К счастью, она не беременна. Можно не думать об этом.
Наконец достигнув внутренней гармонии, девушка только встала, чтобы уйти, когда аппарат с характерным звуковым сигналом оповестил о том, что результаты сканирования готовы. Обернувшись, Николь смерила монитор задумчивым взглядом: стоило ли тратить время на то, чтобы удостовериться в том, в чем она и без того уверена? Очевидно же, что сканирование она сделала так, чтобы успокоить Сандевал с ее навязчивыми идеями, вот только почему вдруг она начала испытывать какой-то трепет или даже страх при одном взгляде на новый файл, который появился на полупрозрачной сенсорной поверхности? Откуда вдруг в голове Николь появились сомнения, ведь она только что разогнала их?! Черт, как же она устала от всего этого!
- Кларк? – Никки не успела сделать и пары шагов к компьютеру, когда на пороге появилась встревоженная Каролина. – Кларк, Оливер ждет тебя у пульта управления. Это срочно!
И брюнетка явно не шутила: в ее голосе чувствовалась неподдельная тревога и волнение. Что ж, тем лучше: теперь открывать результаты исследования Николь не придется.
- Что-то случилось? – спросила она, поравнявшись с Сандевал.
- Вот ты нам и расскажешь, – напустила туману та и припустила по коридору. И это напрягло Николь даже сильнее, чем голос брюнетки: Каролина бежала так, будто под ее ногами был не пол, а раскаленные угли – видимо, стряслось что-то из ряда вон. Никки ускорила шаг. Вскоре ее подозрения только усилились: чем ближе она подходила к комнате управления, тем отчетливее до нее доносились голоса, взволнованные и раздраженные. Николь не могла разобрать слов, так как говорили мужчины очень быстро и на ангорте, однако, голоса она признала сразу: Оливер и Малик. Причем голос последнего как-то странно повлиял на девушку: не знай она себя, она бы подумала, что была рада услышать его.
-…ты или я?! – Малик был не просто раздражен, он был в ярости. – Сделай уже что-нибудь!
Николь буквально влетела в отсек, однако, к собственному разочарованию поняла, что голос Малика звучал из колонок громкой связи: он все еще был в пути.
- Я сам ничего не понимаю! – не менее яростно ответил Саммерс, переходя от одного экрана к другому. – С системой безопасности все в порядке, я не знаю, в чем проблема.
- Проблема в том, что я не вижу эту гребанную планету! – рыкнул хранитель с той стороны динамика так громко, что колонки протестующе засипели.
- Что происходит? – осведомилась Николь, отнимая ладони от ушей.
- О, малышка, ты пришла, – чуть спокойней поприветствовал Малик, однако, угрозы в его голосе не убавилось. – Как дела?
Николь чуть было не ответила «Пока не родила», но в свете последних событий эта тема стала для нее больной.
- Николь, – включился Оливер, – скажи, ты что-нибудь здесь трогала, пока меня не было?
- Что значит «пока тебя не было»? – тут же откликнулся Малик. – Хочешь сказать, у нее был доступ к пульту управления?!
- Она не пленница, – невозмутимо ответил Саммерс. Возможно, он бы добавил что-то еще, чтобы закрепить свою точку зрения, однако, забористый инопланетный мат Малика не дал ему это сделать. Николь, в общих чертах понимая, что хранитель хотел сказать своему другу, почувствовала ощутимый укол совести: паранойя паранойей, но доверчивость Оливера себя не оправдала.
-…филантроп хренов! – закончил Малик уже на интерьязе прежде чем обратиться непосредственно к Никки. – Что ты сделала?!
- Я ничего не делала, – не совсем уж и солгала та. В конце концов, она действительно ничего не делала: если уж кто и приложил лапу к этому бедламу, так это Берг. – А что происходит?
Малик снова начал фонтанировать проклятиями, обращенными, на этот раз, к Николь. Оливер же предпочел спокойные переговоры.
- Помнишь, я рассказывал тебе о том, как работает наша система безопасности? О программе, которая делает Эстас планетой-невидимкой для…
- Да, да, да, – поторопила девушка.
