Повисла гнетущая тишина.
Профессор, почесав затылок, пробормотал:
— Ну, Марочка, вопросы ты задаёшь…
— Я тоже над этим думал, — вмешался Меркурий. — Королева Креста говорила, что духовное поле Земли обладает собственным самосознанием. Оно реагирует на жителей планеты и может влиять на их поступки. Королева сказала, что избранные проявят себя. Нам нужно лишь оказаться в нужном месте в нужное время…
— Хочешь сказать, мы должны искать и надеяться, что нам просто повезёт? — язвительно бросила Мара.
— Да, — неожиданно просто согласился Восьмой.
— Пипец… Вы хоть сами понимаете, что несете? Я что, одна здесь реально смотрю на вещи? Это НЕВОЗМОЖНО!
— Нам должно повезти, — тихо, промолвил Восьмой. — Отвага, Вера и Честь…
— Отвага, Вера, Честь! — хором вторили все эллины, кроме Мары.
Глава № 6 The Search.
КНИГА ИСХОДА. Архивный идентификатор: Dlta-7 // Приложение: Персональный лог [Статус: Последний свидетель]. Дата записи: [Данные утрачены] Пост-скриптуационный период.
Пришло время нанести финальные глифы на скрижаль архивов умирающего мира. Цикл завершается.
Месяц назад в моё убежище, затерянное в руинах квинтэссенции былого величия, проник вестник извне. Автоматический флаер, преодолевший безграничье, доставил контейнер. Внутри — манускрипт, испещрённый знаками клана Чёрных Сердец. В нём говорилось об открытии, перевернувшем онтологические парадигмы. Учёным собратьям удалось картографировать процесс духовной трансмиграции. Доподлинно установлено, что планетарная ноосферная оболочка — не пассивный реципиент, но квирит-организм, существующий на основе полисимбиотического конгломерата. Пси-сущности — души — суть интегральные компоненты сего колосса.
Далее описание, увы, апеллировало к узкоспециализированному тезаурусу квантовой теологии, что сделало текст герметичным для моего восприятия.
Во второй части депеши Чёрные Сердца констатировали: реанимировать процесс реинтеграции душ в деградировавшую оболочку Марса не представляется отныне возможным. Однако, с присущей им кичливой изворотливостью, они нашли обходной путь. К манускрипту был присовокуплён артефакт — браслет с обсидиановым хамелеон-кристаллом в септуме. «Витальный Накователь».
Автор разъяснял: устройство генерирует стабилизирующее пси-поле, создавая для души оператора принудительный саркофаг в момент биологического распада. Не позволяя ей раствориться в оболочке, артефакт удерживает квинтэссенцию. После чего, будучи помещённым на тело неоформы-клона, в 95% случаев индуцирует процесс ассимиляции, при котором душа воспринимает новый сосуд как аутохтонный. Теоретически, Накователь открывает врата к субтитру личного бессмертия, попирая цикл природного перерождения.
Я предался рефлексии. Спустя неделю, я разослал флаеры в три анклава, дабы услышать мнение прочих Хранителей Книги Исхода. Во всех ответных скрижалях я узрел единый вердикт: отказ.
Сегодня на восходе я вновь совершил восхождение.
Кислотные ливни, катализировавшие процессы окисления, изгрызли каркасы индустриального сектора подобно челюстям левиафана. Вихри насытили атмосферу микродолями оксида железа. Существует гипотеза: когда фабрики обратятся в прах, их кинетическая ржавчина покроет планету багровым саваном, окончательно утвердив её звёздное прозвище — Красной планеты.
Облачившись в скафандр, я бродил среди руин нашего высокомерия. Перед возвращением я низринул Накователь в индустриальную шахту, чья глотка уходила вглубь на километры. Наша вина перед этим миром слишком велика, чтобы позволить себе подобную профанацию, надругавшись над заслуженной смертью.
Сегодня, в ночные часы, я поднимусь на поверхность в последний раз, дабы засвидетельствовать тайфун, рождающийся в складках ноосферы. Я не знаю как, но чувствую — история моего мира не дописана. Возможно, это лишь спасительная иллюзия, ибо осознание финальной тьмы невыносимо. Но нечто глубинное шепчет, что величайшее из чудес универсума — духовная оболочка — не может просто исчезнуть. Мы не уничтожили её. Мы лишь… скорректировали вектор её эволюции.
Я буду верить, что это не финал. Ибо в противном случае, нам действительно нечего ждать по ту сторону. Мой дом, живи.
1.
Тропинка давно затерялась в зарослях папоротника, но он продолжал бежать. Висящие щупальца бурого мха, как руки призраков неожиданно касались головы, а затем отступали, оставляя на коже ядовитую слизь. За пределами древней тайги, солнце, скорее всего, уже садилось, но здесь в чаще, одряхлевшие исполины заросли паутиной настолько, что совсем не пропускали свет. Лес выглядел чёрным.