— Привет, сынок! Хорошо вчера погуляли? — подмигнул отец, доставая из-под стола кружку рассола.
Пока Сергей жадно пил элексир, отец перешёл на шёпот.
— Ты в следующий раз скажи, что на рыбалку едешь и лучше оставайся на ночь там, где был. Матери спокойнее — нервишки целее! Я всегда так делаю…
— Ладно, па. Слушай, ты её отвлеки, а я по-быстрому в душ и на работу…
— И нечего там сговариваться! Нашлись заговорщики! Я всё слышу! Нет бы матери помочь по дому, а они ходят из угла в угол — штаны протирают! Ох, не дал бог дочку! — не утихала мама.
— Похоже на весь день завелась…
— Извини, пап. Сочувствую.
Зазвонил коммуникатор. Сергей убрал руки от опухшего лица. Звонил Глеб.
— Дружище, как ты? Может на пробежку?
— Ха-ха. Очень смешно… Ненавижу тебя! Все нормальные люди с похмелья болеют, если тебе повезло, и ты не знаешь, что это такое — поздравляю, но ко мне не приставай.
Глеб хохотнул.
— Маринка моя тоже мается, но я её в холодный душ засунул! Бегает тут зубами стучит, но уже поправляется!
— Ненавижу тебя! — послышался женский голос издалека.
Узнав знакомые истеричные нотки, Сергей прыснул:
— Кажется, я знаю, какой она будет лет через тридцать.
— Может пивка для рывка?
— Иди ты знаешь куда? Встречаемся через полчаса внизу. Конец связи.
В ванной из-за чрезмерно сладкого запаха нового освежителя воздуха, Сергея чуть не стошнило.
— Боже, когда же мне полегчает? — спросил он мысленно часы, — Гвидон, а у тебя не найдётся какой-нибудь зелёной таблетки от похмелья, а то я умираю…
Мгновенно проявившийся херувим, скептически взглянул на хозяина, коротко ответил: «Нету» и развоплотился обратно.
«Врет конечно».
— Конечно, — строптиво ответил голос в голове. — Я слышу все твои мысли.
Прохладный душ и морозный ветер на улице подействовали отрезвляюще. Так что, входя в здание базы, Сергей чувствовал себя много лучше, чем выходя из дома.
Фиалковый циферблат показывал без пятнадцати два, в это время в элитном туалете подавали бизнес-ланч, так что внутри не протолкнуться. Эллины стилизовали меню в соответствии со спецификой заведения и это, похоже, нравилось всем без исключения. Дети с удовольствием кушали коричневые кучки шоколадного мороженного с измельченными орехами, запивая желтым лимонадом, а взрослые предпочитали толстые тёмные сардельки, жидкую перловку и опять же жёлтый чай.
Не задерживаясь, Сергей прошёл в мужской зал, у крайней кабинки произнёс на сей раз относительно безобидный пароль: «Каков стол, таков и стул».
В штабе как всегда пусто. Сергей давно уже подозревал, что Эллины забыли о своих прямых обязанностях, посвятив всё время ассимиляции, повседневным проблемам и хлопотам наверху. У огромного экрана с изображением различных районов Питера, сгорбилась одинокая худенькая фигура. Элайджа плакал, тихо поскуливая. Сергей чувствовал — лучше не спрашивать, а то нарвешься бесконечный поток бреда, но если уж решил быть хорошим человеком, будь готов к жертвам.
— Привет Эл, что у тебя приключилось?
Хрупкий Эллин обернулся, хлипко втянул носом соплю.
— О, Восьмой, я рад тебя видеть… Горе… Такое горе… Я же завёл чудесное создание — хомЯка… Назвал её Снежинка. Ах, какой красивой и умной она была! Понимала меня с полуслова! А вчера я… Даже не знаю, как сказать… Я… Отпустил её погулять, но она так и не вернулась…
— А ты подошву проверь, может она всё это время была с тобой? — сострил подошедший Глеб.
Элайджа снова захныкал.
Сергей утешительно похлопал его по плечу.
Начинался новый безумный день.
За разбором накопившихся актов, счёт-фактур, служебных записок и прочей макулатуры, пролетело два часа. Он почти всё закончил, откинулся на спинку кресла, чтобы немного отдохнуть перед последним подходом к поредевшей стопке бумаг, когда сработала сирена. Он давно перестал вздрагивать от её утробного рёва — с каждым месяцем провокации врага учащались — сирена теперь срабатывала чуть ли не ежедневно. Чего добивались Чёрные, снова и снова плодя перевёртышей — никто не знал. Атаки имели одну и ту же схему. Сейчас они приедут на место, встретят стаю чёрных крыс, крысы захватят людей, подавят их душу, перевёртыши нападут, они быстро разрушат крысиные метки, люди упадут в беспамятстве, они вернутся на базу. В чем смысл?
Сергей совершенно не удивился, когда в главном помещении Михаил Дмитриевич сказал, указывая на монитор с картой города.
— Концентрация небольшая в районе метро «Автово». Активность низкая. Никого из колоды воинов не замечено.
— Перевёртыши, как я и думала, будь они неладны! Словно специально не дают нам расслабиться! — воскликнула Марина, — у кого-нибудь есть идеи, что значат все эти атаки?