Девушку бросили на кровать и только подняв от нее голову, она увидела похитителя. Герцог Этьен де Брийи собственной персоной смотрел на нее жестким, но похотливым взглядом.
— Что… что вы задумали? — дрожащим голосом спросила Элиза.
— То, чего давно хотел.
— Мой жених…
— Он ничего не узнает, — с усмешкой заявил герцог. — Тебя тут просто никогда не найдут. А ты будешь тут ублажать меня по первому моему требованию, лишь бы я не сделал тебе больно. Кричать бесполезно — тут отличная звукоизоляция. Когда-то тут были камеры для высокопоставленных заключенных. Тут все сделано так, чтобы узник не смог сбежать.
Элиза забыла, как дышать. Ей было безумно страшно, ведь она видела, что этот человек готов на все ради удовлетворение своего желания, которое превратилось в манию. Герцог подошел к девушке, сжавшейся от страха на кровати и, взяв за ворот ее платье, резко рванул его в стороны. Платье разорвалось на ее груди, обнажая чувственные полушария.
Взгляд герцога захмелел. Он взял в руки ее грудь и начал весьма ощутимо сжимать ее в ладонях. От боли и страха девушка всхлипнула. Этьен захватил пальцами ее соски и весьма болезненно оттянул их. Элиза кричала, но при этом ее предательское тело почему-то наслаждалось этой мукой. Ей было больно, но в то же время ее это возбуждало.
Герцог окончательно разорвал и стащил с нее платье. Он с жадностью, до боли впился губами в рот девушки, впиваясь, вторгаясь в него, покусывая ее губы и зализывая их языком. Мужчина опустил руку вниз и провел по ее панталонам в области промежности.
— Да ты мокрая! — удивленно воскликнул он. — Тебя это возбуждает?
Никогда и никому в жизни Элиза не призналась бы в этом, но жесткие и болезненные ласки и правда возбуждали ее. Но ей очень хотелось бы, чтобы на месте Этьена был другой мужчина.
Герцог те временем стащил панталоны с испуганной девушки и, уложив ее спиной на кровать, широко раздвинул ее ноги.
Он смотрел на ее обнаженный лобок, на беззащитные половые губы и, не удержавшись, схватил пальцами ее клитор, слегка оттянув его. Девушка застонала, дернулась и попыталась свести ноги, инстинктивно прикрываясь от вторжения. Герцогу это явно не понравилось.
Он встал, подошел к какой-то тумбочке и вынул из нее… плетку. Затем, развернув Элизу к себе спиной, он поставил ее перед собой на четвереньки и начал водить плеткой по ее ягодицам. Хлесткий удар был неожиданным и очень болезненным. Элиза дернулась и вскрикнула.
— Так будет всегда, когда будешь пытаться сопротивляться мне! — рявкнул герцог и шлепнул плетью по ее ягодицам во второй раз.
Девушка попыталась отскочить, но герцог поймал ее, уложил животом на кровать и жестко зафиксировал руки и ноги, которые тут же привязал к столбикам кровати какими-то ремнями. Девушка оказалась лежащей животом на кровате, распятой в форме звезды с обнаженной попкой. Герцог сделал еще несколько ударов плетью по аппетитной попке Элизы и с сожалением взглянул на свои карманные часы.
— Мне очень жаль, но мне пора идти. Но не волнуйся, я скоро вернусь и продолжу начатое. А пока…
Хлопнула дверь. Герцог вышел, оставив девушку лежащей ничком на кровати в одних чулках и корсете.
Сколько она так лежала — неизвестно. Может быть минуту, а может быть и весь день. Секунды растягивались в вечность, все тело затекло от неподвижности, хотелось есть, пить и в туалет. Элиза лежала ничком на кровати и тихо плакала. Слезы, которые невозможно было даже вытереть, стекали по ее щеке и заливали подушку под ее головой.
Вдали послышались шаги и девушка поняла, что вернулся ее мучитель. Видимо, решил продолжить издеваться над ней.
Глава 19
Элиза съежилась, насколько это возможно в ее распятом положении, ожидая очередных мучений. Ей из ее положения не видно было, кто пришел, но больше явно никто не мог попасть в это помещение. Да даже искать ее, скорее всего, еще не начали. Поэтому когда над ее ухом раздался негромкий, до боли знакомый голос, она вздрогнула от неожиданности.
— Как ты, с тобой все в порядке? — взволнованно спрашивал ее Патрик.
«Галлюцинации начались», — решила Элиза.
Но вскоре ее руки, а потом и ноги отвязали и всю ее сжали в теплых объятиях. Граф Линней, а именно он оказался галлюцинацией, ощупывал ее тело на предмет повреждений и попутно зацеловывал ее заплаканное лицо.