонила голову и осторожно провела губами по Жениному плечу.
— А меня это, между прочим, возбуждает… — доверительно сообщила Женя и перевернулась на спину. Точнее, перевернулся. Потому что спереди у этого существа с женским голосом торчало нечто совсем мужское.
— Пожалуй, не меньше, чем у Олега нашего… — удивилась Райка. — Неужто не жалко такое под нож?
— Не надо, — пробормотал Женя, явно не ощущая прилива какого-либо мужества. — У меня потом такое завертится в голове — полная депрессия и упадок…
— Полежи молча, а? — тяжко дыша от страсти, прошипела Райка. — Я сама все сделаю…
— Ты меня до самоубийства доведешь! — Голос звучал совсем жалобно и по-женски. — Не надо, Раечка! Я с ума сойду, если что-то получится… Не хочу быть мужчиной! Отпусти меня! Пожалуйста!
— Эхма! — воскликнула Райка, ощущая, что ей наплевать на все, что видят глаза и слышат уши. И, оседлав Женю, принялась осязать в себе тугое и горячее, раскачиваясь и жадно посапывая…
НАШЛАСЬ ДУША ПРОПАЩАЯ…
Механик все это время бегал по недостроенным домам — Юльку искал. А она как сквозь землю провалилась, хотя площадь острова за прошедшие часы еще больше сократилась, и деваться ей было особо некуда. От забора до кромки воды местами оставалось метров 50, не больше. Только с восточной стороны, где гора была покруче и повыше, потоп отстоял от ворот метров на двести, а дорога, шедшая по склону холма в поселок, пока еще лишь на треть ушла под воду.
Но туда Механик поначалу не пошел. Ему подумалось, будто Юлька даже в ярости, и даже от вредности не попрет среди ночи в сырой и полузатопленный лес. Поэтому он упорно искал ее в поселке, но чем больше домов и строений обходил, тем меньше шансов оставалось, что она отыщется. Само собой, что от этих затянувшихся неудачных поисков Еремину стало казаться, что произошло что-то нехорошее. Он упорно отметал лезшую в голову «панихиду», но она не отступала.
Был бы Олег менее рассудительным — натворил бы делов сдуру. Многие нервные ребята, испытай они те же чувства, что он, пожалуй, застрелились бы. Конечно, если б они любили Юльку так же сильно, как он. За эти два месяца он не просто привык к ней, а буквально прирос сердцем. Вся их шальная и непутевая жизнь после побега из Москвы и гибели Есаула, где на каждом шагу можно было расстаться с белым светом, казалась каким-то прекрасным сном. Даже те несколько дней, когда Механик еще числил себя в импотентах. Подумать, что этой «сибирской кулемы» больше рядом не будет, Олег просто страшился. Райка — совсем не то. Она баба расчетливая и хозяйственная. И хитрая к тому же. Не зря Механик насчет «Федькиного клада» и сам язык за зубами держал, и Юльке наказывал. Она местная, здешних бандюг знает. И если увидит шанс откупиться, чтоб заслужить право вернуться в Стожки, в свою родную избушку, пожалуй, может продать…
Нет, Механик не подозревал Райку по-настоящему. Если б такое имело место, он бы ее уже убил для страховки. Просто он нарочно доводил себя до белого каления, гипертрофируя роль Юльки в собственной жизни. Это было нечто вроде покаяния какого-то. Надо было на время обозлиться на Райку, чтоб более неутомимо искать Юльку. Заодно Механик, конечно, обозлился и на Женю. Вылавливаешь из воды вроде бы бабу, ошалевшую от восторга по поводу нежданной возможности вернуться из путешествия на тот свет, а оказывается, что это не пойми кто. Разобраться в таких сложностях, кто есть обыкновенный пидор, а кто — благородный транссексуал, Механику не позволяло образование. В принципе особого вреда от его появления не было бы, если б Юлька не завелась. Разбалансировалась едва налаженная Механиком система. Что бывает с разбалансировавшимися двигателями, Еремин хорошо знал. Их разносит, если вовремя не остановить.