Граф.
Николь, изо всех сил пытаясь скрыть свой ужас, пялилась на собеседника, который наконец-то перестал расплываться перед ее взором: за столом, прямо напротив нее сидел магистр Валтер Морт. На том самом месте, где пару минут назад был Стужев, теперь сидел бывший глава ордена хранителей и вел себя так, будто бы ничего не произошло. Будто бы это не он только что из русского амбала превратился в вампира-альбиноса. Или же… Догадка внезапно пронзила девушку: или же он всегда был им?
Николь вспомнились слова Малика и Оливера о том, что Морт мог с помощью внушения управлять Стужевым и быть фактическим руководителем «Зари», однако, что если… Что если Морт и был Стужевым, а под внушением он держал всех остальных: Воронову, Николь и так далее?? Что если новые способности Никки-клона помогали ей не только защитить свой разум от вторжения, активировать оружие хранителей, но и видеть правду, как она есть? И… Девушка замерла, поняв кое-что еще. Наручи. Их на ней больше не было. А это могло значить только то, что Стужеву было известно гораздо больше, чем он озвучил; те, кто переодевал Николь, наверняка сообщили Крыше об оружии, которое они сняли с нее. Граф явно что-то подозревал и проверял ее. Он пытался понять, кто сидит перед ним, потому что, очевидно, он больше не мог просто залезть к девушке в голову и найти все ответы там.
Теперь Николь, кажется, поняла, что скрывалось за этим тяжелым пронизывающим взглядом: видимо, Граф все это время пытался проникнуть к ней в черепушку и, судя по тому, что он до сих пор ломал комедию, ему это не удалось. Значит, он не знал, что Николь поняла, кто сидел перед ней в данный момент. Может и догадывался, но наверняка знать не мог.
- Я рассказала все в сообщении, что передала Вам через Берга, – придя в себя, как можно тише и спокойнее заговорила девушка. – Это все, что я знаю, – Морт поджал губы, всем своим видом показывая недоверие. Плохо. Николь нужно было доверие этого монстра, чтобы понять, как уничтожить или хотя бы ослабить его. – Правда…, – девушка потупила взор и вновь принялась теребить завязки своих брюк. – Геннадий Аркадьевич, мне кажется, что со мной что-то не так.
Искорка заинтересованности промелькнула в красных глазах, но лицо Графа было по-прежнему бесстрастно.
- Что ты имеешь в виду?
- Я не знаю, как это объяснить… Просто…чувствую, что во мне что-то не так. С тех пор, как я очнулась…
- Очнулась? – и снова Морт вылупился на собеседницу так, что ей стало не по себе.
- Да, сэр. Видите ли, после смерти Вороновой, я перешла к активным действиям и… Я попыталась устранить Малика, но потерпела неудачу. Очнулась я лишь чуть больше полугода назад, – Николь подняла голову и послала собеседнику свой самый честный взгляд: это было не так уж трудно, ведь пока что она говорила правду. – Я ничего не помню, но мне кажется, что они что-то сделали со мной. Меня держали взаперти все это время: не убивали, но и не разрешали вернуться. Я не знаю, зачем, – грустно вздохнув, Николь вновь повесила голову.
- А как обстоят дела с твоей памятью? – после очень долгой напряженной паузы поинтересовался Граф.
- Никак, – слукавила девушка. – Если честно, стало только хуже: меня вновь мучают мигрени. Только головная боль и никаких воспоминаний.
И снова комната погрузилась в тишину. Николь украдкой поглядывала на зеркало, гадая, снимали ли этот разговор на камеру или наблюдал ли кто-нибудь за ними. Хотя, конечно, они наблюдали: иначе какой смысл был запирать ее здесь, в комнате для допроса?
- Сэр, как я попала сюда? – поняв, что графу Стужеву было вполне комфортно пребывать в безмолвии, Николь решила взять инициативу в свои руки. В конце концов, если бы она не знала, кто сидел перед ней, если бы она продолжала слепо верить Крыше, она бы радовалась чудесному избавлению. Облегчение, радость и спокойствие – вот что, по идее, чувствуют люди в подобных ситуациях. – Последнее, что я помню, это то, как меня схватил один из них, телепат Дин Риверс. Я не могла ничего сделать, у меня случился очередной приступ мигрени и…
- Не волнуйся, – Граф прервал всхлипывания девушки поднятой рукой. – Мистер Риверс работает на нас.
