— Кен, это Актурбин, — сказала Леона, указав на незнакомца. — Он тоже направляется в Баон, и просит разрешения путешествовать вместе с нами.
При этих словах Актурбин повернулся к Кену и, слегка поклонившись, представился:
— Актурбин Рикко, но чаще меня называют по прозвищу: Пика.
Пользуясь удобным случаем, Кен внимательно оглядел своего спасителя. Узкое лицо с высоким благородным лбом, чёрные как смоль волосы, решительный блеск серых холодных глаз и тонкий волевой рот. Его можно было бы назвать красивым. По крайней мере женщинам он наверняка нравится.
— По-моему, нам стоит ехать только вдвоём, — заявил Кен. — Я не стану доверять первому встречному, даже не смотря на оказанную им помощь!
Пика понимающе улыбнулся и вновь чуть поклонился.
— Не смею навязываться господину со столь благородными принципами, — насмешливо произнёс он.
— Кен, что за чушь ты несёшь? — удивлённо спросила волшебница. — Актурбин не просто помог нам, он нас из серьёзной беды выручил. К тому же, он известный хольд и путешествовать рядом с ним будет значительно безопаснее!
— Сами справимся, — упрямо заявил оруженосец.
— Хватит говорить глупости! — повысила голос Леона. — Прояви благодарность!
— Только не надо из-за меня ссориться, — вежливо попросил Актурбин. — Если господин не желает попутчиков, что ж, поеду один.
— Да какой он господин, — раздражённо перебила Леона. — Он вообще, мой пленник. И не имеет права голоса! Так что поедем вместе, — решительно закончила она.
— Неужто пленник? — переспросил Пика и удивленно взглянул на оруженосца.
— Хотя такая невероятная девушка пленит кого угодно, — учтиво добавил он и окинул волшебницу восхищенным взглядом.
Леона зарделась от смущения, а Кен покраснел от бессильной ярости. Этот проклятый тип с изысканными манерами невероятно раздражал его!
— Ну, раз уже всё решено, поехали, — сказала волшебница и вскочила в седло.
— А ты сходи, забери нашу провизию и догоняй, — небрежно бросила она оруженосцу.
«Вот значит как, теперь я ещё и слуга», — усмехнулся про себя Кен.
Но пререкаться с девушкой на глазах у Пики не стал. Вместо этого оруженосец вернулся в комнату и, растолкав валявшегося в беспамятстве хозяина, потребовал показать, где хранятся продукты. Затем, набив провизией седельные сумки, он взобрался на своего коня и навсегда покинул негостеприимную харчевню.
«Надеюсь, этот сладкоголосый гад ничего ей не сделал, — думал он, беспрестанно подгоняя лошадь. — Пусть только посмеет, убью!»
Но его опасения оказались напрасными. Вскоре, за поворотом дороги, он увидал двух мирно едущих всадников и услыхал звонкий, заливистый смех волшебницы.
— Не может быть, чтоб он отскочил сразу на пять шагов, — весело хохоча, заявила она. — Никто на такое не способен!
— Уверяю тебя именно на пять шагов, никак не меньше, — настаивал на своём Пика.
«Так они уже на «ты». Быстро, однако!» — раздражённо заметил Кен, пропустивший всю суть разговора.
— И из-за этого тебя прозвали Пикой? — спросила Леона.
— Да, прозвище прилепилось ко мне после того случая, — подтвердил Актурбин.
— А моё копьё стало широко известным. Теперь многие узнают меня без всяких слов, стоит лишь обнажить его.
«Что за самодовольный тип, — подумал оруженосец. — И чего только Леона с ним сюсюкается? Я тоже теперь хольд, но не хвастаюсь этим как напыщенный павлин».
— Знаешь, я хочу посмотреть на это знаменитое копьё. Конечно, если ты не против, — попросила Пику волшебница и бросила на него такой взгляд, после которого никто не смог бы отказаться.
— Пожалуйста, — согласился Актурбин и развязал шёлковые шнурки на своём длинном свёртке.
Внутри оказалось короткое цельнометаллическое копьё с широким наконечником в форме древесного листа. Актурбин любовно провёл по нему рукой и с лёгким поклоном протянул девушке.
— Прелесть, — восхищённо прошептала волшебница. — Это бесспорно самый красивый амулет силы, что я видела.
— Да, лучшие ювелиры столицы трудились над его украшением, — гордо подтвердил Актурбин. — Но эти символы не только для красоты, все они взяты из древних манускриптов, содержащих в себе немалую магию.
«Какое дурацкое пижонство. Ведь даже ребенок знает, что в старых манускриптах нет ничего кроме пыли!» — подумал Кен и желчно сплюнул, желая хоть как-то разрядить накопившееся раздражение.