– Ты моя девочка, – прошептал Ридьяро, проводя рукой по ее спине, где еще мгновение назад были крылья, а теперь остались только две дыры на платье в месте их выхода. – Ориен Орте Гриан, – добавил он громче. – Здесь, при свидетелях, я официально признаю тебя своей дочерью.
Она подняла на лорда растерянный взгляд и хотела что-то сказать, но позорно всхлипнула и разрыдалась, уткнувшись лицом в его грудь. После этого странного контакта, после всплеска силы, в которой совершенно точно участвовала и его энергия, уже не было сомнений, что он – ее отец.
– Лиара, – ледяным тоном позвал Ридьяро, поворачиваясь к белой как полотно герцогине. – Почему она не знала, что ты ее мать? Почему наша дочь росла сиротой?
Ори снова всхлипнула и хотела спросить, откуда он это знает, но услышала рядом спокойный, но какой-то надломленный голос Лита.
– Я рассказал, – бросил он, глядя на заплаканное лицо девушки. – Думал, что лорд Орте Гриан сможет оказать содействие в поиске твоего отца. А он и оказал…
Ори грустно усмехнулась сквозь слезы и попыталась мягко отстраниться. Ридьяро не стал ее удерживать. Но она остановилась в шаге от ишерца и снова протянула раскрытую ладонь с его перстнем.
– Он принадлежит твоей матери, – пояснил лорд, чуть нахмурившись. – По нашим обычаям, Ориен, брак считается свершенным, если женщина принимает родовой перстень жениха и артефакт признает ее хозяйкой. В тот день, когда я решил отдать перстень Лиаре, он перестал быть моим.
Тогда Ори молча кивнула, решительно повернулась к герцогине и, не глядя в ее глаза, протянула черно-белую драгоценность.
– Забери, – проговорила севшим от нервов голосом.
Но ее мать не сдвинулась с места и даже не дернулась. Она смотрела на Ориен и просто не знала, что делать дальше. Как быть?..
– Забери! – выкрикнула Ори, сама взяла Лиару за руку и вложила пресловутый перстень в ее ладонь. – Он твой. Не мой… Мне он никогда не принадлежал.
– Ориен… – сдавленно прошептала женщина, но Ори не хотела слушать.
Она пребывала не в том состоянии, чтобы покорно принимать оправдания. Резерв терпения окончательно исчерпался, и сейчас она едва сдерживала себя, чтобы не закричать от боли, что, будто змея, кольцами сдавила грудь. Поэтому, не говоря больше ни слова, развернулась и направилась к дворцу.
Литар же хотел пойти за ней и даже сделал шаг, но вдруг неожиданно для самого себя передумал. Он понимал, что Ори нужно осмыслить произошедшее. Осознать, обдумать. Что-то принять, с чем-то смириться и хотя бы попытаться навести порядок в собственных мыслях. А это, как известно, лучше всего делать в одиночестве.
Он проводил девушку напряженным взглядом и, только когда ее силуэт скрылся за дверью, ведущей в одну из гостиных дворца, глубоко вздохнул и повернулся к Ридьяро:
– Она очень сильная девушка. В ее жизни случались и более страшные потрясения. Сейчас ей просто нужно немного побыть одной. А после, когда она немного успокоится, вы обязательно объяснитесь. Но…. – Литар перевел взгляд на герцогиню, которая явно сама была на грани нервного срыва, и добавил: – Думаю, перед тем, как говорить с Ориен, вам бы самим не мешало побеседовать. И не здесь.
– Не могу с вами не согласиться, – холодным тоном бросил Ридьяро.
Он подошел к Лиаре и, сжав пальцы на ее запястье, повел за собой в глубь парка. Она не сопротивлялась. На самом деле сейчас герцогиня больше была похожа на заводную куклу, чем на живого человека. За тем лишь исключением, что куклы не умеют плакать… А по щекам ее светлости беззвучно катились холодные слезы.
– Да-а-а… дела, – протянул княжич, глядя вслед уходящему в темноту родственнику. – Я знал, что Рид отдал перстень женщине, которая по каким-то причинам его не приняла, но даже не подозревал, что она – человек. А теперь получается… – Он на секунду задумался и вдруг усмехнулся: – Ориен – моя троюродная племянница. Надо же.
Ренделли перевел взгляд на стоящего рядом Лита, и его улыбка стала хулиганской.
– А вам, Литар, я теперь не завидую, – сказал он, даже не пытаясь спрятать иронию.
– Это еще почему? – уточнил Сокол, поворачиваясь к собеседнику.
– Ридьяро не станет мириться с тем, что вы спите с его дочерью, – пояснил Ренделли, разводя руками. – У нас с этим все обстоит довольно строго.
– Я заметил, – бросил Лит, кивая в ту сторону, куда ушли родители его фаворитки. – А ребенок у них просто так получился… зачался неким волшебным образом, – иронично бросил он. – Так что не переживайте о моей личной жизни. Лорд Орте Гриан, конечно, имеет право высказать Ори свою позицию по этому вопросу, но решение принимать все равно будет она.