Прячась за деревом, Юлька минуты две рассматривала тех, кто сидел в машине. Через открытую заднюю дверцу виднелся силуэт Хряпа, свалившегося боком на сиденье. Каких-либо движений она не замечала. И те, что спереди, и тот, что на асфальте, признаков жизни не подавали.
Перекрестившись для храбрости, Юлька выскочила из-за дерева, в три прыжка перескочила расстояние до «Тайги» и первым делом отпихнула ногой автомат, валявшийся рядом с Рыжим. Кровь, которой был забрызган весь салон, как ни странно, ее не пугала. Наоборот, пьянила! Она, девчонка, одна, без Механика, четверых мужиков перебила! Вооруженных!
— Райка! — позвала Юлька, едва ли не захлебываясь от восторга. — Иди сюда! Они все дохлые! Все!
Райка еле вылезла из кабины, глотнула свежего воздуха, чуть-чуть еще отдающего угольным душком горелого пороха. Потом неверной, будто пьяной, походкой, подошла к машине… Глянула, нюхнула — и рот зажала, не то, чтоб не завизжать, не то, чтоб не блевануть. Но кое-как справилась с собой, выдавила с дрожью в голосе:
— Они это… Банда с района. Рэкетиры чертовы! Они, еще когда сельпо было, приезжали когда хотели и брали что хотели. И не пикни… Вот этот, сзади, старший у них. А в районе крутей его какой-то командует. Их «басмачами» у нас зовут. Хотя русские все. Зверье…
— Нельзя их тут оставлять! — сказала Юлька решительно. — Надо их в «коровники» утащить. В «Паджеро» сзади трос был. Там запрячем — фиг найдут.
— Там уж напрятано… — всхлипнула Райка. — Неужто тебе-то не страшно?
— Страшно будет, если они нас так уделают… — прошипела Юлька, не очень ловко вытаскивая тяжеленный трос. — Давай не раскисай дура, за руль садись!
Райка села, объехала слева изрешеченную пулями «Тайгу», остановилась, не глуша мотор, а Юлька, кое-как разобравшись в петлях троса и крюках на бамперах, исколов себе руки через перчатки о металлические заусенцы, все же сумела прицепить «Тайгу» к «Паджеро». Райка потянула, но «Тайга» пошла медленно, волоком.
— С тормоза снять надо, — Раиса помаленьку приходила в форму. Она выскочила из кабины и вернулась назад.
— Давай уж заодно и этого погрузим… — Юлька вспомнила о валявшемся на асфальте Рыжем. — Осторожней, не попачкайся… Раз-два, взяли!
— Ой! От него ж воняет…
— Да берись ты, зараза! — прорычала Юлька. — Закидывай! Оп! Тьфу! Он в штаны наклал, по-моему… Ладно, поехали отсюда!
Райка, все еще не избавившись от дрожи во всем теле, отпихнула мертвого Вельвета и сняла «Тайгу» с тормоза, а потом во всю прыть побежала к «Паджеро». Юлька, подхватив и наскоро обтерев автомат Рыжего, тоже бегом помчалась к машине и уселась рядом с ней.
— Ну, Господи благослови! — Райка двинула сцепку вперед и довольно ходко докатила до ближнего «коровника».
— Сюда, что ли?
— Нет, повезем туда, где вы вчера были… — Юлька понимала, что в ближнем «коровнике» трупы сваливать придется туда, где лежит клад, и Механик этого дела никак не одобрит. А там, где уже сутки как гниют семь трупов, еще четыре вполне пропишутся.
Райка вполне отчетливо матернулась, но порулила в «коровник». Как ни странно, она успешно втянула «Тайгу» туда, почти не замешкавшись.
— Отцепляй на хрен! — простонала она. — Видеть это больше не хочу! Сил нету, с ума сойду!
— Не вой! — рявкнула Юлька. — Я их обшмонаю еще.
— Психованная ты! Не противно?!
— Противно. Но у них и бабки, и пушканы есть. Ксивки тоже пригодиться могут… — Юлька с особым удовольствием выговаривала словеса из лексикона Механика. Она казалась себе такой крутой, что дальше некуда. И хотя в принципе Юлька с удовольствием свалила бы отсюда, пальцем не прикоснувшись к мертвецам, она решила чуточку поиздеваться над Райкой. Все-таки, хотя ничего особо серьезного против этой бабы она не имела, право на маленькую месть за то, что теперь Механика приходится делить, Юлька жаждала осуществить. А потому, превозмогая отвращение к этим неживым оскаленным ртам, остекленело-округлившимся глазам, липко-холодным рукам и пропитанной кровью одежде, стала вытаскивать мертвецов на цементный пол.
Первым выволокла Вельвета, вынула из-за пояса «ТТ», из кармана запасную обойму, сняла с руки золотые часы, с шеи цепочку, выдернула из кармана бумажник, где были и стобаксовые, и сторублевые купюры. Затем так же выпотрошила Рыжего. У того нашлось два магазина к автомату и финка, пистолета не было. Башмака осматривала уже на пределе сил. Наконец она выдернула из машины Хряпа. Тот, упав на пол, от острой боли пришел в себя и, глухо застонав, открыл глаза.