– А вы не можете пригласить полицейского в штатском? Он сидел бы в баре под видом посетителя и арестовал бы этого человека, когда тот придет за деньгами, – предложила Кэт.
Трактирщик ответил с горечью:
– Ничего из этого не выйдет, мисс. И даже не потому, что никто не знает, когда его ждать, так что полицейскому пришлось бы сидеть здесь две недели, а просто не будет оснований для ареста: дело в том, что у этих типов всегда при себе подписанный мною вексель на пятьдесят фунтов. Ну вмешается полиция, а он покажет вексель, и точка. Полиция поможет, если вы дадите ей материал, который можно представить в суде. А пока у них имеются слова одного человека против слов другого, они ничего не сделают.
– Жаль, что вы подписали вексель, – вздохнул я.
– Я ничего не подписывал! – воскликнул он с негодованием. – Но подпись совершенно как моя. Я сам не мог бы отличить. Я как-то хотел вырвать у него этот вексель, а тот парень, что мне его показывал, говорит – напрасно, мол, я стараюсь, порву этот вексель – они изготовят другой. Скопировали мою подпись. Чего проще.
– Значит, вы продолжаете платить, – произнес я разочарованно.
– Черта с два! – ответил трактирщик, и его усы ощетинились. – Я уже целый год не даю им ни гроша. С тех самых пор, как у меня появился Принц. Он потрепал четырех из них, и это их немножко охладило. Но они все время толкутся вокруг. Я и Сью стараемся пореже выходить из дому, а уж если выходим, то только вместе и берем с собой Принца. Я поставил сигнализацию на все двери и окна, и поднимется дьявольский звон, если они попытаются сунуться к нам без спроса! Но это не жизнь, сэр. Это действует Сью на нервы.
– Скверная история! – сказала Кэт, слизывая с пальцев варенье. – Не можете же вы жить так вечно?
– О нет, мисс, мы их начинаем понемножку одолевать. Вы понимаете, они же берут деньги не только с нас. Им платит вся округа. Десять или одиннадцать заведений вроде нашего бара, мелкие лавочки – табачные, ну, знаете, такие, где торгуют сувенирами. Шесть-семь маленьких кафе. Крупные заведения они не трогают. Они обирают только частных владельцев вроде нас. Я это не сразу сообразил, а потом обошел все места, на которые, как я полагал, они могли наложить лапу, и прямиком спрашивал владельцев, платят они этим бандитам или нет. Это у меня заняло несколько недель – округа большая. Некоторые владельцы, платившие этим шантажистам, были насмерть перепуганы и не признавались, хотя я видел по их замкнутым лицам, что платят, только не смеют сказать об этом. Я говорил им, что мы должны перестать платить и начать бороться вместе. Но у многих дети, они боятся рисковать, как их можно винить за это?
– Как же вы поступили? – спросила Кэт, увлеченная рассказом.
– Я достал Принца. Он был тогда годовалым щенком. У меня от армии остался некоторый опыт работы с собаками, и я сделал из него настоящего бойца.
– Да, это вам удалось, – сказал я, глядя на пса, который мирно лежал в своем ящике, положив голову на лапы.
– Я водил Принца по всей округе и показывал его другим жертвам вымогательства, – продолжал Томкинс, – и говорил им, что, если они тоже заведут собак, мы сумеем прогнать таксистов. Некоторые еще не понимали, что тут замешаны таксисты. Они были слишком напуганы, пришлось открыть им глаза. Но в конце концов многие завели собак, и я помог им натаскать их, хотя это трудное дело: вы понимаете, собака должна подчиняться только одному человеку – хозяину, а я дрессировал животных на послушание другим, а не себе. Все-таки они не так плохи, хотя, конечно, до Принца им далеко.
– Еще бы, – подтвердила Кэт.
Он подозрительно посмотрел на нее, но она скромно складывала сэндвичи горкой на блюде.
– Продолжайте, – попросил я.
– Самое трудное было убедить примкнуть к нам тех, у кого дети. Теперь мы возим их в школу на машине. Их нельзя отпускать в одиночку, вы понимаете? Я нанял специалиста по джиу-джитсу, он возит малышей, а матери их сопровождают. Мы объединились и платим ему сообща. Конечно, дорого, но это не идет ни в какое сравнение с тем, что приходилось платить этим вымогателям.
– Великолепно! – горячо воскликнула Кэт.
– Мы их одолеваем. Но еще далеко не все благополучно. Две недели тому назад они разгромили кафе «Скорлупка», это за углом, рядом с нами. Но теперь мы выработали систему и против этого. Сначала вместе расчистили помещение от обломков, а потом пустили шапку по кругу и собрали деньги для покупки новой мебели. Теперь владелец кафе приобрел овчарку, она скоро войдет в форму, и они будут запирать ее в спальне. Нет, я вам говорю, самое лучшее – это собаки! – произнес трактирщик убежденно.