Сгоряча Шкворню подумалось, будто те ребята, что оставались у джипа на проселке, успеют выехать с проселка на городское шоссе, добраться до поворота на ту дорогу, что проходит мимо «коровников», и перехватить беглецов. Он приказал им по рации проделать этот маневр, еще двоих отправил пошуровать в деревеньке, надеясь найти эту самую гипотетическую «наркоту», а сам с еще одним братком попер по следам аэросаней.
Все эти дела кончились полным швахом. Те братаны, что поехали на «Паджеро», через каждые полста метров садились по кардан, буксовали и попеременно — один за рулем оставался — вылезали и толкали механизм, который, хоть и считался внедорожником, но только для Японии, должно быть. В России ему ловить было нечего, тем более что проселок от усиленного снеготаяния всего за два часа раскис капитально, и даже там, где до полудня нормально проехали, теперь творилось черт-те что.
Те, кто «шуровал» в деревне, само собой, никакой наркоты не нашли, только время потеряли. Ну, и сам Шкворень с корефаном, пройдя с километр вдоль «лыжни», изматерились до неприличия и вернулись. На открытом месте снег потаял, а в лесу его было еще до фига. Убедившись, что местами в ложбинки уже натекло талой воды по пояс, а идя по лыжне, по колено в снег проваливаешься, вернулись. Только после этого Шкворень сообразил повнимательнее посмотреть на следы шин, оставленные около пожарища на деревенской улице, и сообразил, что у Еремы был еще какой-то автотранспорт, кроме трофейной «копейки», и на этом куда более серьезном механизме он и смылся. Причем, должно быть, утром, когда дорога еще не оттаяла от ночного заморозка.
В общем, Шкворень понял, что тут делать не фига и надо возвращаться. Это тоже оказалось непросто. Опять пришлось полтора километра глину месить по просеке, а потом еще пару километров до того места, где «Мицубиси» капитально застрял и те двое, что при нем находились, вытащить его не могли. Пока суть да дело, стемнело, стало холодать, и чертову самурайку вшестером, героическими усилиями, едва успели выдернуть из подмерзшего грунта. Иначе пришлось бы заночевать.
Так что из этой экспедиции все шестеро приехали промокшие, промерзшие, ухрюканные в грязи до полного свинства, с хорошим впечатлением от созерцания сгоревшего Коня и его верной «копейки», а также с осознанием того, что этот день потеряли от и до.
Правда, Шкворень все-таки успокаивал себя тем, что Ерема хоть и жмот, пройдоха и паскуда, раз не дал себя убить, как планировалось, но все же работу сделал на совесть. Еще днем ему стало известно от своячка в ментуре, что Крюк со Струмилиным погибли, что при этом гробанулся Шварц, а кроме того, обнаружены в относительно целом состоянии кейс с многими десятками тысяч долларов и оформленные бумаги на приватизацию той самой заветной фабричонки. То есть, строго говоря, хозяева, на которых Шкворень трудился, получили как раз то, что заказывали. То есть подкоп под губернатора, удар по тому производству, которое Крюк затеял на прогоревшей фабричонке и, наконец, удар по всей «Чик-чириковской системе». Потому что, как планировалось заказчиками — они много чего планировали сверх того, но Шкворень был посвящен только в вышеперечисленные задачи операции, — в городе и области пойдет грызня и резня между теми конторами, которые будут подозревать друг друга в нечестной игре и убийстве Крюка. При этом Шкворень будет чист как швабра и, как завещал товарищ Мао, станет той хитрой обезьяной, которая, сидя на горе, будет наблюдать бой тигров в долине. Это лично для Шкворня было самым приятным обстоятельством, которое чуточку смягчало его душу перед лицом провала с Еремой.
Впрочем, примерно в то время, когда перемазанный в грязище джип прикатил, по общему согласию, во внутренний двор ресторана «Кахетия», к штатной сауне команды, расположенной в уютном подвальчике, Шкворня посетила очень тревожная мысль. А ну-ка, что будет, если этот любитель подрывного дела где-нибудь засыплется? Если он не блефовал, когда говорил Коню, что у него взрывчатка есть, и его сейчас с этой взрывчаткой заловят? Где-нибудь на дороге обшмонают — и привет! А он к тому же из вредности заложит Шкворня?
Конечно, чего ему бояться? Статьи 105-я часть 2 пункт «а» (убийство нескольких лиц) ему вполне хватит, там по максимуму вышка. Соответственно, есть надежда на применение статьи 61 пункт «и», где обстоятельством, смягчающим наказание, признаются, в частности, активное способствование (слово дурное какое-то, но так в УК-97 написано) раскрытию преступления, изобличению других соучастников преступления. Вот Ерема и начнет изобличать Шкворня.