- Что?? – изобразила удивление девушка. – Как это?
- После вашего исчезновения стало очевидно, что мы недооценили противника и что своими силами справиться с ним для нас не представлялось возможным. К счастью, мы успели подстраховаться, послав на станцию еще одного агента. Он и наладил связи с местными и завербовал пару рекрутов.
Еще один агент? Николь напряглась: кажется, она понимала, о ком шла речь, но очень не хотела в это верить.
- Анна Стивенс, – подтвердил Стужев худшие опасения девушки. – Вы знакомы, насколько мне известно.
- Она… она тоже с «Зари»? Странно, я не видела ее среди воспитанников.
- Она из персонала.
- Ясно, – Николь заторможено кивнула. – Это многое объясняет.
Это, действительно, многое объясняло. Например, то, откуда «журналистка» знала столько об Эстасе и ее обитателях; о строении и системе управления Нокса. И как раньше Николь не поняла, что информация, которой владела Стивенс, была недосягаема для непосвященных; для обыкновенных земных журналистов??
- То есть, Дин Риверс – наш человек? – уточнила Никки и получила кивок. Тогда она решила проверить свою следующую гипотезу. Абсолютно невероятную, а потому, учитывая происходящее, вполне возможную. – И.. и Райли тоже? Райли – тоже наш человек?
Глаза Графа на мгновенье распахнулись шире, но потом вновь превратились в мерцающие недобрым огоньком щелочки.
- Да, – наконец, ответил он. – Ты знаешь его?
- Он как-то помог мне, – «избавиться от ноги», мысленно закончила девушка, стараясь сохранить контроль над голосом. – Мне показалось это странным: Райли, вроде как, опекал меня какое-то время, – в принципе, он ведь охранял ее в яме, так? Так что это было не совсем вранье.
- Тогда тебя, вероятно, огорчит известие о его смерти?
- Нет, – тут Николь не стала врать: не смогла бы. Райли был настолько омерзителен, что даже если бы он основал фонд помощи бродячим котятам, она бы все равно устроила дикие пляски на его похоронах. – То, что он пару раз выручил меня, не изменит его сущности.
- И какова же его сущность?
- Он чудовище, – озвучила девушка то, что должна была. И, судя по еле заметному кивку Крыши, ее расчет оказался верным. – Как и они все. Бездушные монстры.
- Я рад узнать, что твоя вера в наше дело не пошатнулась, – Граф встал и направился к двери. – Я тебя оставлю на какое-то время. Тебе нужно отдохнуть и прийти в себя. Я бы рад сказать, что все кончено, Незабудка, но, к сожалению, это не так. Боюсь, твоя миссия еще не окончена.
- Если Вы имеете в виду вирус, то…
- Нет, – мужчина жестом прервал девушку. – Дело не в этом. Я объясню все чуть позже, а сейчас, – он открыл дверь и кивнул кому-то, кто находился по ту сторону, – сейчас тебе нужно вернуться к нормальному состоянию. Мисс Уайт, – Морт снова повернулся к двери, – прошу за дело.
И до того, как Николь успела хоть что-то спросить, в комнату вошла Селена. Все такая же высокая и бледная, она осторожно шагнула внутрь и вперила свои огромные голубые глаза в свою бывшую соседку по комнате. У Никки защемило в груди: Селена была для нее как призрак, тень более или менее спокойной жизни; жизни до Малика, Эстаса и всего остального. Николь и подумать не могла, что будет так рада видеть свою коллегу, подругу по несчастью.
Стужев удалился, оставив девушек друг с другом наедине. Но даже когда дверь за его спиной закрылась, Селена не сделала и шага навстречу Николь. Она так и осталась стоять у порога в молчаливой задумчивости. Тогда Никки сама встала и на нетвердых ногах подошла к подруге. С минуту они продолжали разглядывать друг друга, а потом Николь, повинуясь внезапному порыву, подалась вперед и обняла девушку. Крепко-крепко, так, что у той, наверняка, ребра затрещали.