Отдышавшись, хольд вновь направил стальную змею своего амулета на тело поверженного противника. Затем, подняв над землей опутанный цепью труп, он начал медленно затягивать хватку. Он сдавливал сильней и сильней, пока вокруг не посыпались кровавые ошмётки. Затем, показав неприличный жест вражеской армии, Бенуа подобрал амулеты Саида и не спеша поплёлся вверх по склону.
Ранним утром войска Д'Аржи построились на гребне холма. Ещё не рассвело и ополченцам, проведшим предыдущий вечер в тяжёлых тренировках, жутко хотелось спать. Однако никто не жаловался, ведь вновь прозвучала команда сохранять молчание, не подчиниться которой было невозможно. Так, в полной тишине, нарушаемой лишь бряцанием оружия и топотом ног, солдаты заняли заранее обозначенные позиции. Кен встал в четвертом ряду ближе к правому краю фаланги. Как и все вокруг он понятия не имел, что происходит, а зол был даже больше остальных, поскольку всю эту ночь промучился кошмарами. Стоило ему закрыть глаза, как появлялись неясные тени и начинали истязать его, угрожая и насмехаясь, затем возникал образ сэра Алистера, смотрящий в лицо с молчаливым укором. И вроде бы ничего особенного, но, едва заснув, Кен сразу просыпался и долго ещё не мог унять бешено стучащего сердца.
«Что же со мной творится? Неужто проклятье начинает действовать?» — мрачно размышлял не выспавшийся оруженосец.
Когда же над горизонтом появилось солнце, пред взором измученного оруженосца открылась картина, от вида которой он моментально забыл о ночных неприятностях. У подножья холма, на расстоянии примерно половины версты, стояла какая-то огромная армия, скорее всего вражеская. Кен разглядел сотни походных шатров и тысячи тёмных точек — солдат противника.
«Ух ты, вот это полчище! — удивился оруженосец. — А наших-то сколько?»
Тут Кен принялся вертеть головой, пытаясь рассмотреть позиции собственных войск. Но с места, где он стоял, почти ничего не было видно и кроме фаланги ополченцев, с которой Кен уже почти сроднился, он обнаружил лишь длинную шеренгу лучников, стоящую в десятке шагов позади. Их тоже было немало, сотен пять или шесть, но даже с их учетом на каждого солдата Д'Аржи всё равно приходилось не менее трёх противников.
«А где же наши пушки?» — озадачился оруженосец и попробовал отыскать глазами позиции союзной артиллерии.
Но, как он не вытягивал шею, как не вертел головой, нигде не сумел заметить ни одного орудия.
«Похоже, у нас их просто нет, — сообразил, наконец, Кен. — Тогда расклад сложился совсем уж неприглядный. В таких неравных условиях бой примет лишь дурак или самоубийца. Остаётся надеяться, что наш командир не таков».
Однако время шло, а приказа отходить не поступало. Солнце медленно поднялось над горизонтом, небо из бледно-розового стало лазурным, а обе армии по-прежнему оставались на своих местах.
«И сколько такое может продолжаться? — раздраженно думал Кен. — Неужто придётся стоять здесь целый день? Мы ж все тогда со скуки помрём!»
Но он ошибся, скучать им не пришлось, ведь совсем скоро начался один из самых интересных поединков, которых ему только доводилось видеть.
Глава 5. Схватка
Как только поединок между хольдами закончился, мириад чёрных точек у подножья холма моментально пришёл в движение, а c ясного неба раздались далёкие раскаты грома. Последовавший за ними протяжный свист, подтвердил неприятную догадку Кена — у врагов имеются пушки.
Первый залп, как водится, был пристрелочным, и ядра пролетели мимо, где-то высоко над головами стоящих в фаланге ополченцев.
«Три орудия, могло быть и хуже», — прикинул Кен, пересчитав маленькие облачка дыма, появившиеся над позициями противника и медленно растворившиеся в воздухе.
Спустя пять минут залп повторился. Теперь одно из ядер летело значительно ниже и воткнулось в землю, не долетев добрую сотню шагов до фаланги Д'Аржи. Остальные по-прежнему ушли в никуда.
«Пушки ещё не прогрелись, а из холодного ствола трудно попасть, — сообразил оруженосец. — Но скоро точность стрельбы возрастет».
Действительно, третий залп принёс первые жертвы. Одно из ядер врезалось в строй ополченцев, разорвав трёх человек в кровавые ошмётки. Это произошло так близко от Кена, что красные брызги попали ему на лицо.
«Чёрт! Мы просто пушечное мясо! Они могут расстреливать нас абсолютно безнаказанно», — подумал Кен и мысленно выругался.
Будучи оруженосцем сэра Алистера, он побывал во многих сражениях, но тогда он входил в состав рыцарской кавалерии, которую любой полководец старается сохранить, и стоять вот так, под прямым пушечным огнем Кену ещё не доводилось.