- То есть вы вызволили меня из дурки только для этого?
- Разумеется, нет. Тогда мы еще не знали, насколько ценный кадр попал нам в руки: Незабудка, мы помогаем абсолютно всем, кого находим. Продолжим?
- А это еще не все? – Никки только сейчас поняла, как сильно устала, несмотря на то, что, по сути, она лишь сидела и слушала.
- Нет. Ведь мы только подобрались к тому, зачем я вызвал тебя, – Крыша тяжело вздохнул. – Три дня назад мы взломали еще один секретный протокол и поняли, что терроформирование было не самой большой опасностью. Эти гады создали вирус, способный уничтожить все население нашей планеты меньше, чем за месяц. Нам удалось получить формулу, но проблема в том, что мы не можем ее декодировать, а, соответственно, мы не можем создать вакцину. Это плохая новость. Хорошая новость состоит в том, что образцы вируса остались на Эстасе, и, боюсь, это единственная причина, по которой мы все еще дышим.
- Единственная, но достаточная, разве нет? – и вновь Никки с грустью поняла, что сейчас она была охвачена куда большим волнением, чем тогда, когда Крыша вещал о ее семье. – Эстас больше необитаем: если там что-то и осталось, оно погребено вместе с…
- И здесь следует еще одна плохая новость, – перебил ее Стужев. – Как известно, галактика Гелиодор является зеркальным отражением Млечного пути, а Эстас – Земли. Эти планеты имеют одинаковую площадь, но, если у нас шесть материков, то на Эстасе – всего один, и тот…
-…размером с Австралию, – с чувством дежа вю прошептала девушка. Она не знала, откуда ей было это известно; слова сами сорвались с ее губ. Она поймала себя на мысли, что каждый раз, когда кто-то говорил об Эстасе, она представляла себе Землю с одним-единственным материком. Всегда с одним и всегда с Австралией.
- Совершенно верно, – Крыша прищурился, но ничего не сказал. – Но из-за озоновых дыр люди Танвита не могли отходить от материка на очень далекие расстояния, а дроны, которых они посылали, либо возвращались ни с чем, либо не возвращались вовсе. Стопроцентной гарантии того, что кроме Танвита на Эстасе не существовало других очагов жизни нет и никогда не было, и если они были, то…
- То они могли уцелеть? – продолжила та, ловя мысль.
- Совершенно верно. И мы практически абсолютно уверены, что они уцелели.
- Что вы имеете в виду?
- Танвит был уничтожен три года назад мутантом, который создал Воронову Веронику Андреевну и обеспечил ей новую жизнь. Мутант погиб, однако, средства продолжали поступать на твой счет вплоть до того момента, пока Вероника не умерла от опухоли мозга.
- Это ни о чем не говорит, – голова девушки кипела.
- Это, может, и нет, но то, что сразу после твоей смерти тебя начали разыскивать – очень даже говорит. Да, Незабудка, – кирпичфейс кивнул, отвечая на изумленно-неверящий взгляд Николь, – тебя искали. Все базы данных, начиная от психиатрических клиник, заканчивая больницей, где тебя якобы неудачно прооперировали, были взломаны. Мы не смогли отследить ни источник кибер-следа, ни его конечный пункт, но то, что Воронову искали – очевидно. И кто бы за этим ни стоял, он неплохо запутал следы: он не хочет, чтобы его нашли.
- А..а Вы уверены, что..
- Арчер мертв? Абсолютно. Но, судя по всему, где-то либо на космической станции, либо на Эстасе, либо даже здесь, на Земле, есть кто-то, кто следил за твоей судьбой. И, очень даже может быть, этот кто-то знает что-то о вирусе и о том, что именно произошло три года назад. Вот мы и подошли к тому, зачем ты здесь. Мы хотим воскресить Воронову Веронику Андреевну.
- Что??? – Николь выпустила завязки своего костюма и уставилась на Стужева так, будто он только что признался в том, что убил Кеннеди.
- И не просто воскресить, а отправить ее на стажировку на «Танвит-3» в качестве студентки одного из интернациональных университетов.
- Вы хотите, чтобы на меня вышли? – девушка прищурилась, не веря собственной догадке, но все же подаваясь вперед.
- Именно, – Крыша встал и подал сигнал тем, кто сидел в кабинке. Николь уже напрочь успела про них забыть. – Потому что если оставить тебя здесь, то это ничего не даст: мы снова упустим след, однако, на вражеской территории, где технологии гораздо совершенней…
- Когда? – Никки даже не ожидала от себя подобного рвения или готовности, однако, теперь что-то изменилось. Она так долго уверяла себя в том, что все ее беды в прошлом, что ответы ей были не нужны, потому что сами вопросы уже давно пропахли нафталином, что не питала ни малейшей надежды на то, что загадка ее прошлого могла быть разгадана. Теперь же она будто вновь ожила: спокойное течение ее мыслей превратилось в бурную реку, на которой, волна за волной, танцевали все новые и новые вопросы. – Что от меня требуется?
