— Ни чего себе! — удивился парень.
Как бы Виктору с Машей не хотелось проявлять свой интерес, свою заинтересованность происходящим, все же они почти хором спросили:
— Что там?
— А вы посмотрите сами, — Игорь передал им передатчики, а сам откинулся на спинку и стал медленно пить пиво. — Да не бойтесь вы. На солнце прямо смотрите.
— Интересненько, — в свою очередь изумился Виктор. — А само не темнеет.
Он оторвал каплю от глаза и принялся ее внимательно изучать, но абсолютно прозрачный материал продолжал держать свои тайны при себе.
— Хоть какая-то польза от него будет, — сухо отозвалась Маша. — Будем на солнце через него смотреть, когда затмение будет. Весь мир будет смотреть через закопченные стекляшки или еще что-нибудь, а мы вот через эти капли.
Передатчики, которые молодые люди забрали из машины эволюции, как оказалось, позволяют безболезненно смотреть на солнце. Они как будто перехватывает какую-то часть спектра видимых волн и не пропускают через себя, работая, как светофильтр.
— Но это все баловство, — Маша отдала передатчики, и они были переложены по карманам.
— Баловство говоришь, — Игорь чуть подался вперед, нависнув над столом. — Баловство. То, что мы выжили в той катастрофе и не пополнили списки погибших? Или баловство то, что я и до этого чудом уцелел? А может то, что мы, блуждая по канализации, причем заметь, ведомые тобой, смогли выйти к цели и не погибнуть? Ты же сама мне говорила, что мы найдем ответы на вопросы. И я нашел. А вы? Как я посмотрю, получив ответы, стали задавать себе новые вопросы.
Маша, наконец-то, сняла очки. Выглядела она и вправду плохо. Глаза ввалились, кожа вокруг них посерела, губы превратились в две тоненькие сухие полоски?
— Вопросы? — сказала она, остро глядя на Игоря. — Я кроме невнятной цели о включении машин и вот этих занятных стекляшек получила отравление, кошмары каждую ночь и разыгравшуюся на их фоне бессонницу. — Ты знаешь, для меня это много, — она сделала паузу. — А то, что я вас вела за собой тогда, точнее даже будет сказать не за собой, а за светом. Так это и не я была вовсе. Тогда меня кто-то подталкивали в спину, тянул вперед, поставив перед глазами какую-то цель, отняв весь страх, заменив его решительностью, уверенностью в действиях! А потом, когда мы поднялись наверх, из меня все это вынули! Выдернули с мясом! И частичку моего личного прихватили, того, что и не вкладывали вовсе. Выжали как губку и выбросили делать выбор. Мне этот выбор не нужен! Не просила! И приключения мне такого больше не охота! Уж спасибо, наигралась, наползалась в дерьме!
Маша попыталась допить уже полностью остывший кофе, но с пренебрежением, вновь вернула кружку на стол. — Ну и гадость!
— А вам не кажется, что за нас очень круто взялись уже сейчас, хотя мы еще не на что не решились, а вы похоже и не собираетесь решаться? — Игорь аж немного привстал, пытаясь убедить своих собеседников. — Не боитесь ли вы, что помимо осознания того, что вы струсили, а вы именно струсили без всяких там отговорок, вас будут преследовать кошмары, также каждую ночь, и что это будет длиться всю вашу жизнь. Этого бонуса вам хватит?
Маша подобрала очки и вернула их на переносицу. Похоже, что эта мысль тоже была у нее в голове.
— Игорь, — Виктор видимо решил подвести итог этой беседе. — Пока что мы не будем ничего предпринимать.
— Так и я не буду ничего предпринимать, — в свою очередь перебил парня Игорь. — Схожу туда посмотрю на машину и решу, что делать дальше. Капельку эту, может, и брать не буду, а может быть и возьму, может быть без нее меня не пропустят внутрь. Но запускать ничего я не собираюсь. Так обстановку проверю. А потом попытаюсь связаться с Эрид Фаном, — Игорь не стал говорить, что уже пытался поговорить с пришельцем, но все время терпел неудачу. — Вот такой у меня план.
— В этом, наверное, есть свой смысл, но пока что мы против похода, — Виктор встал с кресла, показывая, что разговор окончен. — Ты прости нас за неоправданные надежды, но мы лучше посидим дома.