«Вот это уже разговор, — подумал я. — Выход на коррумпированного чиновника тюремного ведомства. Это пригодится не только для Рябого».
— Добро, — сказал я. — Адрес чина давай.
Она торопливо, сбиваясь, начала объяснять.
— И вот еще, Пелагея. — Я понизил голос. — Ты баба тертая, уши у тебя везде. Мне слухи нужны. Про Козыря, про его людей. Кто, где, когда. Рябой твой при них терся, ты наверняка слышала чего.
— Да я все расскажу! — жарко выдохнула она. — Я про них, гадов, такое знаю… И наводки дам жирные! Есть у меня на примете… Свое возьмешь…
Я поднял руку, останавливая поток.
— Наводки — это хорошо. Но сейчас главное — врач. — Я закинул узел с инструментом обратно на плечо. — Жди. Сегодня–завтра отправлю к нему врача. А там видно будет. Но запомни: если вытащим — он мне должен будет. Сильно должен.
— Да он ноги тебе мыть будет! — заверила Пелагея.
Я кивнул и вышел на улицу.
На душе было странно. Я только что пообещал спасти человека, которого сам же чуть не убил. Но в этом мире враг моего врага — мой инструмент. И если Рябой выживет, он станет отличным гвоздем в крышку гроба для Козыря. А если помрет… Ну, значит, судьба такая.
Главная проблема оставалась прежней. И имя ей — Козырь. Пока этот упырь дышит, я хожу с мишенью на спине. Он будет искать и рано или поздно найдет. Значит, ждать нельзя. Нужно бить первым.
«Нет человека — нет проблемы», — вспомнилась фраза из будущего. Банды такого типа держатся на харизме и страхе перед вожаком. Убери пахана — и стая начнет грызться за власть, распадется на мелкие шайки. Им станет не до меня.
Но как его достать? В трактире?
Я сразу отмел эту мысль.
Там всегда людно, дым коромыслом. Подобраться тихо трудно будет, а уж уйти тем более. Нужна засада. Тихое место. Подкараулить, когда он идет ночевать или едет к бабам. Но для этого нужно знать маршруты и бить наверняка.
А вот для исполнения приговора мне нужен инструмент. Я похлопал себя по карману, где лежал мой несчастный револьвер. Один ствол. Старый, ненадежный, хоть и с хорошими патронами. Этого мало. Катастрофически мало. Мне нужен арсенал.
Ноги сами вынесли на Садовую. Я знал, куда иду. Ломбард, или, как гласила вывеска с ятями, ссудная касса.
Улица была пуста. Я прошел мимо витрины, замедляя шаг, но не останавливаясь, словно обычный прохожий. Цепкий взгляд скользнул по стеклу. За решеткой на бархатной подставке лежал он — наган. И не один. Рядом двуствольное ружье, какие-то карманные «Велодоги».
Но просто так витрину не выставишь. Я остановился чуть поодаль и бросил внимательный взгляд на окна. Сигнализация. Простые электрические звонки, работающие от гальванических батарей.
Я присмотрелся к рамам. В углах стекол виднелись тонкие полоски фольги и медные контакты. Провода уходили куда-то внутрь, к звонку.
«Так, физика, восьмой класс», — пронеслось в голове. Системы бывают двух типов. Первая — на размыкание. Ток течет постоянно. Если перерезать провод или разбить стекло, разрывая цепь — якорь реле отпадает и включает звонок. Такую просто так не чикнешь — надо ставить перемычку. Вторая — на замыкание. Самая простая и дешевая. Контакты разомкнуты. Открываешь окно — пружина толкает пластину, цепь замыкается, звенит звонок.
Вгляделся в устройство контактов на раме. Медные пластинки стояли так, что при закрытом окне они не касались друг друга. Окно давило на изолятор, разводя их. Значит, система на замыкание. Если окно открыть — контакты сойдутся. Вывод прост: если перерезать провод, идущий к контактам, цепь никогда не замкнется. Хоть открывай окно, хоть танцуй на подоконнике — тока не будет. Звонок промолчит.
— Бинго, — шепнул я себе под нос.
Теперь план. Нужен доступ внутрь. Я перевел взгляд выше. Форточка. Узкая, маленькая. Сигнализации на ней не было видно: или на такую мелочь датчика пожалели, или просто не сумели присобачить громоздкие контакты. Держится она на шпингалете — поворотной задвижке посередине. Изнутри.
В голове мгновенно созрела схема. Приходим ночью. Коловоротом аккуратно высверливаем отверстие в раме форточки, прямо напротив лапки шпингалета. Просовываем проволочный крючок, поворачиваем задвижку. Открываем форточку. Кто полезет? Яська! Мелкий, юркий, как хорек. Он в эту щель со свистом влетит. Яська оказывается внутри. Ножницами перерезает провод сигнализации основного окна. Открывает нам створки изнутри. Мы заходим, как к себе домой.
Оставалась одна деталь. Железный щит. На ночь витрины и двери закрывали ставнями или сплошными щитами. Щит запирался на висячий замок. Я прищурился. В сумраке было плохо видно, но характерный силуэт замка я узнал. Глуховский. Дужка толстая, корпус массивный. Но для меня это не проблема.