Николь, стоя в сторонке так, чтобы ее не было видно, наблюдала за видео-конференцией, устроенной иксом, и тихонько офигевала от происходящего: это было жалкое зрелище. Малый совет Эстаса, который прежде состоял из двадцати хранителей, лишился больше половины своих резидентов и мог похвастаться лишь пятью членами, включая Оливера. Усталые и хмурые, они совещались уже почти час, но так и не могли прийти к согласию: оно и неудивительно, ведь обычно решения на совете принимал Малик. Но его не было, а Саммерс так и не мог внятно объяснить, где пропадал глава ордена в такой ответственный и тяжелый час. Все усложнялось тем, что Риверс в прямом эфире показал обгоревшее и окровавленное тело Арчера с тем, чтобы доказать своим единомышленникам, что их лидер мертв, и что единственный способ выжить – присягнуть Валтеру Морту. Таким образом некоторая часть белых, истинных иксов, которых Маске не удалось загипнотизировать, присоединилась к мятежникам сознательно, без внушения, а те единицы, что остались верны Арчеру, настоятельно требовали встречи с ним, чтобы лично убедиться в том, что магистр Арчер жив.
- Они заняли все северное крыло, – заканчивал отчет Морган, обводя всех присутствующих взглядом. На самом деле, все члены совета находились в разных местах, но с помощью голографических проекций они смогли собраться за одним столом, будто бы это было обычное совещание в офисе. – А это – диспетчерская и, что гораздо хуже, главный арсенал.
- Они пытались атаковать? – Оливер снял очки и потер переносицу.
- Нет, но у них и не было возможности: мы заблокировали все входы и выходы из отсека.
- Это недопустимо! – вскинулся другой хранитель, которого Николь видела впервые в жизни. Среднего возраста, с заостренными чертами лица, он выглядел абсолютно обыкновенным. – Они не животные, чтобы держать их в загоне!
Николь подавила желание высказаться: своих, значит, взаперти держать недопустимо, а вот землян держать в каморках, размером в солярий – то, что доктор прописал, так что ли?! Оливер, видимо, почувствовав настроение девушки, послал ей предупреждающий взгляд и еле заметно покачал головой. Да, Никки понимала, что ей лучше не отсвечивать: положение Саммерса и так было шатким после исчезновения Арчера, а если выяснится, что он работал с серой мятежницей, он лишится последних крупиц авторитета.
- Эти не-животные, – заговорила единственная женщина совета: коренастая, с короткой ассиметричной стрижкой, она была, пожалуй, единственной из всего сборища, кто внушал Николь доверие. Ну, помимо, Оливера, разумеется, – при первой же возможности откроют по нам огонь.
- Синтия права, – кивнул Оливер. – Пока что пусть все остается, как есть. Что у нас по остальной базе?
- Мы удерживаем порт, – продолжила Синтия. – У нас дюжина людей и припасов на пару недель…
- Черт, Кокс, ты говоришь так, будто мы на войне, – хмыкнул тот самый «гринписовец».
- Мы и есть на войне, – отрезал Саммерс. – Я хочу понять одно: сколько стратегически важных объектов осталось под нашим контролем? Порт, пункт управления и..?
Все собравшиеся мрачно переглянулись.
- Понятно, значит, за нами только порт, – подытожил Оливер. – Хорошо, с этим разобрались. Следующее: сколько у нас людей?
- Ну, – Морган вольготно откинулся на спинку кресла, – я думаю, сотня-то наберется.
- Мне нужны точные данные, – Саммерс раскрыл голографическую карту базы: все отсеки и уровни были подсвечены либо красным, либо зеленым цветом, причем последнего было в разы меньше, чем первого. Николь подалась чуть вперед, проверяя догадку: да, она оказалась права: красным цветом обозначались захваченные объекты, зеленым – свободные. Дела, действительно шли из ряда вон плохо. – Значит так, делаем следующее: Дингл, – «гринписовец» встрепенулся, – ты со своими людьми присоединишься к отряду Моргана: будете присматривать за «зоопарком».
- Принято, – без особого энтузиазма откликнулся тот.
- Магистр Крип, – тут в голосе Саммерса явно зазвучало чуть ли не благоговение. Николь посмотрела на последнего члена совета, который за время заседания не произнес ни слова. Дряхлого вида старик с чудовищно тяжелым пронзительным взглядом. Он был магистром? Николь никогда бы не подумала. – Я хочу, чтобы Вы соединили свои силы с силами Синтии Кокс: порт может вскоре понадобиться. Мы не можем его потерять.
- Принято, – проскрипел тот, тоже не выказывая особого рвения.
