—А! Сволочи! — в сердцах говорит Пётр. — Вы поняли? Они же ими прикрыться хотят.
Одновременно другая группа оборотней, десятка три, занимает позицию напротив нашей амбразуры и вскидывают ружья.
—А вот это — хуже всего, — быстро реагирую я. — Все назад!
Гремит залп. Оборотни стреляют неважно, но несколько пуль к нам всё-таки залетает. С визгом рикошетят они от каменного потолка и стен и крестят пещеру по всем направлениям. Только чудом никого из нас не зацепило. Но долго ли можно надеяться на подобное чудо? Еще два-три залпа, и жертвы неизбежны. Выход один: прорываться.
—Брат Андрей, — говорит вдруг молчавший до сих пор Лем, — здесь рядом, через одно помещение, должна быть пещера, из которой на поверхность ведёт подземный ход.
Лем показывает в сторону, противоположную от центрального входа. Так, это уже хорошо. Оборотни никак не ожидают, что мы будем прорываться куда-нибудь, кроме центрального выхода. Гремит еще один залп. На этот раз он сопровождается болезненным криком: пуля, отскочив от потолка, бьёт в ногу Наташу. Сертон, конечно, её отразил, но приятного мало. Синяк будет порядочный. Дальше тянуть опасно.
Мы с Лемом выглядываем в амбразуру. Внизу оборотни готовятся к третьему залпу. Группа прикрытия еще не вышла на исходную позицию.
—Где эта пещера?
Лем указывает на проход, и я вижу, что группа стрелков как раз перекрывает нам дорогу. Сейчас, когда оборотни гонят людей на нас, они вряд ли смогут нам серьёзно помешать. Пока они сами прорвутся к нам через эту толпу, мы будем уже далеко. Другое дело группа, которая обстреливает нашу амбразуру. Но с ней справиться легче. Их не так уж и много.
Спустившись вниз, мы сразу же закидываем гранатами стрелков. Уцелевших добиваем из автоматов и устремляемся к проходу, ведущему в нужное нам помещение. Как я и предвидел, наш манёвр явился для оборотней полной неожиданностью. Пока они расталкивают толпу людей, мы уже скрываемся в нужном проходе. Вслед нам гремят неприцельные выстрелы. Один из них, правда, достигает цели. Опять достаётся Наташе. Она и так уже хромает, а этот выстрел, попавший ей в плечо, окончательно валит девушку с ног.
Пётр с Анатолием подхватывают Наташу и уносят её вверх по винтовой лестнице. Мы с Сергеем остаёмся внизу. Укрывшись в проходе, мы встречаем огнём оборотней, сунувшихся было за нами. Те быстро откатываются назад и начинают перегруппировывать своё прикрытие.
Поднимаемся наверх. Там Пётр дежурит возле амбразуры, Наташа лежит на полу, над ней колдует Лена. Лем с Анатолием выстукивают плиты в дальнем конце. Они ищут замаскированный ход. Мы с Сергеем присоединяемся к ним. Выстуканы уже все плиты пола, а ход не обнаружен. Анатолий высказывает сомнение, которое гложет уже нас всех:
—Брат Лем, а может быть, ты перепутал пещеры?
—Нет. Это здесь. Я вчера еще специально уговаривал старосту отвести нам для ночлега именно это помещение, но он отказал. Точно, здесь.
Мы снова выстукиваем плиты. И снова безрезультатно. А Пётр кричит от амбразуры:
—Быстрее ищите! Они уже готовятся к атаке!
—Есть! Нашел! — словно в ответ ему кричит Сергей.
Он случайно ударил не по плите, а по стыку и привёл в действие скрытый механизм, открывающий ход. Ход открылся не в полу, где мы его искали, а в стене. Мы с Лемом заглядываем в темный проход. Оттуда пахнет сыростью и еще чем-то. Мне очень не нравится, что не ощущается никакой тяги воздуха. Но делать нечего. Пётр кричит:
—Вовремя нашли! Они уже гонят людей к нашей лестнице!
—Уходим!
Анатолий с Сергеем подхватывают Наташу, которая всё еще не может передвигаться самостоятельно. Лем от светильника зажигает три факела, взятых из груды, сложенной в углу, и мы уходим в проход. Лем идёт последним.
—Посвети, брат Андрей, — он подаёт мне факел, — надо закрыть ход.
Возится он долго. По лестнице поднимаются и начинают заполнять пещеру люди, которых оборотни гонят перед собой в качестве живого щита. Я перевожу автомат на одиночный огонь, чтобы выбивать оборотней, когда они будут появляться в проходе. Но Лем, наконец, находит механизм, и плита с шумом встаёт на место.
Ход полого спускается вниз. Вначале довольно широкий и высокий, он постепенно сужается и становится всё ниже. Стены сложены из всё тех же неотёсанных камней. Камни цепляются за одежду и снаряжение. Мы постоянно чертыхаемся, поминаем Время, Схлопку и другие не всегда цензурные понятия.
Мы уже спустились довольно глубоко, когда идущий впереди Анатолий останавливается.
—Вода, — коротко говорит он.
Ход такой узкий, что сам я Не могу подойти и оценить обстановку.