— Нет, дворяне всегда грызутся из-за власти, — равнодушно заметил Кен.
— В прежние времена они грызлись только между собой, — возразила девочка. — А теперь они все разом забыли старые распри и объединились в едином порыве против столичной власти. Поверь мне, всё это неспроста.
— Спроста или неспроста, какая разница? — отмахнулся Кен. — Сильные всегда обижают слабых. Богатые всегда обирают бедных. Войны были, есть и будут. Так на кой чёрт переживать об этом? Главное сохранить на плечах свою голову и не остаться с пустым карманом.
Это была очевидная истина, хорошо известная любому наёмнику, но вот Кристину она почему-то явно разозлила.
— Дурак! — раздражённо бросила она. — Не видишь дальше своего носа, да ещё и гордишься этим!
Поражённый её бурной реакцией, Кен удивлённо захлопал глазами. Нет, за проведённое вместе время он так и не научился понимать свою молодую госпожу.
— Нельзя же всю жизнь просто плыть по течению! — продолжила злиться Кристина. — В конце концов, свалишься в водопад и даже не заметишь!
— Ладно, угомонись. Не совсем понял эту твою аллегорию, но спорить не буду, иногда полезно докопаться до сути, — попробовал урезонить хозяйку Кен. — Что ты там говорила про мятежников, продолжай…
Девочка сердито сверкнула глазами, но, как ни странно, послушалась. Уже заметно спокойнее она пояснила:
— Существует истинная причина мятежа, некая тайная сила, вдохновившая дворян на борьбу с императорской властью. И эта сила глораны…
— Глораны? — удивился Кен. — Не может такого быть!
— Почему это? — язвительно поинтересовалась девочка.
Оруженосец на миг задумался, пытаясь облечь в слова, крутящиеся в голове мысли. Затем принялся говорить, загибая пальцы:
— Во-первых, никто и никогда не слышал, чтобы глораны оспаривали власть законных правителей Акан, — отметил он. — Во-вторых, им совершенно нечего у нас забрать: их собственные творения куда лучше наших грубых поделок, взять хотя бы амулеты силы. Женщин наших они считают ниже своего достоинства, а золота и рабов итак имеют в достатке. Ну и, в-третьих, если б глораны возжелали уничтожить империю Акан, то наверняка не стали затевать мышиную возню с какими-то жалкими мятежниками, они б нахлынули могучей волной и сокрушили бы армию императора своей невероятной магией, — уверенно закончил он.
— А ты я гляжу, большой эксперт по глоранам? — ехидно прокомментировала Кристина. — Видно частенько с ними встречался?
— Ну, было, разок, — несколько смутившись, пробубнил Кен.
— Разок, — многозначительно подчеркнула девочка. — Так вот почему ты сел в лужу по всем своим трём пунктам, — усмехнулась она
— Как это? — не поверил Кен.
Кристина улыбнулась и стала говорить, передразнивая манеру оруженосца:
— Во-первых, разве создание амулетов силы не есть прямое вмешательство в дела людей? Если б ты изучал историю, то верно узнал бы, что первые амулеты были подарены императорам и их чиновникам за некоторые вполне определенные уступки, — напомнила она и загнула палец. — Во-вторых, золота и рабов никогда не бывает достаточно. А есть ещё земли и всякие другие не менее полезные ресурсы. Ну и, в-последних, «мышиная возня с мятежниками» очень даже соответствует характеру твоих обожаемых глоранов!
— Ну, это ты зря, ведь их магия, — попытался возразить оруженосец.
— Просто невероятна, — перебила его Кристина. — Их магия действительно невероятна. Каждый глоран потрясающий волшебник равный по силе целому отряду императорской гвардии, — подтвердила она.
— И я о том же, — обрадовался Кен. — Поэтому…
— Однако, — снова перебила его Кристина. — И у глоранов есть свои слабые стороны. Например, их практически бесконечная жизнь.
— Разве ж это слабость? — удивился Кен. — По-моему это ещё одно их преимущество.
— А вот и нет, — усмехнулась девочка. — Бессмертие порождает чудовищный эгоизм: обидно погибнуть, когда у тебя впереди целая вечность. Так что, для глоранов нет ничего дороже собственной шкуры, и именно поэтому никто из них не станет рисковать собой в открытом сражении, пусть даже со слабым противником.
В устах Кристины всё, как всегда, звучало просто и логично, однако Кен ей не поверил, ведь кое-что в её теории явно не сходилось:
— Если глораны такие трусы, то как же им хватило решимости затеять этот мятеж? — возразил он. — Зачем тогда им вмешиваться в дела людей? Сидели бы спокойно в своем королевстве, где их никто не трогает…