– Абсолютно, – заверил я. Что бы ни думали о шутках Пита, но его советы по поводу заезда были поистине неоценимы, и я многим был ему обязан.
Я в последний раз погладил Палиндрома, и мы вышли во двор. Благодаря принятой здесь системе безопасности это было самое спокойное место на ипподроме.
– Скажи, Пит, не было у Билла каких-нибудь неприятностей? – брякнул я без всякой подготовки.
Он не торопясь запер бокс Палиндрома, потом медленно повернулся ко мне и так долго стоял, глядя на меня без всякого выражения, что я начал сомневаться, слышал ли он мой вопрос.
Наконец он проронил:
– Это громко сказано – неприятности. Ну, кое-что было…
– Что? – спросил я, когда он снова замолчал.
Но вместо ответа он сказал:
– А с чего ты взял, что они могли быть, неприятности?
Я рассказал ему о проволоке. Он слушал спокойно, без удивления, но его серые глаза были суровы.
Он спросил:
– Почему никто не слышал об этом раньше?
– Я все рассказал сэру Кресвеллу Стампу и полиции, но так как проволока исчезла, у них не было никаких вещественных доказательств, и они бросили это дело.
– А ты не бросил? – сказал Пит. – Не то чтобы я в осуждение, ты не подумай, просто мало чем могу помочь. Было вот что… Билл рассказывал про какой-то смехотворный звонок по телефону. Но я не очень-то слушал, голова вечно занята лошадьми, сам понимаешь. Что-то ему говорили насчет того, что его Адмирал упадет… Билл решил, что это чья-то глупая шутка, а я не стал переспрашивать. Я не думал, что это важно. Когда Билл погиб, я было подумал: странно, может, тут и вправду что-то есть. Я тогда спросил тебя, но ты сказал, что не заметил ничего особенного… – Его голос задрожал и прервался.
– Да, жаль, – вздохнул я. Потом спросил: – А когда он заговорил об этом телефонном звонке – незадолго до этого случая?
– Последний раз я общался с ним в пятницу утром, как раз перед моим отлетом в Ирландию. Вот тогда это и было. Я позвонил ему, чтобы сказать, что Адмирал готов к завтрашней скачке в Мейденхеде.
Мы пошли назад, к весовой. Под влиянием какого-то импульса я спросил:
– Пит, случается тебе ездить в брайтонских такси? – Я знал, что он нездешний.
– Случается, но не часто, – ответил он. – А что?
– Да есть там два-три шофера, с которыми я хотел бы потолковать, – объяснил я, но не прибавил, что с каждым в отдельности и где-нибудь в темном закоулке.
– Насколько я знаю, в Брайтоне несколько таксомоторных компаний, – сказал он. – Если тебе нужен какой-то определенный шофер, лучше всего идти на станцию. Они там выстраиваются к лондонским поездам. – И больше он уже ничего не слышал – мимо нас повели в паддок ирландскую лошадь для первой скачки.
– Это Коннемара Пэл, провалиться мне на этом месте! – воскликнул Пит с завистью. – Уж как я уговаривал одного моего знакомого купить этого жеребца! Но за него запросили восемь тысяч, а упрятан он был в каком-то полуразрушенном сарае за свинарником, и мой слишком умный владелец не пожелал платить такие деньги. А теперь погляди на него! В Лупардстауне на второй день Рождества он выиграл скачку для молодняка, обогнав всех на двадцать корпусов! И после этого он не задул бы своим дыханием даже свечи! Лучшая лошадь из молодняка, какую мы только можем видеть в этом году! – Мысли Пита вошли в привычную колею, и всю дорогу до весовой мы продолжали говорить об ирландских лошадях.
Я еле разыскал Клема, который был по горло завален работой. Я убедился, что мое снаряжение в полном порядке и что он знает, сколько я должен весить, чтобы скакать на Палиндроме.
Кэт сказала мне, что не приедет в Челтенхем, поэтому я пошел на поиски самого лучшего, что мне оставалось, – новостей о ней.
Вешалка и часть скамейки, принадлежащие Дэну, находились в меньшей из двух раздевалок, второе место от гудящей печки – верный признак того, что он был восходящей звездой на жокейском небосклоне. По неписаным законам таким ребятам предоставлялись самые теплые места, а новичкам оставалось щелкать зубами на сквозняке у дверей.
Дэн был в сорочке и трусах и натягивал чулки. В каждом чулке была дыра, и оба его больших пальца комично выглядывали наружу. У него были длинные, узкие ступни и такие же длинные, узкие, изящные и сильные руки.
– Тебе хорошо смеяться, – сказал Дэн. – А вот на мой размер чулки не выпускают…
– Скажи, чтобы Вальтер связал тебе на заказ, – посоветовал я. – У тебя трудный день?