В тесном подвале церквушки отчетливо виднелся груз всех прошедших лет одиночества. Прохлада и тяжелый запах. Но не это было самое интересное в том подвале. Куда больше внимание Гауруса привлекла правая стена. Точнее не сама стена, а некогда тайный проход, что скрывался за ней. Сейчас эта «тайная» дверь стояла нараспашку. На пыльном же полу отчетливо виднелось множество следов, ведущих внутрь. И одни большие, ведущие наружу. Окинув помещение быстрым взглядом, Кайрон без тени сомнения направился в тайный проход. Гаурус предпочел не отставать, как собственно, и Норван.
Широкий коридор, что притаился за тайной дверью, постепенно уходил вниз, а стены его были разукрашены рельефом, увековечивающим и восхвалявшим деяния церкви Триумвирата. Шаги отзывались в прохладном воздухе гулким эхом. Вскоре к запаху пыли присоединились и другие. Запах крови. Запах разложения. Сам того не замечая, Гаурус ускорил шаг.
Кончался коридор довольно просторной круглой комнатой, по краям которой расположились три статуи выше человеческого роста. Статуи, что олицетворяли собой различные аспекты Триумвирата. Аурон, лик Солнца и Света, что несет надежду и исцеление. Нарадор, лик Закона, устанавливающий догмы и вершащий Суд. И Зарус, лик Кары, несущий возмездие каждому грешнику и еретику. Но не их фигуры в первую очередь привлекли внимание Гауруса. Первыми на глаза рыцарю попались трупы. Изуродованные и искалеченные. Брошенные, словно сломанные марионетки. На нетвердых ногах Шумейкер вошел в комнату и принялся осматривать тела. Этого чуть ли не напополам чем-то разрубили. У этого половина тела сгнила до черных костей. Несколько просто лежат, словно и не погибли они вовсе, а просто заснули. Еще несколько гнилых. Пара зарубленных. Бывалого вида наемники, все как один. Быстро оглядев трупы, Кайрон повернулся к Норвану и спрасил:
- Ну что, есть среди них ваш друг?
- Нет. – коротко ответил наемник. Стоит отдать ему должное, голос его почти не дрогнул.
Сам же Гаурус пребывал в смятении. С одной стороны он был рад, что среди трупов нет Рорика. А с другой его пугало увиденное. Идеально ровные разрезы. Слишком гнилые трупы.
Его размышления были прерваны тихим голосом Клина: «Эм, господа, тут такое дело. Кажется, у одного из них в голове еще что-то осталось. Если хотите, я могу это прочесть и вам передать. Может, полезно будет». Судя по тому, как вздрогнул Норван, общался их мертвец сразу с обоими. Недолго подумав, рыцарь кивнул и повернулся к новому знакомому, принявшемуся рассматривать статуи:
- Господин Кайрон, я вынужден попросить вас об одной услуге. Мы собираемся просмотреть память мертвеца. Поглядите, чтоб с нами ничего не случилось?
- Хм, некромантия. С опасными фокусами играете, - задумчиво ответил трей. – Но конечно, делайте, что сочтете нужным. И это. Я тебе не «господин». Не нужно мне в слуги набиваться, я только за свою судьбу отвечаю. Зови меня просто по имени.
- Спасибо, как скажите, Кайрон. – с небольшим поклоном ответил Шумейкер.
Повернувшись к Норвану, рыцарь заметил, что тому не по себе. В ответ на взгляд Гауруса, убийца тихо спросил:
- Это же не опасно, да? Вся эта магия.
- Ну, в целом должно все быть хорошо. Здесь святая земля, так что влияние Тифанмы будет невелико. По идеи.
Не сказать, что наемник выглядел сильно успокоившимся. Немного посмотрев на трупы, он все же кивнул:
- Ладно, давайте уже просто закончим тут. Мне от этой, эм, крипты как то не по себе.
«Ну, ни разу еще такое не пробовал, но надеюсь, что получится хорошо» пронеслись в голове мысли Клина. В следующее мгновение Гаурус почувствовал холодное касание к своему разуму. Подобно ледяной воде, воля мертвеца растекалось внутри черепа. Ощутив дрожь в ногах, рыцарь счел за лучшее сесть на пол. Вовремя. Стремительно его взор застелила тьма, погружая его в память трупа.
Непогода застала их в дороге. Но не страшно. Темный силуэт полуразрушенной церкви виднелся на вершине холма. Она станет подходящим убежищем. А как только погода успокоится, они продолжат путь. Осталось всего ничего. Главное, чтоб у остальных все было готово…
Древний механизм бесшумно отворил потайную дверь. С каждым шагом Рорик становится все беспокойнее. Ожидаемо. Святая земля противна его темному нутру…