— Почему бы и нет, — сказал он и сдвинул на середину стола блестящий серебряный кружок.
Кен тоже добавил свою монету в банк. Затем он прижал кости друг другу, точно так, как показывал Арн и опустил их в деревянный стаканчик.
«Поехали, — подумал он и сильно встряхнул его. — Теперь осталось только считать броски».
Первый бросок. Кен опрокинул стаканчик, одновременно опустив его на стол. Затем, чуть приподняв край, заглянул под него и разглядел выпавшую комбинацию: три-пять.
— Повышаю на четыре монеты, — сообщил он сопернику.
«Начну блефовать с первого хода. Пусть косоглазый решит, что я легкая добыча», — ухмыльнулся он и пристально уставился в лицо шулера.
А тот молчал, сверля стаканчик правым глазом и глядя левым немного в сторону.
«Попробуй тут, разбери куда он действительно смотрит! — подумал Кен. — Хотя итак понятно куда: наверняка ждет условленного сигнала от своих подельников».
— Принимаю, — наконец, объявил косоглазый.
Теперь очередь кидать кости по правилам переходила к нему. Не став затягивать шулер бросил сразу. Выпало шесть-четыре.
«Плакали мои денежки, — расстроился оруженосец, глядя, как чужая рука сгребает банк. — Ладно, посмотрим, что будет дальше».
А дальше первым кидал косоглазый, но результат от этого ничуточки не изменился и Кен опять потерял деньги.
«Ничего, сейчас отыграюсь, — успокоил себя он. — Если конечно амулет Бишека сработает как надо».
Пятый бросок. Кен аккуратно заглянул под стаканчик. Три-два. Комбинация не ахти какая, но, у соперника-то будет всего два очка. Понадеявшись на силу амулета, оруженосец добавил в банк сразу десять монет. Косоглазый принял ставку и, тряхнув стаканчик, со стуком опустил его на стол.
«Давай! Давай! Давай! Чего ты там возишься!» — сам того не замечая стал нервничать Кен.
Шулер и, правда, не торопился. Накрыв стаканчик обеими руками, он уставился на него, словно пытаясь загипнотизировать. Впрочем, это ему нисколько не помогло: обе костяшки уставились в потолок железными кружками. Один-один!
— Есть! — не сдержав эмоций, выкрикнул Кен.
Только теперь он по-настоящему поверил в историю Арна Бишека. Хотя конечно, всё это могло оказаться простым совпадением.
«Надо проверить ещё раз, — мысленно успокоил себя оруженосец. — Дважды таких совпадений не бывает!»
Он вновь начал считать броски и на шестом снова выпала знакомая комбинация.
«Чёрт! Вот это да! Кажется, теперь всё предельно ясно! — обрадовался Кен. — Пора бы ввести в игру золото хозяина».
Сделать это, оказалось, гораздо проще, чем он рассчитывал. Поставив на следующий кон всё имеющееся серебро, Кен специально проиграл его. Затем, умело разыграв отчаяние, вытащил из-под одежды пояс сэра Алистера и высыпал на стол две дюжины квадратных карадо.
Зрители потрясенно притихли, ведь по текущему курсу один золотой соответствовал примерно тридцати серебряным, и на столе оказалась сумма, которую многие из них никогда не держали в руках. Да и шулер сразу переменился в лице. При блеске золота его глаза загорелись алчным огнём, а ноздри широко раздулись, словно у хищника почуявшего запах свежей крови.
— Может, поднимем ставки? — сглотнув, предложил он. — Стартовая в один золой устроит?
«Вот уж не думал, что распалить его жадность будет настолько просто», — удивился оруженосец и кивнул в знак согласия.
Теперь началась по-настоящему большая игра. Да что там говорить, таких ставок в «Липовом цвете» отродясь не видывали, и зрители поневоле затаили дыхание. В полнейшей тишине шулер снова взял кости в руки, а Кен продолжил считать броски.
Третий бросок. Косоглазый с каменным лицом взвинчивает ставки. Он поднимает сразу на десять золотых, а значит у него действительно хорошая комбинация. Разумней, конечно, было бы спасовать, но нельзя, ведь так нарушится вся очередность ходов.
Четвертый бросок. Так и есть: у шулера оказалось шесть-пять, Кен снова проиграл и на этот раз проиграл много. Ой, как много!
«Но ничего, сейчас я всё верну обратно»! — азартно улыбнулся оруженосец.
Пятый бросок. Лишь бы не выпало слишком много, ведь шулер тогда наверняка спасует и этим испортит всё дело.
«Инго! Башту! Рю! Помогите! Пусть выпадет поменьше!» — взмолился Кен сразу всем знакомым богам.
Затем, встряхнув стаканчик, он громко шмякнул его об стол. А когда заглянул под него, просто остолбенел. Кажется, боги восприняли его просьбу слишком буквально: пред ним, на столе оказалась всё та же знакомая комбинация один-один.