***
Смотрю на Верону. Она безмятежно проплывает мимо. Поднимаюсь, вода по пояс. Сентябрь смотрит мне в спину. Она видит тату на моей спине? О, нет. Она из тех немногих, кто под черной лозой видит мои старые шрамы. Те, которые больше никогда не сойду, те, от которых я сама отказалась избавиться. Вздрагиваю от неожиданного прикосновения ладони, оборачиваюсь. Пальцы Вероны скользят по моей спине, она поднимает голову, смотрит мне в глаза. Ее короткие волосы слиплись, пристали к ее лицу.
- Тебе больно, Акира? – спрашивает она меня, называет по имени. Она редко называет мое имя, очень редко.
- Иногда, - честно отвечаю я.
- Ты ведь могла залечить их, - говорит мне Сентябрь.
- Я не хочу забывать… - шепчу я в ответ, поворачиваюсь к ней, она протягивает ко мне руки. Я обнимаю ее. Не знаю, почему так. Порыв. Она прижимается ко мне обнаженным телом, я глажу ее по мокрым волосам. И надо же, как мило. Именно в этот момент открывается дверь. На пороге стоит весьма миловидная особь со светлыми кудрями, в белом халатике и с полотенцами.
- Прошу прощения, меня отправили принести Вам полотенца! – учтиво говорит она нам и тут же, осекаясь, пялится на нас. Но-но. Я чувствую, как легкие медсестрички наполняются воздухом, чтобы издать самый пронзительный визг, который только можно представить. Выбрасываю правую руку вперед, щелкаю пальцами. Девушка перестает дышать, лишь лихорадочно пытается вдохнуть воздух. Мгновенно подскакиваю к ней, зажимаю рот ладонью, прищуриваю глаза, девушка снова может дышать. Тяжело. Настолько привыкла активировать лейдармал щелчком, что просто так уже мне это сделать непросто. Но все в норме. Медсестра вновь дышит. Я припечатываю ее к стене.
- Слушай меня внимательно. Нас позвало сюда твое начальство, и вся верхушка клиники знает, кто мы и зачем мы здесь. Подняв шум, только себе хуже сделаешь, - быстро говорю я ей, — значит так. Я убираю руку и, если начнешь вопить – я позабочусь о том, чтоб ты заткнулась раз и на всегда. Поняла?
Паникующая медсестра кивает мне. Я отнимаю ладонь от ее рта. Она глубоко вдыхает, выдыхает. Потом выдает такую фразу, которая повергает в шок и меня и Верону, которая уже успела завернуться в полотенце.
- ДА ЗНАЮ Я КТО ВЫ ТАКИЕ!!! Просто вы в такой позе стояли!
Верона тут же заливаться краской. Я хлопаю себя ладонью по лбу.
- А орать чего собиралась?! – раздраженно спрашиваю ее.
- А как ты узнала? – спрашивает она тут же, - я-то от неожиданности. Не каждый день такое увидишь.
- Дура что ли? – Сентябрьская нервно мотается в полотенце и шипит мне, - прикройся Февраль.
Я вспоминаю, что из воды то я выскочила голая. Она кидает мне полотенце. Чистое, белое и пахнет ментолом. Я заворачиваюсь в него, поправляю мокрые волосы.
- Так как ты узнала, что я собираюсь кричать? – повторяет вопрос медсестра.
- Благодаря лейдармалу. Я чувствую любое изменение в организме человека, ты набирала воздух в легкие – я это почувствовала, - отвечаю я, - тебя вообще, как зовут?
- Мика! – выпаливает девушка и, тут же добавляет - Микаэла. Микаэла Харингард.
- Чего?! – я опять-таки роняю полотенце, - дочь Харингард?
- Нет! – тут же восклицает девушка, - я не дочь, я племянница. Племянница, понятно?
- А, ну тогда… кузина Лео? – спрашивает Верона.
- Лео? Это вы про сына тетушки Эльзы? – наивно хлопает ресницами Мика, - мы с Леонардом и не виделись-то никогда.
- О, да. Самое время воссоединения семьи, - язвлю я, но медсестра этого, видимо, не понимает. И тут мой слух пронизывает пронзительный вой сирены.
- Незаконное проникновение! Незаконное проникновение! – вопит противный компьютерный голос.
Я срываюсь с места и, ногой открывая дверь, выбегаю в коридор. Босыми ногами чувствую холодный пол, с меня капает вода. Я чувствую чужие лейдармалы! В спину мне ошарашено пялится Мика.
- Идиотка!!! – вопит мне вдогонку Верона, - ты же голая, дубина!!!
Поднимаю правую руку к губам.
- 1322, боевое облачение! – командую в коммуникатор.
Вокруг моего тела мерцают нити, волокна. Материализуется моя форма, я чувствую, как немного поднялась за счет небольших платформ. Не останавливаюсь, бегу дальше, на повороте еле торможу, чтоб свернуть. А в голове только одна мысль. Найти его. Почувствовать его лейдармал!
- Акира! – меня тормозит Лео. Смотрю на него почти что гневно. Как можно останавливать меня в такой момент, как?!
- Чего?!
- Чувствуешь их? – спрашивает он.
- Да, они на нижнем уровне. Полагаю, собираются пробиться в хранилища, - отвечаю я ему, а сама пытаюсь понять, зачем? Что понадобилось «Кровным узам» в хранилищах? Медикаменты? Провизия? Нет. Есть что-то еще, - Лео, Харингард ничего не говорила по поводу особых пациентов?