«Видимо молва не врёт, и звериная жестокость Бенуа объясняется именно этой причиной», — вспомнил Ласло и, подавив невольную ухмылку, быстро перевёл взгляд на волшебника глорана.
Тот тоже не слишком-то заботился о своей внешности. И хотя он снял свой дорожный плащ, под ним оказалась какая-то чёрная, бесформенная хламида, выглядящая ничуть не лучше. Да и лицо глорана старосте не понравилось. Его чуждые черты были слишком непривычны неискушенному взгляду Ласло, и напоминали ему одну из тех гротескных масок, что надевают лицедеи на ярмарочных представлениях. Зато вассалы барона выглядели и вели себя вполне естественно. Они много ели и много пили, бурно обсуждали недавнюю битву и постоянно возвращались сальными взглядами к прелестям двух полуобнаженных гурий. Правда, храбрости им явно недоставало. За целый вечер, никто из них так и не осмелился упрекнуть хозяина в поражении или втихую потискать одну из его соблазнительных подружек.
«Хотя в присутствии такого пугала, как Бенуа, любой здравомыслящий человек поостерёгся бы от подобных опрометчивых поступков», — усмехнулся Бьёрн и тут же простил дворянам их малодушие.
Если быть честным, Ласло и сам ощущал себя не в своей тарелке, и с нетерпением ждал завершения неуместного ужина. И вот, наконец, после трёх невыносимо долгих часов, это случилось. Произнеся пафосную напутственную речь, барон отпустил Бьёрна вместе с другими вассалами, а верного Бенуа попросил посторожить вход снаружи. Когда же двери за хольдом закрылись, Д'Аржи бесстыдно обнял своих полуголых любовниц и неожиданно затеял с глораном серьёзный разговор:
— Ну что ты скажешь, Армин? Хочу услышать твою версию произошедшего, — жёстким, изменившимся до неузнаваемости голосом поинтересовался Д'Аржи.
Теперь любому стало бы ясно, что показное веселье барона во время ужина всего лишь умелое притворство.
— Пока что мы проиграли, — равнодушно ответил глоран, на лице которого не дрогнул ни единый мускул.
— Это я и сам вижу. Меня больше интересует, почему мы проиграли, — язвительно продолжил Д'Аржи. — Может, пояснишь?
При этих словах обе девчонки захихикали, окинув презрительным взглядом тощую фигуру волшебника, а барон, как бы невзначай запустил руку в лиф платья Элли, своей любимицы.
— В дело вмешался капитул Кэлис. Я же предупреждал вас, что это может случиться, — холодно ответил Армин, не обратив ни малейшего внимания на бесстыдные действия сидящей перед ним троицы. — Не забывайте, что в капитуле тоже умеют читать будущее.
— Но раньше ты, помнится, уверял, что в магии и в ясновидении глоранам нет равных, — продолжил язвить барон. — И разве не ты подталкивал меня к ссоре с домом Лавайе? Разве не ты убеждал, что мы с наскока возьмем Баон?
Говоря с волшебником, Д'Аржи, небрежно теребил соски Элли, начавшей томно постанывать от удовольствия. Вторая красотка, Хана, не желая отставать от подруги, стала умело поглаживать ладошкой промежность хозяина.
— А разве не вы наплевали на мои советы? И разве не вы отказались ждать наших союзников? — парировал волшебник, нисколько не изменившись в голосе.
— Союзников? Что сделала бы жалкая горстка волшебников, когда на стороне герцога мушкеты и пушки? — не унимался Д'Аржи. — Вот если б ты не убедил меня оставить артиллерию в Тайтле!
Тут собеседники гневно уставились друг на друга. Возникла напряжённая пауза, которую первым нарушил глоран.
— Я ж объяснял вам уже тысячу раз: чтоб будущее сбылось так, как нам надо, нельзя слушаться меня, лишь на половину! — раздражённо воскликнул он. — А эта грязная артиллерия, вы ж знаете — в мире, который мы строим, ей нет места!
Похоже, своими словами барон задел его за живое и наконец-то вывел из себя.
— Не забывайте, что вы согласились на наши условия и обещали следовать моим указаниям! — продолжал кричать распалившийся волшебник. — Да и что изменила бы пара пушек и сотня мушкетов?
— Вот вы, глораны, вроде умнее нас, обыкновенных смертных, но иногда я просто дивлюсь вашей тупости, — грубо перебил его барон. — Разве сегодняшнее сражение не показало, что значат на поле боя пара пушек и сотня мушкетов? — язвительно поинтересовался он.
— Ничего оно не показало! Ваши пушки и мушкеты ничего не стоят! И я готов доказать вам это! — твёрдо заявил Армин.
— Доказать? И как же, позвольте спросить, — удивился Д'Аржи. — Быть может, при помощи своих фокусов вы и прошлое менять умеете?
— Хватит дурачиться! — гневно прервал его глоран. — Развяжите мне руки! Дайте добро на мой план, и я берусь уничтожить или, по крайней мере, уполовинить армию Лавайе!