— Ну-ну, — Сергей ухмыльнулся. — Избранный грузчик, забавно. И для чего я избран? Складировать ваш инопланетный мусор? В таком случае мой тариф сто евро в час, плюс бесплатный обед и перекур во время перелётов.
«Как тупо должно быть это прозвучало. Что я несу? Ни тени улыбки. У ангелов нет чувства юмора?».
— Отнюдь. Грядут смутные времена, ты избран, чтобы предотвратить гибель человечества. Ты Восьмой из моей колоды. Ты воин из далекого прошлого и, возможно, будущего.
— Звучит как бред.
— Звучит как правда, в которой ты вскоре убедишься.
Сергей не нашёлся, что ответить, ему не хватило выдержки, и он без сил рухнул на кровать, обхватив голову руками:
— Скажи мне, что это сон, ужасно реальный сон…
— Сергей, это не сон. Я… Я тоже, как и ты, была взята с Земли. Я тоже сначала не верила, но теперь посмотри на меня! — Мара глядела прямо и честно, как тут не поверишь?
— Ты та девушка, которую я встретил там… на Земле? Ты Марина?
— Нет. Вернее, я раньше была той девушкой, теперь уже нет.
— Почему?
— Ты всё поймёшь завтра, — она опустила глаза. — Завтра будет трудный день.
— Расскажи, что произошло тогда в Питере, — Сергей на всякий случай незаметно ущипнул себя. — И почему ты пропала?
— Если не вдаваться в подробности, то на тебя велась охота. Наш враг желал твоей смерти. Тогда на свидании, не было никакого захвата заложников, единственный кого хотели захватить — это ты, я смогла их отвлечь. Но Шестой из колоды чёрных сердец оказался проворнее, чем его подручные. Он вообще очень мерзкий тип, — скривилась, явно вспомнив, что-то неприятное. — Можно сказать, мне повезло и теперь ты здесь.
— Ну и той ночью, — холодно бросил Сергей. — Я так понимаю, ты тоже исполняла свой долг? Часть задания и всё такое.
Она даже не моргнула.
— Есть более насущные вопросы, задай сначала их…
Он не знал, что и думать. Предательски заболела голова, а потом бархатный голос с хрипотцой в ней.
— Сэр Гей, ты, кажется, хотел узнать и обо мне, не забудь — сейчас она готова ответить на все вопросы…
Точно! Херувим! Сергей нащупал рукой мягкого зверька, погладил брюшко. Херувим замурлыкал. Казалось, ему всё безразлично, но Сергею подозревал зверька в лукавстве.
— Расскажи мне про него, — он взглядом указал на Гвидона, который свернулся калачиком.
— А разве он сам тебе не рассказал?
— Нет.
— Странно, как правило, они весьма болтливы…
— Ну, этот явно не из таких.
— Что ж, смотри, — девушка сняла с руки белый перстень, а с груди брошь, — Паша, Маша, проявитесь!
Сергей едва успел моргнуть, как перед ним появились два удивительных существа: белый горностай и самый настоящий библейский бес. Херувим Гвидон перестал мурлыкать, перевернулся на живот — насторожился. Горностай белой молнией мелькнул у ног и оказался на кровати. Его шерсть блестела, а шесть парных крыльев на узкой спинке подрагивали. Умные голубые глаза уставились на Гвидона. Нанюхавшись вдоволь, горностай сбежал к хозяйке.
— С Пашей, я полагаю ты уже знаком, а это Маша, — показала Мара на красного беса с кожистыми крыльями и рогами на лысой голове. Маша отвернулась, кидая недоверчивые взгляды на Сергея и произнесла: «Мя!».
— Вынырнул подосланный бесенок, замяукал он, как голодный котенок, — не удержался Сергей. Встретив непонимание, подсказал. — Это из Пушкина. А кто… Что они вообще такое?
— Они — мои херувимы. Как тебе сказать… Херувимы — спутники воина. Щит и меч. Они крепко привязаны к нам, больше того — они не могут жить без человека, с которым связали себя в момент рождения…
— В момент рождения, в момент рождения… — повторил он, — … Но ведь здесь кроме меня никого не было… Ты хочешь сказать, что меня специально заперли здесь, чтобы я… чтобы он… — Сергей рассердился. — Да разве так можно?! Кто вам дал право решать за меня? Да и за него тоже?!
— Не кипятись, — одёрнула Седьмая, в голосе звучал приказ. — Подумай головой. Во-первых, Херувимы наделяют владельца огромной силой! А во-вторых, всё уже произошло, ничего изменить нельзя, но скажи, как на духу, ты жалеешь, что встретил его? — она указала на Гвидона. Тот тоже вопросительно посмотрел на хозяина.
Сергею сделалось стыдновато. При взгляде на Гвидона, тепло кольнуло в сердце.
— Нет, не жалею…
— И никто до тебя ещё не пожалел! — подняла палец Мара, зашагала по комнате от стены к стене. — Это огромное счастье, пробудить херувима. Причём такое под силу лишь единицам избранных, если бы мы ошиблись, и ты оказался не тем, кого искали — яйцо так и осталось бы яйцом.
— Хорошо. Верю… — осел Сергей.
— Вот и отлично, — спокойно продолжила она, — Чтобы ты всё понял, я объясню. Ты находился в этой каюте ровно восемь земных дней. Именно столько необходимо, чтобы произошла полная синхронизация с разумом хранителя. Тебя не тревожили, чтобы не возникло накладок.