Людоед не обращал внимания на то, что вокруг него то и дело со свистом пролетают камни. Его пальцы сжимались вокруг шеи Невера, как клещи. Ростик видел своими глазами, как тело наследника Казантипа безвольно повисло в руке людоеда, голова его откинулась назад, а глаза закатились.
Ростик был в отчаянии, видя, как на его глазах умирает другой человек. Или, может быть, даже уже мертв. Но что же делать?! Невер могущественный, очень могущественный маг, но его магия сейчас бессильна — он никак не может помочь самому себе. Если Ростик побежит за помощью — то подмога придет слишком поздно. Решка же сейчас от страха совсем ничего не соображает. Он почти не дышит, хотя его-то никто не душит. Что с него возьмешь в таком состоянии, кроме его заговоренной монеты?
И в этот самый момент Ростик прозрел. Монета!!! Идея была ужасно рискованной, но ничего другого ему в голову сейчас не приходило. Ростик подбежал к вжавшемуся в стену Решке и громко крикнул ему в ухо:
— Решка, мне нужна твоя монета! Срочно!
— А? — с обезумевшим видом выдавил из себя Решка. У него был такой вид, будто он даже не знает, где находится.
— Дай мне свою монету! — повторил Ростик еще громче, схватив Решку за плечи и хорошенько встряхнув. — Быстрее! Ну быстрее же! Приди же ты в себя!
Но Решка только в ужасе затряс головой из стороны в сторону.
— Да что ж это такое! — в отчаянии простонал Ростик и, махнув рукой на правила приличия и прочую ерунду, от которой в такой ситуации не было никакого проку, засунул руку в карман Решкиного плаща.
Вынув блестящую золотую монету, в которой однажды увидел собственное отражение, Ростик вскочил на ноги и подбежал к людоеду. Лицо Невера было смертельно бледным. Ростику показалось, что он уже неживой. Судя по всему, людоед был того же мнения, потому что с довольной ухмылкой он утер свободной рукой вытекающую из пасти слюну и втянул большими ноздрями запах человека.
Ростик не был настроен размышлять о том, ест верлиока людей сырыми или жарит на костре. Набравшись смелости, он крикнул недрогнувшим голосом:
— Эй, ты, дубина! А ну посмотри сюда!
И понимая, что людоед может его даже не услышать, что было сил пнул ногой по щиколотке великана. Тот удивленно ухнул и повернул голову.
— Не хочешь поглядеть на свою уродливую рожу, прожорливая орясина?! — выкрикнул Ростик, отступая на шаг. — На, смотри!
Он вскинул руку, и сверкающий золотой диск взметнулся вверх. Верлиока машинально протянул огромную, как лопата, ладонь и схватил блестящий предмет, зажав его в кулаке. Потом с интересом поднес монету к глазам и разжал пальцы. И тут что-то произошло с его лицом: налитые кровью глаза расширились от ужаса. Рот с выставленными наружу громадными зубами дрогнул, широко раскрылся, как будто людоеду не хватало воздуха. Он разжал руку, сжимающую горло Невера, и тот упал к ногам великана. Глядя на монету, лежащую в ладони, верлиока вдруг издал леденящий кровь вопль, громом прокатившийся под сводами пещеры. Потом отбросил монету в сторону, будто она тяпнула его за палец, и опрометью бросился прочь. Но, пробежав лишь четыре-пять метров, с размаху налетел на стену пещеры и стукнулся о нее лбом. Звук был такой, будто треснул огромный орех. Людоед отступил назад от стены шага на два, пошатнулся на кривых ногах и рухнул без сознания на пол.
Ростик стоял с открытым ртом и смотрел на огромную коричневую тушу, растянувшуюся на полу. Он был настолько удивлен произошедшим, что с трудом верил собственным глазам. Максимум, на что он рассчитывал со своей задумкой, что верлиока просто убежит. Но результат превзошел даже самые смелые его ожидания.
Рядом послышалось шуршание. Ростик резко повернул голову на звук, но это был всего лишь Решка. С очумелым видом, еще не совсем придя в себя, он на подкашивающихся ногах подошел к Ростику.