- С ним все в порядке? – Николь понимала, насколько абсурден был ее вопрос, учитывая то, что речь шла об обгоревшем коматознике, но ничего не смогла с собой поделать. Каролина же, как ни странно, воздержалась от сарказма, и, нахмурившись, спросила: – Почему ты спрашиваешь?
- Его глаза, – Николь склонилась над «гробом» совсем низко, так, что даже ее, теперь уже не такие длинные волосы, разметались по невидимой преграде, словно по стеклянной витрине, – они…не двигаются, – Никки разогнулась и повернулась к Сандевал. – Что с ним?
- У него очередной припадок, – вот теперь в голосе брюнетки явно чувствовалось уважение. Может, эта землянка и была вражеским агентом, но в наблюдательности ей было не отказать. – Такое иногда бывает от сильного перенапряжения. Когда он начинает злоупотреблять своими способностями, его мозг, как бы, перегревается.
- И часто с ним бывает такое?
- В последнее время все чаще, – девушки переглянулись, думая об одном и том же: времени у Арчера оставалось катастрофически мало. – Тот передатчик, что я вживила ему, служит, ну... как бы это сказать…
- Якорем, – подсказала Никки. Ее рука непроизвольно потянулась к кулону.
- Да, – согласилась Каролина. – Что-то типа того. Грубо говоря, когда башку Малика припекает слишком сильно, Крис возвращается к себе «домой». В такие моменты, связь его сознания с его собственным телом гораздо прочнее, чем с телом Малика.
- Он может слышать нас сейчас? – догадка пронзила Николь, и она вновь повернулась к телу Арчера.
- Не думаю, – покачала головой Сандевал и склонилась над пультом. Через мгновенье над «гробом» возник еще один полупрозрачный экран с изображением человеческого мозга. Его отделы светились разными цветами, но все они были тусклыми. – Видишь, его мозг не реагирует на наши голоса. Активность почти на нуле, – комментировала инопланетянка. – Он почти что в коме, – экран исчез так же внезапно, как и появился. – Мы уже думали о том, чтобы связаться с ним во время приступа, но ничего не получилось: его сознание как бы пережидает неблагоприятное время, впадая в, своего рода, анабиоз. Как только кризис проходит, мозговая активность возобновляется, но возвращается Крис исключительно в тело Малика.
- Да, но Оливер сказал, что тело Арчера может не выдержать…
- Тогда да, но сейчас все изменилось. Разумеется, настоящее тело Кея не сможет функционировать долго, однако, с помощью аппаратов мы сможем поддерживать его до тех пор, пока мы не перенесем сознание Криса в тело клона.
Николь передернуло: она понимала, что на Эстасе подобная процедура была нормальной, но все же какая-то толика неприятия со стороны девушки присутствовала.
- То есть, моя задача заключается в том, чтобы Арчер захотел вернуться в свое тело, так? – Николь продолжала гипнотизировать взглядом неподвижные глаза погорельца.
- Да.
- А что, в таком случае, будет с телом Малика? Если его влияние на Арчера так сильно возросло, где гарантия, что после того, как Кей вернется к себе «домой», Малик не вернется к себе?
- Никакой гарантии нет, но, учитывая, как сильно ослаб организм Малика, не думаю, что устранить его будет так сложно.
- Ну да, – усмехнулась Николь, вновь склонившись над «гробом». – Вот только, кажется, вы забыли о том, что, если я правильно помню, Дэвид Малик уже был болен, к тому времени, когда пришел завоевывать Эстас. И это не помешало ему грохнуть этого вашего Графа, собственного папаш..., – тирада девушки прервалась. До того, как ее воспаленный мозг успел предложить хоть какое-то объяснение увиденному, Николь с леденящим душу воплем отскочила от капсулы и повалилась назад, больно приземлившись на металлическую поверхность подиума. Каролина, которая в этот момент что-то тщательно изучала на экране, подпрыгнула от неожиданности и подняла на землянку глаза: – Ты совсем что ли сду… Николь? – увидев выражение лица девушки, Сандевал передумала скандалить. Вместо этого она пулей рванула на мостик на помощь к Николь, которая тяжело дыша, продолжала смотреть в одну точку стеклянными глазами. – Николь, что с тобой?! Что случилось?! – присев рядом с землянкой на корточки, брюнетка легонько встряхнула ее. Затем еще раз. И снова – никакого эффекта. – Николь?!
