— Я постараюсь аырваться…
— Из объятий своих фавориток, — ехидно заметил король.
— Ни одна из них и в подметки не годится Элизе. Анелию уже несколько месяцев не могу склонить к аналу. Да и сосет она редко и неохотно.
— Ну и зачем тебе такая фаворитка? — удивился Антуан. — Сменил бы ее давно.
— На кого? Как поймешь, что та, что ты выбрал, в постели окажется не бревном?
— Фавориток стоит воспитывать самому, — высказал свое мнение граф, — если хотите, чтобы они полностью удовлетворяли своим вкусам.
— И как же это сделать? — спросил принц.
— Я думаю, ваш брат сможет провести вам пару мастер-классов.
Король согласно кивнул:
— Все приходит с опытом. Но, поверь мне, брат, Анелия — не тот вариант. У нее же в глазах только корона.
— Это верно, — вздохнул принц, — у меня ощущение, что секс для нее — неприятная обязанность. То, что она готова терпеть, лишь бы иметь статус моей фаворитки.
— А скорее — твоей жены. Скоро королева-мать опять устраивает балы для дебютанток, вместе подберем тебе подходящую девушку, — пообещал монарх брату.
Элиза лежала на боку, положив голову на плечо мужа. Сзади ее обнимал принц, а король пристроился возле ее ног, проводя пальцами вдоль внутренней стороны бедра до самой промежности.
Себастьян, поглаживая животик девушки, сказал:
— Вот уж не думал, что беременная женщина может оказаться настолько сексуально привлекательной.
— Я думаю, после родов она станет еще соблазнительней, — предположил король.
Рука принца переместилась на ее бедра и он со стоном сжал упругое полушарие попки Элизы. Вновь восставший орган уже упирался в поясницу графини. Принц направил его между ног девушки и с довольным рыком вошел в ее влагалище, сделал несколько толчков, вышел из него и направил уже мокрый от смазки член в анальное отверстие девушки. Элиза чуть выпятила попку, позволяя принцу легко скользнуть в растянутое отверстие влажной головкой.
Он толкнулся в нее сильнее и вбил свой кол в анус графини до самого основания. Чуть раздвинув ягодицы любовницы, он с удовольствием наблюдал за тем, как его член растягивает ее сфинктер.
— О-о-о, до чего же тугая! — стонал он, наслаждаясь ощущениями.
Его рука уже переместилась на грудь Элизы, крепко сжимая чувствительный сосок. Девушка стонала в ответ, подмахивая попкой ему навстречу, а Себ все вколачивался и вколачивался в ее зад. Его рука скользнула вперед между ног девушки и пальцы сжали слегка набухший клитор. Такая стимуляция все сильнее распаляла Элизу и она, чуть прогнувшись в пояснице, сама насаживалась на член мужчины. Такая отзывчивость графини просто сводила принца с ума.
Король с графом с удовольствием наблюдали за их действиями, поглаживая собственные члены.
Себастьян брал Элизу долго, вбиваясь в нее сильно и доводя этим до полного экстаза. Элиза уже взорвалась от ощущений в оргазме, но Себ никак не хотел ее отпускать.
— Оголодал, смотрю, — посмеивался король, но не прерывал брата.
Себ ничего не отвечал, он был полностью во власти ощущений, вколачиваясь в зад девушки. Кончал он долго и еще сильнее, чем прежде.
— Вы просто везунчик, граф! — сказал он, слегка отдышавшись. — Иметь такое сокровище рядом.
— И иметь во все дырочки! — добавил Антуан.
Патрик же лишь довольно улыбался, обнимая расслабленную и удовлетворенную жену.
Глава 28
На следующий день чета Линней гуляла по дворцовому саду, наслаждаясь погожим днем. Природа радовала зеленью деревьев и кустов, дышалось легко и приятно. Граф еще утром заявил супруге, что для нее прогулка на свежем воздухе сейчас будет полезной, поэтому они вышли в сад и неторопливо двинулись по дорожке.
Дорожка же вскоре вывела их в уже знакомое место — к беседке, где проходили их первые свидания. Элиза радостно улыбнулась, увидев ее. Патрик улыбнулся в ответ и они с женой вошли в беседку и сели на скамейку.
— А помнишь… — хором сказали они и засмеялись такому совпадению.
Патрик наклонился к жене и начал целовать ее губы. Тягуче, сладко и нежно. Элиза застонала от наслаждения. Возбужденный ее стонами, граф подскочил, встал напротив жены и быстрыми движениями расстегнул брюки, высвободив уже вставший член. Он весьма красноречиво был направлен к ротику Элизы. Налитый кровью, перевитый венами, крепкий упругий ствол одним своим видом вызывал у Элизы нестерпимое желание коснуться его, сжать в руках, погрузить в рот. Женщина поняла намек и лизнула блестящую головку, слизывая уже проявившуюся на нем каплю.