Быстро осмотрев арсенал, Норван пришел к неутешительному выводу. Расправиться с конструктом этим не получится. Две склянки алхимического огня. Меч с грозовым камнем. Пара бомб с ядом от лугару. Несколько метальных ножей. Парочка стилетов. Праща для бомб. Хм, не густо. Размышления наемника были грубо прерваны Гаурусом:
- Кстати, мне еще у Волкодавов интересно было, да забыл. Как ты бомбы свои поджигаешь?
Несколько секунд Норван смотрел на Шумейкера, пытаясь понять, что тот от него хочет. Затем ответил:
- А, все просто. Гляди.
Норван показал на перчатку на левой руке, на большом и среднем пальцах которой располагались небольшие шершавые пластинки. Щелкнув пальцами, пластинки выдали искру, и на большом пальце ненадолго вспыхнул огонек. Глядя на этот простенький фокус, Гаурус уважительно кивнул:
- Занимательно. Ну чтож, давай тогда так. Ты его вымани и отвлеки огнем. Когда голем сосредоточится на тебе, я его сломаю.
- Неплохой план, - сказано это было с тенью иронии. – Но что будешь делать, если не получится?
- Если не получится, то придумаю что-нибудь еще. В любом случае, это уже моей проблемой будет.
Звучит очень обнадеживающе. Впрочем, другого плана у Норвана все равно не было. Тяжело вздохнув, он прикоснулся к теплому браслету. Остается надеяться, что уверенность рыцаря берет свои способности не из слепой гордыни. Что у него хватит сил на этого конструкта. Собрав свои вещи и зарядив пращу алхимическим огнем, наемник сказал Шумейкеру:
- Тогда не будем тянуть. Пойдем.
Гаурус кивнул. Не теряя времени даром, товарищи разошлись в стороны, обходя конструкта с двух сторон. Выждав немного времени и собравшись с духом, Норван сделал свой ход. Раскрутив пращу, он отправил снаряд с зажигательной смесью в стального воителя. Не смотря на результат, сорвался с места и зарядил последнюю склянку. Грохот взрыва. Скрежет металла. Объятый пламенем, конструкт повернулся в сторону наемника. Тот принялся раскручивать пращу для нового броска. Маска голема разошлась на две половины, обнажая небольшое углубление внутри головы механизма. Стремительно там начал скапливаться свет. Яркая вспышка. В последний момент, Норван отскочил в сторону. Но недостаточно быстро. Нестерпимо яркий луч света задел его по касательной, опалив левый бок. В глазах потемнело от боли. Всю левую сторону нестерпимо жгло. В нос ударил запах паленой плоти. Рухнув на землю, Норван чувствовал, как та содрогается под шагами древнего конструкта. Наемник видел, как раскаленная до красна маска встает на место, вновь придавая этой твари этот дурацкий умиротворенный вид. Шаг. Другой. Третий. Кое-как поднявшись, Норван отступил от приближающегося кошмара на пару метров. Кое-как раскрутив, бросил в него склянку огня. Промах. Несмотря на старость, голем ловко уклонился, и склянка бессильно подожгла каменную стену старой церкви.
Не дойдя несколько шагов, конструкт остановился. Все его тело засверкало и заискрилось. Заскрежетав, он неестественно выгнулся и задергался. Сияние стало сильнее, волнами покрывая тело конструкта. Пластины брони пошли трещинами. Еще несколько раз дернувшись, он резко развернулся. Звук бьющегося стекла прорезал лесную опушку. Гаурус стоял недалеко. Подняв правую руку в странном жесте, он указывал ей на дёргавшегося конструкта. Его щит и доспехи были покрыты тонким синеватым свечением, а сам он пристально пялился на врага. Вслед за первым, где-то разбились еще два эфемерных стекла. Конструкт резко рванул с места, замахиваясь для удара. Мгновение, и он уже был у Гауруса. Удар, простой и не затейливый. Но вопреки всей его скорости, Шумейкер в последний момент уклоняется, выхватывает свой меч и бьет в ответ, целясь в колено твари. Клинок выбивает искры из стали, оставляя глубокую борозду. Конструкт не отставал. Вслед за первым, почти сразу последовал второй удар. Горизонтальный взмах правой. Вертикальный удар левой. Вновь горизонтальный правой. Комбинация простая и незатейливая. Но своей стремительностью загонявшая рыцаря в глухую оборону. От первого Гаурус еще смог уклониться. Остальные же пришлось принимать на щит. И с каждым ударом от зачарованного щита отлетало все больше щепок. Спустя еще три удара Шумейкер смог нанести свой удар, оставив на груди конструкта длинную борозду.
Немного отдышавшись, Норван попытался повторить тот трюк с браслетом. Сконцентрировавшись на теплом огоньке внутри, он всей своей волей, всей тягой к разрушениям попытался разжечь его в пожар. И огонек откликнулся. Не такой большой. Не такой горячий. Но все же он сложился в шестиконечную звезду у его ладони. Ревя и гудя, звезда сорвалась с места, и на огромной скорости врезалась в спину конструкта, покрыв того пламенем. В нескольких местах броня треснула от перегрева. Но главное, это отвлекло механизм. Ненадолго. Всего на пару мгновений. Но их было достаточно. Воспользовавшись заминкой, Гаурус, выкрикнув какое-то заклинание и ударил в грудь твари резко засиявшим мечем. Грохот. Осколки горячего металла разлетелись в стороны. В руке рыцаря осталась лишь дымящаяся рукоять. Броня на груди механизма лопнула, обнажая уязвимое нутро. Крутанувшись всем торсом, конструкт рубанул Шумейкера в ответ. Он попытался закрыться щитом, но тот не выдержал удара, расколовшись и пустив оружие дальше. Тяжелый клинок конструкта вскрыл броню Гауруса, швырнув того в непродолжительный полет.