Так что же изменилось?
А появился Эйн.
Моя способность изначальной Королевы, была похожа на крик. Эхерион бы уничтожил столицу Аргуссы, Фрей, но был остановлен мной. И тогда в его голове что-то щелкнуло. Механоиды заперты в пределах сигнала системы и их экспансия может быть замедлена. Агония Т-Нуль-Пространства может длится веками. Но абсолютно всё меняется, если на твоей стороне Изначальная Королева. Та, что может влиять на эволюцию. Та, что может изменить ход боя. Та, что может создавать с нуля.
И вроде бы логично было бы вырваться Эйну выкинуть меня из тела механоида, да даже на Аргуссе, воспользовавшись ситуацией, когда я находился за пределами форпоста. Использовать М35 для того, чтобы уйти с планеты, спрятаться, эволюционировать. Объединить Рои Маро, Корзу и Окари вместе с Эхерионом и этими силами методично выбить механоидов из Т-Нуль-Пространства. Но Эйн этого не делает. Более того, он всё сильнее укореняется в моём теле и сознании, влияя на меня в Империи.
Сколько бы я не думал об этом, ответа адекватного так и не нашел, а само Сердце Изначальной Королевы не спешило с ответами. Если обычно я все понимал, то сейчас была глухая пустота.
В сознании вдруг разыгралась картинка.
Я стою на крыше здания во Фрее. Над городом возвышается клон Эхериона, готовый взорваться. Я использую способность, дотягиваюсь до него, и он понимает. Королева жива. Точнее живо её Сердце. Только не просто живо, а в симбиозе с Ядром Оруса. Без человека ей будет сложно выжить. И тогда он решил. Зачем Сердце будет в механоиде, если его можно вживить в самого Эхериона. Изменить течение эволюции, вернуть подвижность и много другого. И все действия сейчас — это попытка не уничтожить механоидов. Это попытка выманить меня. Его финальная цель — я.
Мне повезло, что на Королевской охоте появилась Нэс и что она на моей стороне. Почему? Королева не сможет вживить себе Сердце другой королевы и эволюционировать. Для изменения их самих нужен Эйн. Поэтому Маро, Корзу и Окари будут сражаться за Эйна. А Эхерион попробует забрать его. Для меня это означает, что механоид с Ядром Оруса будет уничтожен и я навсегда покину проект Механоид. А вот что будет значить для Эхериона и Эйна — остается загадкой. Кто кого поглотит? Кто на кого повлияет? Как повлияет? Будет ли так же просто эволюционировать в таком гигантском теле? Можно ли будет окунуться в первородный бульон? Сколько ресурсов понадобиться для создания чана с бульоном и кто это все будет охранять от назойливых механоидов?
Встряхнув головой, я выдернул себя из плена рассуждений. Выводы получились отличные, только с кем ими поделится? Юма нет. Элейн… с ней больше нельзя ни о чем говорить вне официальной темы.
Кинув взгляд на здоровяка, делающего вид, что он на пляже, принял решение, что он тоже не подходит.
— Ты о чем таком серьезном думаешь? — Внезапно спросил Эликс.
— С чего ты взял?
— Я много лет в теле механоида живу и всех коллег легко считываю. Вот ты сейчас слишком суетишься. Смотришь во все стороны, руки дергаются. И это не обычное поведение, а типично человеческое, когда пилот чем-то обеспокоен, — пояснил монструозный механоид. — Так о чем думаешь?
— То, чем поделится ни с кем не могу, — невесело сказал я.
— Ни с кем? Да брось! У тебя на палубе сидят две Королевы. Иди им поплачься.
Я повернул голову в сторону фаворита Золотых орлов и несколько секунд смотрел на него пытаясь осмыслить сказанное.
— Ты сейчас серьезно?
— А чего нет-то? Ты с ними хорошо общаешься. Направо и налево они ничего трепать не станут. Да и совет дадут какой-нибудь в стиле — убей Эхериона, потом Герцога, а потом оставайся мальчик с нами, будешь нашим талисманом.
Побарабанив пальцем по столу, я на некоторое время задумался, а потом понял, что Эликс прав. Идея бредовая, но ведь и я никогда не пытался разговаривать с Королевами. Так почему бы мне не поинтересоваться у них о том, что они думают об этом и почему Нэс хочет убить Эхериона? Я ведь никогда не задумывался над этим, принимая как должное.
— А знаешь, ты прав. Пойду, спущусь, поговорю.
— Если что, зови. Я с ними поговорю.