— Кстати, — прошептала Злата. — Я заметила, что в последнее время мы стали больше общаться. Раньше, классе в первом, помню, вообще друг с другом не разговаривали, а сейчас... Все такие живые. Это, наверное, значит, что скоро появится Дар. Дарья добивается своего. — Она хохотнула. — А ты веришь в легенду?
Ответить ты не успела: на вас шикнула девочка, сидящая за соседним столом:
— Тише, мешаете!
И опять эта назойливая мысль. «Да какой из меня Дар?» — отмахнулась от нее ты и обратила внимание на речь сестры. Та все еще говорила об осознанных снах:
— Надевая соноглазки, ну или по-другому, маски для сна, мы можем делать во сне все что угодно, управлять своими снами. Поэтому кошмары нам никогда не снятся.
«Но мне-то он снился», — вспомнила ты.
— К сожалению, в результате экспериментов с лекарствами среди нас часто появляются дефектные. Или фазеры — так они себя называют. Дефектные невероятно опасны для общества. Они не спят по ночам и могут разрушить город, так как ведут себя, как дикари. Я хочу рассказать вам о пяти отличительных признаках дефектных.
— Но насчет легенды, это еще не все! — воскликнула Дарья.
— Во-первых, — невозмутимо продолжила АК-2, поправляя воротник синего пиджака, — им достаточно в разы меньше часов сна в сутки — все остальное время они бодрствуют.
Ты напряглась: как же это походило на тебя. Дарья крепче ухватилась за руку подруги, словно боялась быть отвергнутой. Снова поморщившись, сестра продолжала:
— Во-вторых, таблетки для любого дефектного — яд.
«Поэтому я не должна была их пить?» — предположила ты.
— В-третьих, они не могут пользоваться соноглазками, поэтому им снятся обычные сны, в частности кошмары. Так их можно определить. В-четвертых, глаза монстров горят от бешенства. Они раздражительны и вспыльчивы. И, наконец, в-пятых, обычно дефектными бывают первенцы! — Закончила девочка и так яростно глянула на тебя, что ты сразу же передумала с ней говорить.
«Я что?..» Ты боялась огласить это слово даже в мыслях. А таблетки почти растворились, закружилась голова. Или тебе только казалось?
Ты незаметно подобралась к выходу и побежала в туалет, где выплюнула размокшие пилюли в унитаз. Потом прополоскала горло. «Ну и гадость! Как они это пьют?!»
Мысли обрушились на тебя: «Я дефектная? Дедушка умер из-за меня? Я гимнастка, но не хожу на тренировки. Почему? За что меня заморозили? За дефектность или за то, что я упала на соревнованиях? Нужно сходить в спортзал и узнать, могу ли я заниматься. Нет, надо побывать дома и расспросить Эмнайтика о том, что со мной происходит, поговорить с сестрой... В спортзал. Домой. В спортзал или домой?» — не могла решить ты. Времени хватило бы только на что-то одно, а потом пришлось бы ждать следующего выходного. Но вдруг тогда было бы уже поздно? Тебе казалось, что от этого выбора зависело нечто важное. Но ещё ни разу твои решения ни к чему хорошему не приводили.
Кап-кап. Надоедливый звук начал давить на виски. Буль-буль. Один из десятков кранов протекал, часто выплевывая щедрые капли воды, со звоном разбивающиеся о плитку. Кап. Кап. Ты вздрогнула и зажмурившись, затрясла головой, стараясь отвлечься от раздражающего звука.
Ты уткнулась рукой в стену. «Почему так сложно принимать решения? Почему нельзя выбрать оба варианта? Почему выходной всего лишь один?» Глаза защекотали пузырьки ядовитых слез, которые, словно бурлящие угли, нагревали сковороду мыслей. Тебя сначала будто обдали кипятком, а потом разгоряченную до предела макнули в лед. После чего раскрутили на кресле с колесиками и бросили на пол. А голова по инерции продолжала крутиться на воображаемой карусели, и тебе понадобились все твои силы, чтобы сдержать рвотные позывы. Самым страшным было осознание того, что ничего этого не было, и все произошло с твоим телом за секунду, пока ты стояла на месте.
Кап-кап. Макушку кольнуло, и ты догадалась: «Сейчас будут знания. Эти треклятые мысли, которые появляются каждый раз, когда у меня начинает раскалываться голова». Но голова не просто раскалывалась — она потяжелела, словно каждая из наполняющих ее мыслей весила с тонну. Кап-кап. Стараясь укрыться от дробящего голову звука, ты сама не поняла, как скатилась по стене на пол. Перед глазами заплясали тени, призраки сожженных слез. Они объяли все вокруг и заслонили обзор. Ты медленно прикрыла глаза: отступала внутрь себя, надеясь найти там защиту, убежище от пугающего мира.