Волк продолжал угрожающе рычать, и демон выглянул из-за плеча Данталиана, чтобы испепелить его взглядом. — Заткни свою псину!
Ярость взорвалась во мне, как тысячи мелких раскаленных осколков.
Ферментор.
Все окна виллы, в которой мы находились, резко распахнулись, так же как и двери. Они принялись хлопать — закрываться и открываться снова и снова, создавая грохот, достойный дома с привидениями.
Они продолжали биться до тех пор, пока бушевавшая внутри меня ярость не утихла. Только тогда мои руки, сжатые в кулаки, расслабились, а кожа вернула нормальную температуру — стала менее ледяной и более теплой.
Я поймала на себе пять взглядов: четыре удивленных и один испуганный. Когда я увидела абсолютно терриризированное лицо гибрида, меня охватило чувство вины — я не собиралась терять контроль над эмоциями и, как следствие, над своими силами.
Мохнатое тело Эразма сотрясалось от смеха, хотя со стороны это могло показаться угрожающим и вовсе не веселым звуком, но я-то знала его как облупленного.
Я инстинктивно перевела глаза на Данталиана. Он стоял, скрестив руки на груди и склонив голову влево.
Казалось, он о чем-то размышляет. Кто знает, о чем.
Демон с каштановыми волосами бросил на меня любопытный взгляд. — Это ты сделала? — Хоть мне и было стыдно, я кивнула. — Охуеть! Значит, это правда!
Он выглядел в восторге.
— Что «правда»?
Самый обидчивый сморщился — не поймешь, то ли от раздражения, то ли от отвращения. Он бесил меня до колик, ровно так же, как и мой «напарник». — Азазель предупреждал нас насчет тебя. Сказал, что мы свяжемся с особенными личностями и что нам ни в коем случае нельзя недооценивать женщину. Что она — нечто невиданное прежде и несет в себе огромную силу.
Я немного погордилась этими косвенными комплиментами.
— Что сказать, внешность обманчива. Но главное: выбор не причинять зла не означает неумение его причинять.
Гибридка буквально пожирала меня глазами, поэтому я взглядом призвала её задать один из тех вопросов, что наверняка роились в её голове. — Твои волосы… ну, в общем, они стали маджентовыми (пурпурный).
— Об этом поговорим позже, милая. Сначала я хочу ответить на вопрос, заданный чуть раньше. — Я грациозно опустилась на диван прямо напротив неё.
Рядом с ней стояли те двое демонов, что охраняли её месяцами. Они выстроились так, словно защищали её, и почему-то мне это было приятно.
Мой «муж» — я уже привыкла называть его так, по крайней мере, иронично — стоял у меня за спиной, всё так же скрестив руки на груди, переводя взгляд с гибридки на меня и обратно.
Эразм тем временем удобно устроился у моих ног. Внезапном порыве нежности я наклонилась и погладила его по голове.
— Я говорила, пока меня не перебили, что нам не нужны фамилии, потому что у всех нелюдей — а следовательно, существ почти бессмертных — уникальные и сложные имена, которые не повторяются. Не существует никакой другой Арьи или другого Эразма. Однако время, которое мы проводим в мире людей, обязывает нас иметь документы на любой случай жизни — без них невозможно оставаться незамеченными. Поэтому мы подстраиваемся под человеческий образ жизни и создаем фальшивые документы, как сделали мы с Эразмом.
Она очаровательно нахмурилась. — Прости, но он же… волк. Не хочу быть грубой, но он животное, а им не нужны документы, только ветеринарный паспорт.
Я улыбнулась, поймав взгляд небесно-голубых глаз волка, который великолепно подчеркивала его темная шерсть. Он выпрямил спину, словно готовясь сорваться с места. — Ну что, покажем ей?
Эразм рысцой выбежал из комнаты, я же откинулась на спинку дивана с ухмылкой на губах, удобно вытянув ноги перед собой.
Все уставились на дверь за моей спиной, куда ушел волк, с любопытством, которое вскоре сменилось полным изумлением.
Черноволосый демон приоткрыл рот. — Какого хера!
— Провалиться мне прямо сейчас в Рай, если то, что я вижу — это не… — Его друг даже не смог закончить фразу, завороженно глядя на Эразма.
Данталиан мгновенно повернул голову ко мне. — Скажи мне, что это шутка.
Он снова посмотрел на того, кто еще недавно был волком, а теперь явно сменил форму, и опять на меня. — Арья, ты хочешь сказать, что животное, которое вечно трется о твою ногу — это Анубис, получеловек-полуволк?