- Так вот, – продолжил Саммерс, стараясь перекричать ругань, доносившуюся из динамика, – теперь оказалось, что и Крис нас тоже найти не может.
Николь не выдержала и прыснула.
- Да, возможно, ты находишь это забавным, – все так же невозмутимо вещал икс, – но, видишь ли, сейчас Крис находится где-то между нашими галактиками на корабле, не рассчитанном на столь долгие странствия…, – Никки вдруг расхотелось смеяться, – не говоря уже о том, что это скоростной корабль, системы жизнеобеспечения на котором рассчитаны, максимум, на пару-тройку дней, – а вот теперь Николь и вовсе обмерла, – да и топливо, сама знаешь, не резиновое…
- Я думаю, она поняла, что ты пытаешься сказать, – голос из динамика сочился наиедчайшим сарказмом.
- Николь, – Саммерс нажал что-то на приборной доске, и динамики замолчали. – Если ты что-то знаешь… Это не шутки. Конечно, Крис там не погибнет – он всегда сможет вернуться обратно в базовый лагерь на другой планете, но вся эта ситуация… Скажи, ты имеешь к этому отношение или нет?
Николь подняла на хранителя глаза – вот он, момент истины. Она могла солгать, точнее даже, умолчать о том, что совершила. Она могла не говорить о том, что привела Берга в самую главную комнату Эстаса и позволила ему здесь хозяйничать; она могла не говорить о том, о чем именно попросила хакера и о том, что творил он после того, как выполнил поручение. В этом случае у Саммерса наверняка уйдет уйма времени на то, чтобы выяснить причину сбоя, и еще неизвестно, сможет ли Оливер исправить деяния собственного наставника. Видимо, Николь недооценивала Берга: он не просто навел свои порядки в системе, но и стер все следы своего пребывания в штабе; он поставил в тупик и Саммерса, и Малика, находясь при этом в тени. Берг действительно был очень опасной фигурой на доске.
Если же Николь скажет правду, то Саммерс наверняка быстро вычислит источник неполадок и все восстановит. А даже если и не сможет, он уже будет знать, с кого спрашивать за содеянное. Берг умен, но не бессмертен: он не посмеет ослушаться прямого приказа Малика – если тот прикажет ему все исправить, Берг исправит. Но тогда получится, что все телодвижения Николь были напрасными: получалось, что она из кожи вон лезла, чтобы ослабить Малика только лишь для того, чтобы, когда ей это все-таки удастся, вернуть все на круги своя? И снова – здравствуй, логика!
- Николь, – икс оторвал девушку от внутренних метаний, – что тебе известно?
- Я не знаю, что происходит, – наконец, откликнулась та. – Но я знаю, кто знает. Берг.
- Берг? – Оливер выглядел удивленным. Неприятно удивленным. – Как это возможно?
- Это долгая история, – разочарование, мелькнувшее в глазах икса, больно кольнуло девушке сердце. – Я все исправлю, мне только нужно найти его.
Оливер ничего не сказал. Со смесью удивления и горечи он смотрел на Николь так, будто видел ее впервые в жизни. Черт! А чего он от нее ожидал? Верности и преданности до гробовой доски??? Вот уж дудки! Разве она с самого начала не предупреждала, что не верит во всю эту авантюру? Разве она не говорила, что нанесет удар при первой же возможности? Тогда какого черта икс смотрел на нее, как ребенок, у которого большой взрослый дядя отобрал леденец?!
- Не надо на меня так смотреть, – отходя в сторону, бросила девушка. – Я ничего тебе не обещала. Ни тебе, ни ему, – она кивнула на динамик. – Просто попроси его вернуться в базовый лагерь, пока мы все не уладим.
Нащупав передатчик-бусинку, Николь тут же включила его:
-Берг? Берг, прием, ты слышишь меня?
Девушка обернулась на Оливера, который с ледяной сосредоточенностью наблюдал за каждым ее действием. Теперь он уже ничему не удивлялся. Вот так: Николь обрела новое оружие, но потеряла друга – закон баланса в действии.