- Кристиан? – Каса накрыло нехорошее предчувствие. Пусть он и знал, что это задание могло стать последним для его воспитанника, он все еще не мог до конца свыкнуться с этой мыслью. – Он…жив?
- К сожалению, – хмыкнул альбинос. – Твой ученик остался верен себе – он полностью игнорирует приказы. Он ни разу не выходил на связь, ни разу не предъявлял отчет о результатах своих поисков…
- Каких отчетов ты ждешь, Валтер? – вскинулся Тропворт. – Ты отправил его гоняться за призраком! Его задание – пустышка!
- Да, но он-то этого не знает, верно? Его отправили на поиски хранителя, так что он обязан отчитываться о результатах, даже если их нет. И прежде чем ты снова начнешь защищать его, довожу до твоего сведения, что он также наплевал на свои обязанности по отношению к твоей жене – исходя из того, что я видел и слышал, безопасностью сенатора Никс занимается Риверс.
- Не может быть, – Кас был скорее удивлен, чем зол.
- Может, друг мой, еще как может. Сенатор трижды выходила на связь, и все это время с ней был Дин, в то время как о местонахождении Арчера оставалось только догадываться. Но довольно, – Морт выставил вперед ладонь, пресекая попытку коллеги возразить. – Я завел этот разговор не для того, чтобы указать на промахи твоего ученика. В этом нет нужды: поводов он всегда давал более чем достаточно. Но, как ни странно, на этот раз его безответственность нам на руку.
И снова загадка, снова недосказанность. Хотелось бы Кастеру знать, кто приучил Морта к такой речи.
- Арчер не начинал тестирование препаратов.
- Что? – самообладание изменило Тропворту. – Как… как это возможно? Ведь ему стало плохо почти сразу же после прибытия на Землю, и я думал, что…
- Как оказалось, его болезнь – очередное следствие его неорганизованности и гордыни. Если ты помнишь, он отказался от занятий на симуляторе Земной атмосферы, вот его и накрыло. Через пару дней он оклемался и приступил к…черт его знает, чем он там занимается, но одно известно точно – лекарства он не принимает.
- Мы не можем этого знать наверняка: он ведь ни разу не связывался с нами, так что…
- Так что Риверсу приходится периодически обыскивать его вещи.
- Ну это уже слишком! – Кас сжал кулаки. – Риверс – мальчишка, он не понимает, во что ввязался, но ты, Валтер! Как ты можешь толкать мальчика на подобное? Если Кристиан узнает, что Дин шпионит за ним…
- Арчер слишком занят собой, чтобы обращать внимание на других. Да и Дин не такой наивный птенчик, каким ты его выставляешь. Этот паренек готов на все ради карьеры. Потому-то мы и выбрали именно его. Он далеко пойдет. И, друг мой, ты снова не улавливаешь сути. Важно не то, чем занимается Арчер, а то чем он НЕ занимается: он не пьет лекарств. Полагаю, что он попросту забыл о подобной мелочи. Но факт остается фактом: он более недели находится на Земле, и при этом он чувствует себя абсолютно нормально. И отсюда можно сделать следующий вывод, мой друг: мы отправили трех человек на Землю, двое из которых – носители генетических аномалий. И эти двое вполне успешно адаптировались к новым условиям, в то время как организм сенатора- обыкновенного человека – с этим не справился. Для сената, куда входят такие же люди, как Дафна Никс, подобный результат однозначно будет считаться провалом. Но для нас, для ордена хранителей, это практически победа. Единственное, что отделяет нас от триумфа – пара дней, за которые Риверс закончит тестирование препаратов. Однако не думаю, что сенат даст нам это время. Как только канцлер Мильтус узнает о том, что сказала сенатор Никс, он тут же созовет экстренное совещание. И уверяю тебя, мой друг, в результате будет принято решение о запуске проекта терроформирования. Не надо быть провидцем, чтобы это предвидеть. Канцлер Мильтус, твоя жена и прочие – они всего лишь люди, Кастер, а потому они слабы. Это не их вина, это их сущность: инстинкт самосохранения не даст им думать ни о чем, кроме собственного выживания. А потому на нас, на хранителях, лежит еще большая ответственность, ведь мы – защитники мира и наследия нашей нации. И мы должны, в первую очередь, думать о благе Эстаса, а не о своем собственном.
- К чему ты клонишь, Валтер?
- Я ни к чему не клоню, мой друг, я лишь излагаю факты. Правда в том, что затея с лекарством – опасна и непредсказуема, но терроформирование… Оно не дает никаких гарантий вовсе. Во-первых, мы не знаем наверняка, сработает ли установка. Во-вторых, даже если она сработает, мы не можем знать, как именно. Любой промах, любая осечка – и нам всем настанет конец. Не говоря уже о том, что мы не имеем ни малейшего понятия о том, как это все отразится на Земле. Если она не выдержит подобной процедуры, то вместо одной планеты будут уничтожены две. Мы не просто исчезнем, но и утянем своих далеких братьев и сестер за собой. Это миллиарды жизней, Кастер. Миллиарды невинных жизней.
- И что ты предлагаешь? Оставить все как есть? Оставить «слабых» людей умирать здесь, а самим спасаться?!
- Не совсем. Я предлагаю исполнить свой долг и спасти наследие Эстаса.
- Наши люди и есть наследие Эстаса!
- Люди есть и на Земле, – поразмыслив, вымолвил Валтер. Его голос был холодным и тихим, но слова обрушились на Кастера так, будто глава совета кричал. – А вот хранители есть только на Эстасе.
- Вот как, – Тропворт прочистил горло и посмотрел собеседнику прямо в глаза. – Теперь, значит, мы стали наследием?? Лучшей расой…, – он невесело рассмеялся. – Знаешь, что самое смешное? Помнится, когда Кристиан Арчер высказал что-то подобное, ты назвал его высокомерным выродком. А сейчас ты говоришь то же самое, только в более элегантной форме. Значит, тысячи наших людей – это так, пыль? Они не заслуживают права на жизнь?
- Я понимаю, почему ты злишься, мой друг. Должно быть, мысли о твоей жене затмевают твою способность рассуждать здраво. Мои слова не имеют ничего общего с расистскими нападками твоего ученика. Я вовсе не говорю о том, что кто-то больше заслуживает жизни, а кто-то – меньше. Вопрос состоит в том, все ли умрут или только часть?
Магистр Тропворт отвернулся и провел рукой по своим черным, коротко подстриженным волосам. В словах Морта был смысл, он не мог этого отрицать. По-хорошему, все, что он сказал, было правдой – пусть чудовищной, но все же правдой. Перед глазами мужчины возникло лицо его жены: молодое, открытое и улыбающееся. Была у Дафны одна черта, которая очаровывала всех и вся – даже в самых сложных ситуациях она сохраняла улыбку. Сможет ли она сделать это и теперь? Сможет ли она и дальше смотреть на жизнь с оптимизмом, когда ее оставят умирать? После всех ее стараний, после всех ее попыток сделать мир лучше, тот просто выкинет ее, как мусор…Стоп! О чем, черт возьми, он думает? Он не позволит подобному произойти!
Валтер, будто прочитав мысли коллеги, продолжил.
- Я не скажу, что понимаю, что ты сейчас чувствуешь – это будет наглая и бесполезная ложь. Однако все не так плохо. В конце концов, лекарства все же работают, пусть временно. Если сделать необходимые запасы, то можно будет забрать с собой некоторых людей. На Земле мы продолжим разработки, и кто знает – может, мы сможем вывести нужную формулу.