Но девушка ее не слышала. Крики инопланетянки едва доносились до нее, превращаясь в гул, точно Николь была под водой, а Каролина – на суше. Никки не чувствовала, как Сандевал ее трясла, почти не ощущала пощечин, которые последовали после. Даже боль в спине, которая вспыхнула с новой силой после падения, не могла отвлечь Николь от одной-единственной мысли.
Она была права: у Арчера действительно были пронзительно-синие глаза.
Вот только осознание собственной правоты пришло к Николь вовсе не после просмотра личного дела хранителя, и даже не после просмотров его фото; оно пришло именно сейчас; пару мгновений назад – когда погорелец открыл глаза.
- Николь, черт тебя дери! – инопланетянка занесла ладонь для очередной пощечины, но Никки перехватила ее руку в паре миллиметров от собственного лица. Вздохнув с облегчением, Каролина плюхнулась рядышком и, не сводя настороженного взгляда в побледневшей землянки, спросила: – И что это сейчас было?? Ты что-то вспомнила? – последний вопрос был задан с нескрываемой надеждой.
Николь лишь заторможено помотала головой, подняв остекленевшие глаза к «гробу». Ее губы дрожали, не давая говорить внятно.
- Он…он видел..меня.
- Что??
- Арчер, – сглотнув ком, Николь продолжила говорить. Она произносила слова очень медленно, словно ребенок, который учится читать букварь. – Он открыл глаза. Он видел меня.
- Что? – Каролина недоверчиво покосилась на девушку, борясь с соблазном проверить, не было ли у той жара. – Это невозможно.
- Он открыл глаза! – уже уверенней, с нотками истерики воскликнула Николь. Превозмогая боль, она неуклюже поднялась на ноги и, несмотря на весь свой страх и ужас, подбежала к «гробу». – Я видела, он…, – Никки, указывая пальцем на капсулу, сверлила Каролину горящими глазами, пока та поднималась с пола. – Я говорю тебе он.., – однако когда Николь перевела глаза на погорельца, тот по-прежнему спал. Та же поза, те же неподвижные глаза. Проморгавшись, Никки на свой страх и риск подошла ближе, но ничего не произошло. Арчер по-прежнему лежал мертвым почерневшим грузом.
- Мне кажется, ты переутомилась, – осторожно подметила инопланетянка, легонько оттесняя Николь от капсулы. – Тебе нужно немного отдохнуть.
- Я не свихнулась, ясно?! – Никки вырвала локоть и подошла к «гробу». – Я знаю, что я видела! Каролина, – ей было непривычно называть инопланетянку по имени, – он открыл глаза. Он открыл их. Не веришь мне, посмотри на приборы: они должны были это зафиксировать!
- Ладно-ладно, – спокойно согласилась та, впервые наблюдая землянку в таком возбужденном состоянии. Может, приводить ее к капсулам было не самой удачной идеей. Не сводя с Николь внимательного взгляда, Каролина спустилась вниз и подошла к одному из компьютеров. Ей было не сложно проверить показатели, так что, если это поможет землянке успокоиться, да будет так.
- Ну вот, – констатировала Сандевал нарочито бодрым голосом, – как я и говорила, все в нор…, – она запнулась, увидев кое-что странное. Невероятно, но приборы действительно зафиксировали всплеск активности пару минут назад.
- Что? – от Николь не укрылось смятение Каролины. – Что там?
- Н-ничего, – брюнетка нахмурилась и подняла глаза на землянку. – Видимо, Крис приходит в себя. В себя, в смысле, в Малика. Я свяжусь с Оливером, спрошу, все ли нормально.
- Он сейчас с ним? – сердце Николь пустилось в родео.
- Да, в такие моменты он всегда с ним, – Сандевал, раскрыв ладонный монитор, начала набирать какие-то символы. – Следит, чтобы никто не попытался его убить, пока он в таком состоянии.
- А могут?
- Кто знает, – инопланетянка нахмурилась и свернула монитор. – Сигнал слишком плохой, наверное, это из-за приборов, – она кивнула на выход. – Я отойду, свяжусь с уровня повыше. Ты как: со мной или побудешь здесь?