Украинский миф о двух вариантах «Тараса Бульбы», как и всякий миф, содержит в себе некоторую часть правды (иначе кто бы верил?).
Где правда, а где ложь, сегодня может разобраться каждый.
1. Правда ли, что Гоголь написал два варианта «Тараса Бульбы»?
Да, правда. Существует редакция 1835 года и 1842 года.
2. Правда ли, что первая редакция была в России запрещена?
Нет. Повесть в первой редакции вышла в России в том же 1835 году, в сборнике «Миргород».
3. Правда ли, что первую редакцию «Бульбы» Гоголь писал «в эмиграции» в Риме?
Неправда. В Риме версию-1835 Гоголь не писал и писать не мог, потому что только в июне 1836 г. сел на пароход, отправлявшийся в Любек, путешествовал по Европе и приехал в Рим только в марте 1837 г.
4. Гоголь уехал из России, спасаясь от материальных трудностей и морального гнета, от которых искал убежища за границей?
Нет. Гоголь в России прославился, как сказали бы сейчас, стал успешным человеком. Ко времени его приезда в Рим вся грамотная Россия уже почти два года читала «Тараса Бульбу» и представить себе не могла, что в XXI веке профессиональные украинцы попытаются превратить эту повесть в «неизданную».
Гоголь уже не был жалким начинающим литератором из провинции, которого можно купить за пару десятков тысяч рублей. Читатели расхватывали его книги, издатели спешили с предложениями дружбы и кошелька, а критики назвали «главою литературы, главою поэтов» (В.Г. Белинский, 1835 г.). Путешествие по Европе Гоголь предпринял для отдыха, а потом ему понравился Рим. Тогда многие дворяне жили за границей.
5. Правда ли, что во вторую редакцию 1842 г. изменения вносились без ведома Гоголя?
И это неправда. Конечно, Гоголь не сидел в Риме, пока кто-то в России дописывал за него «Тараса Бульбу». Летом 1841 г. Гоголь приезжает в Санкт-Петербург и сам готовит к печати первый том «Мертвых душ» и четырехтомник «Сочинения», в который и вошла повесть «Тарас Бульба» во второй редакции. Гоголь действительно не вполне доверял публикаторам, которые могли перепутать малороссийские слова, напечатать, например «батька» там, где Гоголь хотел видеть «батько». Это — еще одна крупица правды, с помощью которой строится миф лжи.
6. Приводят ли создатели мифа какие-то доказательства, например, слова самого Гоголя о том, что его заставили переписать «Тараса Бульбу» или внесли изменения без его ведома?
Нет, не приводят, потому что таких доказательств не существует. Однако часто используется передергивание, так называемая «серая пропаганда», когда действительно сказанные Гоголем по иному поводу слова переносятся на «Тараса Бульбу». Чаще всего приводится известное письмо Гоголя к Плетневу от 10 апреля 1842 года: «Я лучше решился переделать его, чем лишиться вовсе».
Это письмо — совсем о другой повести, и непосредственно за процитированными словами следует: «Я выбросил весь генералитет, характер Копейкина означил сильнее…».
Капитан Копейкин — не Бульба, и почему судьба одного произведения должна что-то доказывать в отношении другого, — известно только профессиональным мифотворцам.
7. Правда ли, что в первом варианте «Тараса Бульбы» слово «Русь» «даже ни разу не упоминается»?
Да. Зато упоминается слово «русский», как например: «Голодная бурса рыскала по улицам Киева и заставляла всех быть осторожными. Эта бурса составляла совершенно отдельный мир: в круг высший, состоявший из польских и русских дворян, они не допускались».
Каждый может сам судить, считал ли Гоголь тогдашний Киев населенным русскими людьми — или какими-то иными.
8. Правда, что в первой редакции казаки назывались «украинскими»?
Слов «украинец», «украинский» вообще нет ни в первом, ни во втором варианте.
Слово «украинец» в XIX веке для определения жителей Южной, или Малой Руси тогда употреблялось чрезвычайно редко, исключая нескольких польских интеллектуалов, разрабатывавших концепции «украинства» (не знал и не употреблял слова «украинец» и Т.Г. Шевченко).
9. Являются ли слова о любви к Русской земле органичными для писателя?
Да. Гоголь признавался в любви к России не только в художественных произведениях, но и в частной переписке: «Поблагодарите Бога прежде всего за то, что вы русский, — писал он графу А.П. Толстому. — Для русского теперь открывается этот путь, и этот путь есть сама Россия. Если только возлюбит русский Россию, возлюбит и все, что ни есть в России. К этой любви нас ведет теперь Сам Бог». Это письмо под заголовком «Нужно любить Россию» Гоголь потом включил в «Выбранные места из переписки с друзьями».