- Могу я поинтересоваться, что будешь делать ты, Саммерс? – напрямую обратилась Синтия, задав вопрос, вероятно, интересовавший всех присутствующих.
- Разберусь с Риверсом, – Оливер свернул карту и надел очки обратно. – По возможности, потороплю Арчера.
- Что значит « по возможности»? – не унималась та. – При всем уважении, но у Риверса хотя бы есть тело, пусть искалеченное и обгоревшее до неузнаваемости, но все же. У нас же есть только твои обещания о скором возвращении Арчера, который даже не удосужился подключиться к этой конференции.
- Как я уже говорил, он находится…
- На задании, цели и задачи которого известны узкому кругу лиц, – закончила за него Кокс, не пытаясь скрыть сарказма. – Да, это мы уже слышали, и этого, Саммерс, недостаточно. Может, Арчер действительно мертв? Если так, то лучше скажи нам сразу, чтобы мы не рассчитывали на его помощь.
Саммерс тяжело вздохнул и переглянулся с Николь: Кокс задавала правильные вопросы. Вопросы, на которые они и сами бы хотели знать ответ. Фишка была в том, что корабль Малика продолжал подавать сигналы, но не отвечал: связь была односторонней. Корабль был цел, и он приближался к орбите Эстаса, но пилот был по-прежнему нем, как рыба. Ни Оливер, ни Николь не могли ничего сказать о том, жив ли Малик или нет.
- Риверс устроил шоу, – ответил, наконец, икс. – Тело, которое вы видели, принадлежало коматознику из нашего медицинского центра. Вероятно, Дин выбрал его, потому что оно обезображено, и, следовательно, его нельзя опознать. Это все, что я могу сказать на данный момент.
- Это не ответ, – констатировала Кокс.
- Мы тебя услышали, – вмешался Огуст Крип, и все присутствующие тут же приосанились и обратились в слух. Видимо, магистр пользовался уважением всех присутствующих. – Свяжись с нами, как только тебе будет, что сказать.
- Принято, – кивнул Саммерс. – На этом все. До связи.
Постепенно все голограммы исчезли. Николь вышла из тени.
- И только? – вскинув брови, поинтересовалась она. – Это все, что вы можете? Собраться на чаепитие и обсудить новостные сводки?
- А что ты предлагаешь? – вскинулся Саммерс, вскакивая на ноги. – Что ты, вообще, понимаешь о том, как управлять страной?!
- А ты? – усмехнувшись, не осталась в долгу та. – Нужно действовать, а не языком чесать!
- Ты говоришь, в точности, как Малик, – без тени одобрения заметил Саммерс.
- Спасибо, – для Николь же это был комплимент. – Значит, хоть у кого-то в вашем совете есть яйца. Ну, кроме той блондинки. Синтия Кокс, так, кажется, ее зовут?
- Знаешь, что?! – Саммерс треснул по столу так внезапно, что Николь аж подпрыгнула. – Думаешь, ты можешь вот так заявиться и диктовать мне, что и как делать?! Думаешь, раз ты прикончила Берга, у тебя появилось право голоса?! Ты даже представления не имеешь о том, что тут происходит и чем, черт возьми, это чревато!!!
- Ты прав, – Никки встала напротив икса и, повторив его позу, уперла руки в столешницу. Она понимала, что икс был не в себе из-за смерти Сандевал, понимала, что это неслабо подкосило его, но жалеть никого не собиралась. Они успеют оплакать павших. Не было смысла волноваться из-за мертвых: волноваться нужно за живых. – Я многого не знаю. Я не знаю, почему вы все до усрачки боитесь этого вашего Графа. Я не знаю, что конкретно вы с ним не поделили, – Николь подалась вперед, и теперь ее лицо было наравне с лицом Оливера. – Зато я знаю, что где-то там, – она указала пальцем куда-то в сторону, не сводя при этом горящих глаз с собеседника, – в открытом космосе, в гребанной тысяче парсеков отсюда, твой лучший друг, возможно, умирает. А ты, вместо того, чтобы бросить все силы ему на помощь, сидишь на жопе ровно и строишь планы по спасению горстки бывших зеков, которые тебе не то, что «спасибо» не скажут, но еще и попытаются тебя грохнуть при первой же возможности. Вы все сидите здесь, как черепахи в своих панцирях, и боитесь высунуть нос, думая, что вот-вот придет ваш спаситель и все разрулит, – теперь обвиняющий палец Николь был направлен на айтишника. – Так вот не разрулит, Уолли. Он не смог бы, даже если б захотел, потому что вы задраили все люки: он не может вернуться сюда. Это ты понимаешь?!