- Постой, Незабудка, это не все. Во-первых, это опасно, и мой долг предупредить тебя о возможных последствиях…
- Думаете, меня еще можно чем-то напугать? Все, что со мной могло случиться, уже случилось.
- Это – слова маленькой обиженной девочки, – его менторскую речь прервал стук в дверь. – Заходи.
Николь на автомате бросила беглый взгляд на дверь и тут же вернула его к Крыше, однако потом, когда ее мозг переварил увиденное, девушка вновь переключилась на ту, чей приход прервал дискуссию. Во все глаза уставившись на вошедшую, Никки остолбенела, не в силах сдержать изумленного «ого»; она так и сидела с открытым ртом, пока ее пиратская копия располагалась на соседнем от Крыши стуле. Сначала Николь приняла девушку за своего клона – издалека она была точь-в-точь Никки, однако, по мере того, как расстояние между ними сокращалось, Незабудка замечала все больше отличий: «копия» была чуть ниже ростом, ее волосы были тяжелыми и прямыми, в то время, как у «оригинала» они были менее густыми, что компенсировалось непослушными волнами, и, наконец, глаза незнакомки были, хоть и серыми, но отдавали голубизной, а не зеленью, как у Николь. Но общее впечатление было просто шокирующим: если не ставить двух девушек рядом, то их вполне можно было принять за продукты конвейерного производства.
- Знакомьтесь, – Крыша дал Никки время, чтобы та снова вошла в адекватный режим, – Незабудка, это – Вероника, Вероника – Незабудка.
- Очень приятно, – вежливо улыбнулась «копия», но Никки, игнорируя все правила приличия, уставилась на то, что незнакомка держала в руках.
- Какого хрена у нее делает мой дневник?! – она вперила разъяренный взгляд в Крышу и вскочила на ноги. – Что здесь происходит вообще? Кто она такая?! И почему, черт возьми, она выглядит, как я?!
- Успокойся, – уже строже ответил Стужев, пригвоздив Николь к месту взглядом. – Это – Воронова Вероника Андреевна; новая версия, скажем так.
- Неужели? – брови Никки поползли вверх. Она не знала, смеяться ей или плакать. – А я, простите, кто тогда? Устаревшая версия??!
- Сядь на место!
Николь не пошевелилась.
- СЯДЬ! – громыхнул кирпичфейс и девушка, нехотя, подчинилась. – Если ты помнишь, в тот момент, когда ты согласилась принять мою помощь, ты отказалась от своей старой жизни и от имени в том числе. Ты больше не Воронова и не Кларк, ты – никто, тебя не существует, ясно?
Никки, стиснув зубы и скрестив руки на груди, отвернулась.
- Я НЕ СЛЫШУ! – вновь гаркнул тот, и девушка была готова поклясться, что даже толстенные стекла кабинки, что примыкала к залу, зазвенели.
- Да, – все же откликнулась она, не в силах скрыть злости и обиды.
- Так-то лучше. Не заставляй меня жалеть о том, что я посветил тебя в это дело, Незабудка.
- А могли и не посветить, значит??? – иронично осведомилась та, вновь проигрывая схватку с гневом.
- Если ты не заметила, у нас уже есть Воронова, так что да, мы могли провернуть все и без тебя. Это было моей личной просьбой – включить тебя в операцию, так как я посчитал тебя достаточно зрелой, чтобы суметь поставить интересы дела перед своими собственными.
- Да, она похожа на меня, – Николь одарила «копию» оценивающим взглядом с ног до головы, – но не более того. Тот, кто знаком со мной лично, не поведется на этот театр двойников.
- В таком случае, то, что единственный мутант, который знал тебя лично, мертв, очень кстати, верно?
С этим Никки поспорить не могла.
- Ну и зачем вам я?
- Незабудка, – сказал Стужев уже мягче, – начнем с того, что ты неправильно все восприняла. Вероника, – он указал на «пиратку», – вовсе не пытается тебя заменить, она – твоя защита. Мы не знаем, зачем тебя искали, понимаешь? Да, я склонен полагать, скорее даже, надеяться, на то, что у тебя в стане врага есть тайный покровитель, но ведь я могу и ошибаться. Мы не засылаем очередного агента, мы выбрасываем наживку – а это не одно и то же. Эта девушка, – он вновь кивнул на двойника, – когда-то была такой же безымянной, как и ты. И она идет на огромный риск, так же как и ты. Более того, ее положение еще более шаткое, чем твое.