Кристиан взглянул на часы и нахмурился. Был почти вечер, а он все еще не мог добраться до города. До этого он думал, что центр мало отличался от дома Ричарда Прайса, но теперь он понял, как сильно ошибался. Кей только подъезжал к городу, но пейзажи уже начали меняться с диким контрастом. Это уже были не бескрайние поля, на которых в разнобой были натыканы усадьбы, протекали речушки и виднелись клочки леса. Деревьев становилось все меньше, дороги – шире, небо – темнее. Теперь уже машина ехала не по пыльной гравийной дороге, а по сухому асфальту; за окном мелькали какие-то полуразрушенные постройки, среди которых терялись маленькие, еще обитаемые, частные дома. Неоновые вывески – вот что еще появилось в городе. Создавалось такое впечатление, что Кристиан ехал не из пригорода в центр, а из одного века в другой.
Машин стало гораздо больше. Людей тоже. Из-за высоких домов, смога и проводов, сетью тянувшихся от одного здания к другим, неба почти не было видно. Кристиан пришел к выводу, что центр больше походил на Эстас: с той лишь разницей, что под ногами все еще была твердая почва. Ритм городской жизни тоже заметно отличался от рутины Прайсов: люди сновали туда-сюда, отовсюду раздавались шум и крики: рабочий день подходил к концу, и скоро в офисах начнут отключать электроэнегрию – все старались быстрее закончить работу.
Кристиан расплатился с таксистом и снова посмотрел на часы: времени оставалось очень мало. Будучи уже на полпути сюда, мужчина подумал, что не имело смысла наведываться в центр сейчас – через каких-то пару часов въезд в город закроют, и он не сможет вернуться до утра. Однако мысль о том, что Николь, эта безответственная глупая девчонка, будет «заперта» в одном городе с невидимкой не давала ему покоя, хоть Кей и пытался игнорировать сей факт. Единственная причина, по которой он приехал – очистка его совести. Лично ему не было никакого дела до Николь Кларк, просто он был уверен, что эта девчонка будет крутиться вокруг своей няни и наверняка столкнется с невидимкой – этого он допустить не мог. Именно поэтому, только лишь поэтому, Кристиан и приехал в больницу.
С другой стороны, он хотел взглянуть на эту Мэриан. История ее болезни не ответила ни на один из его вопросов, а лишь добавила новые. Может, если он ее увидит, что-то изменится? Найти палату не составило труда: к счастью, в городской больнице был более адекватный персонал, чем в психиатрической клинике, да и на каждой палате вешали таблички. Подумать только, еще неделю назад Кристиан бы свихнулся, попав в подобное место. То, что на Земле считалось упорядоченной системой, для него, жителя Эстаса, было полнейшим бедламом. Теперь же он радовался даже такой мелочи, как наличие работающего лифта. И это только за неделю пребывания на Земле.
- Одну секундочку, – Кей обернулся на женский голос и вопросительно поднял брови. – Вы не можете войти в палату.
Мужчина оторопело посмотрел на медсестру: да что за день закрытых дверей сегодня?!
- К ней пускают только членов семьи, – пояснила та и указала на коридор.
- То есть никого? – Кей послал ей выразительный, я-вижу-тебя-насквозь взгляд. – Совсем-совсем никого?
- Ну…, – медсестра немного смутилась и отступила назад. Кристиан уже подумал, что подловил ее, но потом понял, что он ошибся. Она вовсе не испугалась его. О, нет. Покрасневшие щеки, слабая улыбка, взгляд из-под опущенных ресниц… Эта женщина думала, что он с ней заигрывает?! – Таковы правила. Я ничего не могу поделать.
При этом на деле она показывала совершенно другое: в ее взгляде отчетливо читалось обещание. Вот только она обещала впустить его кое-куда еще, а не в палату, думалось Кею. Однако и на этом можно сыграть.
- Правила? – сделав над собой неимоверное усилие, он улыбнулся и сократил расстояние между ними на шаг. И это работало: медсестра, судя по всему, праздновала победу. Кристиан приблизился еще на шаг, и теперь нависал над жертвой. Вот только та, похоже, еще не осознала, что не она ведет в этой игре. Типичная ошибка красивых женщин: они думают, что их внешность может дать им власть над кем угодно. На самом деле, это срабатывало лишь на слабых. Кей, с привычным хладнокровием, признал, что девушка действительно была очень красива: смуглая кожа, темные выразительные глаза, полные губы… Вот только ей было невдомек, что ее красота его абсолютно не трогала. В отличие от землян, люди Эстаса научились смотреть глубже и видеть, в первую очередь то, что скрывается за внешней оболочкой. – А Вы знаете, что правила для того и нужны, чтобы их нарушать?
- Что Вы такое говорите? – с претензией на наивность осведомилась медсестра. И конечно, куда без этого хлопанья глазами?
