Телефона у клофелиновой стервы не было, жила она на другом конце поселка, и проверить, как там дела обстоят, можно было только, послав своего человека.
В общем, Басмач позвал Буню, который вынужденно ошивался в конторе, поскольку ему пока никакого дела не находилось, и повелел ему срочно сгонять до клофелинщицы. Буня сел в свой личный «жигуль» и обещал минут через десять все выяснить.
Когда Буня укатил, Витя маленько успокоился и опять стал думать, будто все должно кончиться хорошо. Конечно, несколько мешали этому грустные рассуждения о том, как ему придется успокаивать родню Хряпа, Рыжего, Вельвета и Башмака, а также о том, сколько запросит родная районная ментура, чтобы признать четыре обгорелых и простреленных трупа жертвами автомобильной катастрофы. Все это могло потянуть на очень даже порядочную сумму, жалеть которую можно было только теоретически, ибо она представляла собой совершенно необходимые расходы.
Размышления, однако, немного отвлекли Басмача от нервного ожидания, и он, глянув на часы, заметил, что уже истекли десять минут, обещанные Буней, а кроме того, вот-вот следовало ждать доклада от Шванди.
Однако вместо этого вдруг зазвонил телефон. Никаких звонков Витя не ждал и сразу почуял неладное.
— Слушаю, — отозвался он.
— Привет, — прозвучал в трубке бодрый голос, — это я, Боря из Москвы. Вчера виделись, помнишь?
— Помню, — кошки отчаянно заскреблись на сердце Басмача. — Что не спится?
— Да так, сомнения одолевают, братан. У тебя ребята в Самсоново поехали?
Басмач аж крякнул: ну Москва, ну зараза! Откуда узнали?! Но сейчас надо было отбрехиваться на ходу, а разбираться с «утечками» времени не имелось. Поэтому Витя постарался прикинуться шлангом:
— Поехали, а что? Надо Дзобладзе напомнить насчет профсоюзных взносов, чтоб не задерживал…
— Витя, — сказал Борис почти проникновенным тоном, — ты можешь себя очень обидеть. «Не обостряй тенденцию парадоксальных иллюзий», — как выражается наш общий знакомый Рома, с которым мы сейчас активно беседуем. Короче, через два часа максимум я буду иметь четкие подтверждения, вернулись ли твои мальчики домой или все еще гуляют вблизи «незнакомого поселка, на безымянной высоте». Причем буду их иметь независимо от тебя. Если они оттуда вовремя не уедут, проблема может стать трудно разрешимой. Ты все хорошо понял?
— Да, понял, — пробормотал Басмач, и голос у него был вовсе не твердый.
После этого в трубке нудно запищали короткие гудки, и осталось только повесить трубку.
Почти в тот же самый момент внизу притормозил «жигуль» Буни, и «шестерь» торопливо вбежал в офис. Он еще топал в коридоре, а Басмач уже знал, что предстоит услышать…
— Комар сбежал… — испуганно пролепетал Буня, по-видимому, всерьез опасаясь, будто тут же получит в морду только за то, что принес это неприятное известие.
— Догадываюсь, — мрачно произнес Басмач. — Баба жива?
— Дышит вроде бы, но спит. Похоже, этот козел ее своей порцией напоил. Привезти ее?
— Толку-то?! — буркнул Витя. — Все равно, даже если разбудишь, она сейчас ни фига интересного не скажет. Он уже давно до Тромбона добежал. Мне только что из Москвы звонили. Эти, которые новая «крыша». Им уже про Самсоново настучали. Ладно, свободен. Вали домой, отсыпайся. Сегодня работы уже не будет.
Буня, возрадовавшись, торопливо покинул помещение, а раздосадованный Басмач взялся за рацию и нажал кнопку передачи:
— Швандя, Медведь, ответьте!
Отозвались быстро:
— Витя, я Медведь, слышу тебя.
— Объявляю экстренное торможение. Через полчаса жду в офисе. Все.
Басмач понимал, что даже в родном районе не стоит надолго занимать эфир, а потому никаких комментариев к своему приказу давать не собирался. Однако, Медведь и Швандя, услышав эту команду в кузове своей «уазки», сразу поняли, что стряслось нечто очень серьезное и неприятное.
— Блин! — в сердцах сказал Швандя. — Километра до речки не доехали. Неужели Витя Комара упустил, а?
— Запросто, — хмыкнул Медведь. — Надо было его не клофелином, а просто по мозгам отоварить, чем потяжелее… Чтоб у него навовсе язык отнялся.
— Простой ты, Медведь, шибко простой, — покачал головой Швандя. — Думаешь, Витя не соображал, что делал? А что, если б Тромбон, озаботившись за своего пацана, взял бы да и приехал к нам в райцентр? Да не со своей кодлой, а скажем, с Кнышом?
— Соврали бы чего-нибудь. Скажем, уехал на автобусе, помахали ему ручкой и больше не видели. А в нашей области получить монтировкой по чердаку — не проблема. От этого даже бандиты не застрахованы.