— Ладно, с тобой позже разберусь, а сейчас, отведи эту девчонку в комнату бессонницы. Она провинилась и будет наказана, — строго проговорил дед, при этом ни разу даже не взглянув на тебя. Видимо, ему было легче говорить с роботом, чем с собственной внучкой.
— Как надолго? — спросил Эмнайтик, и тебе показалось, что это прозвучало сочувственно. Но, скорее всего, показалось — это же просто робот.
— Так-с. — Дед посмотрел на браслет. — Сейчас пять, значит, проснулась она не так давно. Хорошо, поставь на двадцать четыре часа. Думаю, будет достаточно.
С этими словами он удалился. А ты осталась со стеклянным человеком, ставшим твоим единственным другом в этом неизведанном мире.
— Доигрались вы, милая леди, — расстроенно пробормотал тот, и эти слова были такими человеческими, что теперь ты не сомневалась: робот притворялся, он был гораздо умнее, чем казался, и умел чувствовать.
— Ну а теперь-то ты будешь говорить со мной нормально?
— Пойдемте, милая леди, — равнодушно отчеканил Эмнайтик, схватил тебя за руку и потащил куда-то по коридору.
Ты восторженно оглядывалась: на стенах красовались картины, с потолка свисали хрустальные люстры. Но долго по «художественной галерее» идти не пришлось, в конце коридора был поворот направо, за которым начинался еще один коридор. Пройдя по нему, вы уперлись в маленькую железную дверь.
— Вот и пришли, милая леди. — Легким нажатием кнопки Эмнайтик открыл проход, но ты не посмела войти.
— Не бойтесь, милая леди, — человеческим голосом заговорил робот. — Это комната бессонницы. Я поставлю таймер на двадцать четыре часа. Вы просто посидите там все это время и не сможете спать.
«Просто не буду спать. Для робота это легко. Но справлюсь ли я?» — с этой мыслью ты шагнула в темное помещение. За спиной захлопнулась дверь. Вот куда тебя привело еще одно неверное решение. «Без сна человек становится рассеянным и теряет связь с реальностью», — возобновила свой монолог память.
Глава 3. Ночь без сна
Будучи маленькими детьми, мы до слез отказываемся ложиться в шесть вечера. Однако, вырастая, мечтаем поскорее вернуться в постель. Ведь истинный смысл события возможно познать, лишь проведя параллели с другим.
Как только дверь за тобой захлопнулась, на потолке, потрескивая, загорелось множество лампочек. Заполонивший всю комнатку ослепляющий свет показался тебе неестественным после полумрака, стоя́щего в коридоре. «Это лучше, чем сидеть в темноте, — заметила ты, внимательно оглядывая помещение. — Мало ли какую лазейку тут можно найти».
Это была удушающе узкая камера. Пол, потолок и стены, вымощенные белой плиткой, давили на тебя со всех сторон, словно намеревались превратить в лепешку. Кроме лампочек и приборов неизвестного предназначения на потолке, в помещении ничего не оказалось: только голая пустота.
Ты прислонилась к стене от усталости и резко отпрянула: плитка оттолкнула тебя колючим морозцем. Пришлось встать посреди комнаты и обнять себя за плечи. Ты, как назло, не успела надеть обувь и что-нибудь теплое поверх легкой футболки. Вскоре ноги затекли, и ты начала подпрыгивать, чтобы размять их и согреться.
В голову лезли самые непредсказуемые мысли: «Сколько раз я бывала в этой комнате раньше? А АК-2?»
Кажется, не прошло и часа, а ноги стали подгибаться, и ты оперлась о стену, которая моментально оставила на коже морозные поцелуи. А еще через пять минут ты сползла по ней на пол.
Замогильный холод монстром подступался к тебе осторожно, и не получив сопротивления, стал нагло атаковать, забираясь в нос и рот вместе с дыханием. Он обнимал руки и ноги, щекотал волосы, облизывал щеки и вскоре оказался внутри. Он завладел твоим телом и управлял им, заставляя плечи дрожать, а зубы стучать. Еще через какое-то время ледяной монстр взялся за внутренние органы: начал сворачивать желудок в тугие узлы, и тот сразу завыл от голода. «Какое жуткое наказание. И чего он хочет добиться? Моей ненависти к нему?» Когда живот промычал еще раз, ты заскучала по Эмнайтику. Ты бы и станцевала сейчас перед ним, лишь бы он въехал сюда на ногах-колесиках и привез свою пересоленную яичницу.
«А это еще только... Кстати, сколько уже прошло?» — ты потеряла нить времени. И ожидание стало еще тягостнее, ведь гораздо легче, когда ты знаешь, сколько еще остается терпеть.
«Интересно, что стало с парнями? — в очередной раз задумалась ты. — Выходит, РК не из совета. А значит, им, наверно, попало за то, что не удержали меня». Ты вздрогнула. Все твои размышления вели лишь к одной неприятной мысли: «За что меня заморозили?»
— Что со мной будет, а?! — вскочив, ты закричала в надежде, что кто-нибудь услышит, но слова лишь отразились о металлическую дверь и вернулись, громко зазвучав на всю комнату.