- Да-да, – змей-искуситель продолжал наступать. – Хотите, докажу?
- Попробуйте.
Сама напросилась.
- Вот Вы говорите, что к ней никого не пускают, кроме родственников. А я, между тем, абсолютно уверен, что у миссис Абрамс сегодня была, как минимум, одна посетительница, – судя по тому, как менялось выражение лица медсестры, разговор явно зашел не в то русло, на которое та рассчитывала. Кей же невозмутимо продолжал: – А еще я уверен в том, что эта посетительница не является родственницей пациентки.
- Послушайте, – начала было девушка, до которой, наконец, дошло, что эта рыбка на крючок не попалась. То была даже не рыба, а целая касатка: кит-убийца. – Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, но…
- Я имею в виду то, что если Вы немедленно не пустите меня в палату, то вы лишитесь своего дополнительно источника доходов, – выдал Кей и снял темные очки. Эффект получился именно такой, на который он рассчитывал: медсестра, которая собиралась уйти с видом оскорбленной добродетели, увидев кошмарные черные глаза, приросла к стене. Кристиан улыбнулся, и на этот раз девушка почему-то даже не подумала о флирте: то была ни завлекающая улыбка, а оскал хищника.
- Я не п-понимаю, о ч-чем вы говори…
- Я говорю о том, что прекрасно знаю, что вы пускаете сюда некую особу по имени Николь Кларк, потому что та взяла на себя все расходы по лечению, хотя в документах это не отображено, – медсестра выглядела ошеломленной. Еще бы, ведь она думала, что главврач сохранил договоренность в тайне. Вот только Кристиана с детства учили техникам добывания правды, и разговорить старого врача ему было очень просто. Конечно, выплаты из клиники, где содержалась Мэриан, в больницу поступали, но они едва покрывали содержание больной. А тут очень кстати нарисовалась Николь, готовая оплатить все расходы. Будучи опытным в подобных махинациях, врач согласился, но и от страховых выплат отказываться не собирался. Примитивный до ужаса механизм. Хотя чего еще Кристиан мог ожидать от землян? – Ну так что, Вы все еще считаете, что я не могу пройти в палату?
Девушка нервно помотала головой и быстренько ретировалась с его пути. Кивнув ей на прощание, Кристиан надел очки обратно и толкнул дверь в палату. Но не успел он сделать двух шагов, когда снова почувствовал знакомую дрожь в теле. Она была гораздо слабее той, что он испытал в картотеке, но, тем не менее, была весьма ощутима. Он вытянул вперед руку, но та вполне его слушалась, и даже не тряслась. Что на этот раз? Кристиан закрыл глаза и прислушался к своим ощущениям: возможно, он не так остро реагировал, потому что его организм привык и смог адаптироваться? Или же просто невидимка был слишком далеко? Но не успел Кристиан, как следует, прислушаться к своим ощущениям, как все прекратилось. Дрожь прошла, оставив лишь отголоски боли в его голове.
Мэриан Абрамс была забыта: развернувшись, Кей выбежал из палаты. Значит, он все-таки был прав, и невидимке что-то нужно от этой женщины. Не просто же так он появлялся в тех же местах, что и она. Мужчина чуть ли не бегом пересекал коридор, торопясь к лифтам: он должен найти этого невидимку. Ну или хотя бы увидеть его. Параллельно с этим, его мысли занимало кое-что другое: раз уж этот хранитель ошивался вокруг Абрамс, то Николь и остальным непосвященным лучше держаться от этой женщины как можно дальше. Стоило ему подумать об этом, как из крайнего лифта показалась знакомая фигура. Копна растрепанных пшеничных волос, дурацкие звенящие браслеты: с грацией беременного гиппопотама Николь, обнявшись с какой-то видавшей виды коробкой, пыталась выбраться из тесной кабины. Кристиан замер. Черт возьми, эта чокнутая все-таки здесь! И надо было же ей появиться именно тогда, когда объявился невидимка! Мужчина разрывался меж двух огней: с одной стороны, он хотел уже выполнить это чертово задание и найти объект. С другой стороны, эта девчонка, возможно, в опасности, и дело будет только усугубляться, если она не перестанет крутиться вокруг своей няни. Неизвестно, сколько бы он так простоял, погруженный в свои размышления, если бы не лифт, решивший исход дилеммы: толстые железные двери начали закрываться как раз в тот момент, когда Николь добралась до выхода. Еще пара секунд – и ее зажмет. Кристиану было невдомек, что на Земле быть зажатым дверьми лифта – дело обычное: более того, это излюбленная техника землян для приостановления аппарата. Зачем нажимать кнопку открытия дверей, когда можно выставить вперед ногу или руку, правильно? А вот на Эстасе подобная выходка могла привести к ампутации «тормозящей» конечности. Потому мужчина, напрочь забывший о невидимке, бросился к лифту: схватив девушку, он выдернул ее из кабины.